Глава 81: Решение повстанцев
Биомеханическая лошадь повстанца Патсона неслась во весь опор, и Ли Циньу, сидя позади, чувствовал, что вот-вот растрясет себе всё нутро.
Преодолев более 40 километров, Ли Циньу, дрожа, спрыгнул с лошади; он уже прибыл в лагерь повстанцев.
С прошлого визита лагерь повстанцев значительно разросся и теперь с первого взгляда напоминал небольшой базар.
— Быстрее, веди меня к старику Сену, мне нужно кое-что ему сказать! — приказал Ли Циньу повстанцу Патсону.
Патсон кивнул и повел Ли Циньу к старику Сену.
Однако, поскольку он был увешан снайперской винтовкой, автоматической винтовкой и облачен в полный комплект брони, этот вид «вооруженного до зубов» гостя вызвал у повстанцев сильное беспокойство. Четверо охранников с автоматическими винтовками наготове следовали за Ли Циньу, чтобы предотвратить возможные неприятности.
Ли Циньу, сопровождаемый бдительными охранниками, вошел в хижину, принадлежавшую старику Сену.
Старик Сен попытался было перекинуться парой вежливых фраз с Ли Циньу, но тот бесцеремонно прервал его: — Хватит болтовни. Я пришел сюда, чтобы сказать тебе: завтра утром СПО собираются нанести удар!
Старик Сен испуганно встрепенулся и начал расспрашивать, в чем дело. Ли Циньу вкратце изложил самую суть, рассказав о лейтенанте Винчестере и его роте.
На лице старика Сена отразилось полное недоверие, а в душе поселилась тревога.
— Э-э… как такое возможно?! Мы уже довольно давно не вступали в конфликты с СПО. Неужели они решили нарушить негласное перемирие?!
На этой планете сложилась патовая ситуация: СПО не могли прорваться наружу, а повстанцы — внутрь.
Между позициями сторон пролегла примерно 20-километровая зона боевых действий, которая под воздействием неких сил превратилась в изолированную территорию. Солдаты обеих сторон редко пересекали эту 20-километровую зону, чтобы атаковать тыловые территории противника.
Повстанцы уже довольно давно не совершали вылазок на лагеря СПО, а СПО, в свою очередь, не переходили зону боевых действий, чтобы зачистить тыловые базы повстанцев.
Все привыкли к негласному правилу: мелкие стычки случаются постоянно, а полномасштабных войн — нет, и каждый жил своей жизнью, перебиваясь как мог.
Но сегодня из уст Ли Циньу старик Сен узнал, что СПО намерены нарушить правила и атаковать его тыловую базу в безопасной зоне. Поверить в это было крайне трудно.
Ли Циньу махнул рукой.
— Чего тут не верить? Лейтенант Винчестер — аристократ. Ему нужно продвигаться по службе, зарабатывая военные заслуги, вот он и решил возглавить операцию по уничтожению отряда повстанцев, чтобы добавить строчку в свое резюме. Вы просто оказались подходящей целью.
Старик Сен с досадой спросил: — Почему именно нас?
— Потому что вы ближе всех к расположению Винчестера. Выбирая цель, он просто чертит прямую линию и смотрит, кто к нему ближе. Очевидно, что в конце этой линии оказались вы.
Ли Циньу не врал: он сам видел карту в палатке младшего лейтенанта Рудосона, и если провести прямую линию оттуда, ближайшей базой повстанцев как раз и оказывалась точка старика Сена.
Лицо старика Сена менялось на глазах: из красного становилось сизым, потом бледнело — было видно, что у него в голове идет бурный мыслительный процесс.
Ли Циньу спросил: — Ну что, придумал, как отвечать будем? Бежать или драться?
Старик Сен посмотрел на Ли Циньу, облаченного в полную боевую экипировку и вооруженного двумя винтовками, и с сомнением спросил: — Почему ты решил нас предупредить? Только из-за того, что у нас налажены торговые связи?
Ли Циньу кивнул, а затем покачал головой.
— Не хочу лгать, скажу как есть. С одной стороны, у нас действительно налажена торговля продовольствием, поставки стабильны, а я не знаю других повстанцев и мне лень налаживать с ними контакт.
С другой стороны, оружие и снаряжение солдат СПО стоят очень дорого. Если ты решишь дать бой, я помогу.
Он взвесил в руках снайперскую винтовку.
— Договоримся на берегу: трофеи с тех, кого я убью, принадлежат мне. «Мародерить» мои фраги вам запрещено.
Старик Сен смотрел прямо в глаза Ли Циньу, словно пытаясь понять, лжет тот или нет.
— А если я выберу бегство?
Ли Циньу пожал плечами.
— В таком случае я все равно попытаюсь устроить засаду на эту группу СПО. Если удастся убить хотя бы одного и разжиться его снаряжением, в нижнем улье его можно продать минимум за 10 тысяч.
А если получится уложить аристократического телохранителя — вообще красота. Одна только лазерная винтовка потянет на приличную сумму, а весь комплект снаряжения — на двадцать-тридцать тысяч, не меньше!
Разумеется, должен предупредить: если решишь бежать, лучше сообщи соседним повстанческим базам, чтобы они тоже уходили.
Иначе лейтенант Винчестер придет, увидит, что вас нет, и точно развернется к соседям.
Ему все равно, кого убивать; главное — разгромить хоть одну повстанческую базу, чтобы заработать заслуги!
Старик Сен долго размышлял, а в итоге решил созвать лидеров близлежащих повстанческих баз для обсуждения плана действий.
Вскоре семь или восемь лидеров повстанцев верхом на крупных лошадях, в сопровождении охраны, прибыли на базу старика Сена и заперлись в маленькой хижине для совещания.
Ли Циньу, как постороннему, конечно, не разрешили присутствовать на закрытом совещании, так что его выставили наружу ждать.
Он особо не торопился: взял тряпку, пропитанную священным маслом, и принялся методично протирать снайперскую винтовку, успокаивая дух машины.
Прождав полчаса, Ли Циньу позвали обратно в хижину. Как только он вошел, сразу увидел несколько мрачных лиц.
Новости, принесенные Ли Циньу, были для этих лидеров повстанцев хуже некуда. Они ведь обустраивали эти базы как настоящий дом: построили немало зданий, распахали окрестные земли и засеяли их сельскохозяйственными культурами.
Если они решат бежать, СПО по прибытии наверняка сожгут деревню, и все их труды по обустройству дома обратятся в пепелище.
Ли Циньу спросил: — Ну что, господа, вы решили, как будем действовать? Бежать или драться?
И в случае бегства, и в случае боя у него были планы, как разделаться с лейтенантом Винчестером.
Если повстанцы выберут бой — это лучший вариант: Ли Циньу сможет смешаться с ними и нанести войскам лейтенанта Винчестера максимальный урон.
Если же выберут бегство, то Ли Циньу придется действовать в одиночку, вооружившись снайперской винтовкой и превратившись в «снайпера-крысу».
Лейтенант Винчестер не выполнит боевую задачу, к тому же потеряет кучу солдат от пуль Ли Циньу — о повышении по службе он может забыть.
Лидеры повстанцев мрачно смотрели на Ли Циньу. Один из них вдруг ударил по столу, вскочил и, ткнув пальцем в лицо Ли Циньу, заорал:
— Говори! Зачем ты принес нам эту весть?! Какова твоя цель?! Ты случаем не шпион СПО?! Не пытаешься ли ты в сговоре с СПО уничтожить нас всех?!
Ли Циньу на мгновение опешил от такого крика, а затем пришел в ярость.
Он вцепился руками в массивный деревянный стол, напрягся, и с грохотом перевернул его.
Присутствующие не ожидали, что Ли Циньу окажется таким вспыльчивым, что заведется с пол-оборота.
Несколько главарей повстанцев не успели среагировать и оказались придавлены тяжелым столом, испуганно вопя от боли.
Ли Циньу, указывая пальцем на главаря, который на него орал, выругался: — Пошел ты нахрен!! Жить надоело?! Как ты смеешь так разговаривать с батей?! Веришь, нет, я из тебя дерьмо выбью!!
Этот предводитель повстанцев сам по себе отличался взрывным характером, и после такой отповеди Ли Циньу взревел: — Да ты совсем страх потерял! Люди, взять его!!
Охранники, пришедшие с этим главарём, с двух сторон бросились к Ли Циньу, пытаясь его скрутить.
Ли Циньу рванул вперед и пнул одного из охранников в живот. Тот отлетел, с треском врезался в деревянную стену и сполз на пол, свернувшись калачиком, держась за живот — от боли он даже слова вымолвить не мог.
Затем Ли Циньу ударил другого охранника кулаком в лицо — тот вскрикнул, его нос был сломан.
Ли Циньу справился с двумя охранниками за считанные секунды, в хижине воцарился полный хаос.
Он подбежал к орущему главарю повстанцев и влепил ему увесистую пощечину.
Главарь взвыл, повалился на землю и выплюнул два зуба.
Ли Циньу навалился на него сверху, прижал его руки коленями и начал методично вбивать кулаки в лицо, мгновенно превратив физиономию этого типа в кровавое месиво.
— Сука, ты говорить по-человечески не умеешь, да? Батя научит тебя манерам!!
Бах! Бах! Бах!
— А-а-а-а!!!