Глава 151: Большой театр 4
Женщина чувствовала, что смерть приближается, и, не смея медлить ни секунды, указала рукой на занавеску слева.
Ли Циньу с улыбкой произнёс: «Благодарю вас, мисс», — вынул дуло пистолета из её рта, подошёл к занавеске и медленно отодвинул её стволом оружия.
Перед Ли Циньу открылась весьма необычная медицинская койка, на которой лежала очень красивая молодая женщина лет двадцати.
Ей ставили капельницу, вводя в организм какую-то неизвестную зелёную жидкость.
На этих медицинских койках горело множество свечей, курились благовония, было прикреплено семь-восемь бумажных печатей чистоты, а напротив кровати стояла небольшая статуэтка Императора.
Ли Циньу заметил, что женщина, похоже, была больна, но на её теле не было следов разложения.
Глядя на эту кучу печатей чистоты и на медицинскую койку, которая явно была не из простых, он смутно начал догадываться, в чём дело.
Похоже, эта так называемая мисс Соловей обладала немалым статусом, и, вероятно, заразилась, когда по округе распространилось осквернение Нургла.
Впрочем, у богатых свои причуды: она могла позволить себе передовую медицинскую койку для лечения физических недугов.
А также достать печати чистоты, ароматические палочки, священные свечи и статуэтку Императора, чтобы изгнать хаотическую порчу из своего тела.
Осквернение Хаоса — процесс постепенный. Если вмешаться достаточно мощными средствами до того, как оно окончательно разрушит тело и душу человека, его действительно можно вылечить.
В этот момент мисс Соловей сидела на своей медицинской койке; хотя она выглядела очень слабой, никаких следов осквернения Хаосом на ней не было.
Возможно, для такого важного человека, как она, заражение вирусом Хаоса было не опаснее обычной простуды.
Их взгляды встретились, они начали изучать друг друга.
Женщина произвела на Ли Циньу странное впечатление: хотя внешне она выглядела как молодая девушка двадцати с небольшим лет, блеск в её глазах был очень зрелым.
— Мисс Соловей?
После нескольких секунд молчания Ли Циньу решил заговорить первым.
— Это я, — сухо ответила мисс Соловей.
— Ваш дворецкий сказал мне, что у вас есть личный маленький лифт, который может доставить из верхнего улья в средний.
Мисс Соловей кивнула, поняв, зачем пришли Ли Циньу и его люди.
— Так вы пришли из-за этого. Что ж, отлично. Проводите меня к этому лифту, отсканируйте мою сетчатку, и мы все сможем выбраться отсюда живыми.
Ли Циньу шагнул вперёд, внимательно осматривая женщину.
— Вы в состоянии бежать самостоятельно? Я слышал, у маленьких лифтов бывают карты доступа. Где она?
Мисс Соловей одарила Ли Циньу улыбкой, в которой читалось: «Ты что, за дуру меня принимаешь?»
— Карты доступа у меня нет, она нужна только для слуг. Владельцу такого лифта, как я, достаточно просто отсканировать сетчатку, чтобы активировать его, носить с собой карту не нужно.
Ли Циньу цокнул языком, подумав, что эта женщина действительно умна.
Он достал из поясной сумки зелёный шприц и мазнул им женщину по лицу.
Мисс Соловей инстинктивно попыталась уклониться, но, почувствовав действие зелёного шприца на коже, замерла и умолкла.
Ли Циньу понаблюдал некоторое время, убедившись, что у неё не проявилось никаких признаков ожога, и только тогда решился взять её с собой.
Сила Императора и сила Тёмных Богов подобны воде и огню: при соприкосновении они вызывают бурную реакцию.
Раз женщина не отреагировала на зелёный шприц, это доказывало, что она не была осквернена.
Ли Циньу без лишних слов выдернул капельницу, подхватил её на руки и бросил одному из самых крепких солдат, приказав нести её на спине.
Действия Ли Циньу заставили мисс Соловей нахмуриться.
— Сэр, вы крайне грубы.
Ли Циньу, проходя мимо, подобрал с трупа лазерный пистолет и заткнул его за пояс.
— Прошу прощения, мисс, я человек грубый. Когда всё закончится, сможете наслаждаться романтикой со своим принцем на белом коне.
— А сейчас мы играем в «Выживание», прямо как в крутом боевике!
Он подошёл к лежащему у двери «Чёрному Угольку», окружённому остальными бойцами, и вколол ему зелёный шприц.
— Закиньте его на спину, и поторапливайтесь!
Несколько солдат бросились вперёд, сорвали с Чёрного Уголька всю амуницию, чтобы облегчить вес, после чего один из сильных бойцов отбросил собственное оружие, боезапас и броню, взвалив Чёрного Уголька себе на спину.
Как только все были готовы, отряд с шумом рванул к выходу из большого театра.
Боеголовка и остальные, защищавшие вход, бились до безумия: их автоматические винтовки не умолкали, были расстреляны три полные ленты тяжёлого пулемёта, а пол был устлан гильзами.
Пока Ли Циньу и его группа задерживались наверху, к театру стянулось огромное количество чумоходцев.
На улице за пределами театра твари кишели такой плотной толпой, что, казалось, вот-вот возьмут здание в кольцо.
— Проклятье, всё плохо! При такой плотности врага нам не прорваться!
Ли Циньу выругался и, посмотрев на два десятка своих братьев, тяжело вздохнул.
Снаружи чумоходцы стояли слой за слоем, прорваться сквозь них было невозможно.
Ли Циньу умел воскрешаться, он не боялся, но эти два десятка солдат должны были здесь погибнуть.
Формально они были его подчинёнными, а на деле — товарищами, вместе прошедшими через ад.
Они уже стали близки, и видеть, как они просто так расстаются с жизнью, было для него невыносимо.
Все смотрели на густую толпу ходячих мертвецов перед ними и тоже ощущали отчаяние: улица была забита настолько плотно, что спасения не было.
И тут мисс Соловей, которую нёс на спине один из солдат, подала голос:
— Вам нужно усилить вооружение. Живо возвращайтесь назад, идите до конца по коридору слева.
— Там есть подземный арсенал, в нём лежит оружие для охраны. С ним вы сможете пробиться!
— Твою ж мать, раньше сказать не могла?!
— Четверо с ручными пулемётами, остаётесь здесь и продолжаете огонь! Остальные, за мной, идём менять стволы!
Ли Циньу проревел приказ. Четверо солдат с ручными пулемётами залегли у входа, сдерживая поток мертвецов огнём.
Остальные последовали за Ли Циньу, по указанию мисс Соловей помчавшись со всех ног обратно вглубь театра.
— Вот эта дверь! Прижимайтесь ближе, сканируйте мою сетчатку!
Напротив прохода показалась массивная железная дверь, и все тут же бросились к ней.
Мисс Соловей опустила голову и просканировала сетчатку на считывающем устройстве рядом с дверью.
Раздался щелчок, экран устройства загорелся зелёным, и железная дверь с грохотом отворилась.
Ли Циньу первым ворвался в подземный арсенал, и зрелище, открывшееся ему, заставило его застыть в изумлении.
Внутри подземного арсенала рядами были аккуратно уложены десятки лазганов, а батареи к ним были так же опрятно разложены по ящикам.
И помимо тех магазинных батарей размером с ладонь, Ли Циньу увидел кое-что ещё — ранцевые батареи.
Такая ранцевая батарея позволяла сделать почти тысячу выстрелов при максимальной мощности лазгана, а если снизить мощность — то и десяти тысяч было не предел.