Глава 284: MVP-подсчет
Спустя несколько дней все телеканалы улья были вынуждены транслировать одну телепередачу — «Десять героев улья, тронувших наши сердца».
Ведущий, похожий на старого книжника, сидел за кафедрой, хлопнул по судейскому молотку и проговорил преувеличенно драматичным тоном:
«Кто был рожден в самых низах, но в итоге обрел величие титулованного аристократа?
Кто выступил вперед, когда Империя столкнулась с кризисом ксеносов, оборона улья рухнула, а граждане Империи несли тяжелые потери?
Кто, располагая состоянием в тысячи миллиардов, не остался равнодушным к страданиям простых людей, раздав все свое богатство, лишь бы облегчить их боль?
Волевой подбородок, ангельское лицо, а в руках — пылающий святой меч, ослепляющий своим сиянием!
В сегодняшнем выпуске нашего цикла о героях улья мы расскажем о бароне города Байлинь, командире 109-го полка, святом воине — лорде Ли!!»
В это время сам Ли Циньу, переживший череду сложнейших событий, находился в шпиле генерала Цеппелина, лежа на огромной кровати.
Закинув руки за голову, он лежал между генералом Цеппелином слева и дворецким справа, и все трое смотрели по телевизору этот рейтинг «героев улья».
Ведущий-старик два часа нахваливал Ли Циньу, причем на Высоком готике, не повторяясь, пока у него самого язык не пересох, и наконец передача подошла к концу.
Ли Циньу, лежа на кровати, поднял вверх большой палец и с гордостью выкрикнул:
«Верно, справедливо, вне всяких сомнений!!»
Генерал Цеппелин, сидевший рядом с ним в обнимку с плюшевой подушкой, до сих пор не мог прийти в себя.
«Племянник, я ведь думал, что ты уже покойник, понимаешь? А ты взял и победил, да еще и провернул этот трюк!»
Он невнятно жестикулировал, показывая, как на силовом мече разгорается псайкерское пламя.
Ли Циньу махнул рукой и безразлично ответил:
«Да ничего особенного, просто удобно сигарету прикуривать».
Сказав это, он достал из-за пазухи сигарету, зажал ее зубами и щелкнул пальцами.
Золотое пламя вспыхнуло на кончиках его пальцев, поджигая сигарету.
Дворецкий, лежавший справа от Ли Циньу, предостерег:
«Молодой господин, это ведь благословение самого Бога-Императора, использовать его для прикуривания сигарет, пожалуй, неуместно. Не боитесь разгневать Его?»
Ли Циньу выпустил кольцо дыма и отмахнулся:
«Богу-Императору до этого дела нет, чего ты переживаешь?»
Ли Циньу протянул пальцы с золотым пламенем к дворецкому.
«Ну что, хочешь тоже закурить? Это ведь пламя псайкерской силы самого Императора, такой шанс выпадает раз в жизни».
Дворецкий и генерал Цеппелин переглянулись, и кадр сменился: теперь они все трое лежали на большой кровати, выпуская клубы дыма.
Генерал Цеппелин держал сигарету, стряхивая пепел в пепельницу.
«Эй! А сигарета-то, прикуренная Императором, и правда совсем другая на вкус!»
Дворецкий также заметил: «Верно, огонь от Императора делает сигареты ароматнее».
Ли Циньу рассмеялся: «Братцы, если умеете — говорите почаще, скоро еще инквизитору на балке и Серым Рыцарям под кроватью тоже подожжем».
Когда сигареты догорели и этап хвастовства был завершен, Ли Циньу серьезно спросил:
«Дядя, я ведь провернул такое огромное дело не для того, чтобы попасть в список десяти героев улья, а ради того, чтобы заработать деньги! Заполучить армию! Получить власть!!»
Генерал Цеппелин кивнул.
«Я знаю. Я проложу тебе путь, военные смогут выделить тебе полк численностью в десять тысяч человек, причем элитный полк.
Побудешь в армии несколько лет, накопишь стаж, а мы тем временем потратим немного денег, наймем ассасинов, прикончим какого-нибудь генерала, подстроим всё, и ты займешь его место. Так ты станешь генералом».
Ли Циньу ответил: «В этом деле я мастер, не нужны никакие ассасины. Просто выберите цель, и я сам всё устрою.
Где надо — сэкономим, где надо — потратим, я в плане экономии и ведения хозяйства человек рачительный».
Генерал Цеппелин возразил: «Ну как же так? Разве можно, чтобы такие грязные дела пачкали твою репутацию?»
«Ничего, я легендарный король чистоты, меня грязью не испачкаешь!
К тому же, старик, я не позволю тебе бездумно тратить деньги, которые через 80 лет будут принадлежать мне!»
Дворецкий добавил:
«Молодой господин, в военных делах господин генерал может вам помочь, но в вопросах титула всё будет зависеть от планетарного губернатора.
С той репутацией, которую вы сейчас заработали, вам вполне могут пожаловать титул графа, но графы бывают разными.
У некоторых есть лишь номинальный титул без земельных владений.
А другие получают награды от шпиля или даже наделяются землями площадью в десятки тысяч квадратных километров.
Право на собственные войска, право на сбор налогов, право законодательной власти, право голоса при выборах планетарного губернатора — всё это выгоды, за которые стоит побороться».
Ли Циньу вдруг с любопытством посмотрел на генерала Цеппелина.
«Дядя, ты ведь тоже граф, верно? Если я сейчас стану графом, я что, не смогу унаследовать твой титул?»
Генерал Цеппелин безразлично покачал головой.
«Титулов много не бывает. Как женишься, заведешь детей, пусть твой второй сын унаследует мой титул — и хорошо, зато старший со вторым не будут делить наследство.
Кстати, тебе лучше подготовиться: не пройдет и нескольких дней, как планетарный губернатор наверняка вызовет тебя. То, что ты совершил, требует его личного награждения».
Ли Циньу заинтересовался личностью планетарного губернатора — с тех пор как он прибыл на эту планету, он его еще не видел.
«Дядя, а что это за человек — планетарный губернатор? Я слышал, он годами не выходит из дома? Неужели он такой затворник?»
На лице генерала Цеппелина промелькнуло задумчивое выражение.
«Губернатор... он наш ровесник, как и я, из местной военной аристократии. Мы с ним в детстве часто играли вместе, можно сказать, были друзьями.
Потом ему повезло: предыдущий губернатор не смог собрать налоги, и его сожгли по приказу Инквизиции.
Этот парень отдал всё свое состояние, покрыл долги, и инквизиторы назначили его планетарным губернатором. С тех пор он и правит.
Я его знаю: он человек, который загорается идеей лишь на три минуты.
Думаю, после того как он занял трон губернатора, он семьдесят-восемьдесят лет подряд тонул в бумажной работе, а потом ему стало скучно, и он обленился.
Двадцать лет назад, накануне восстания мятежников, как раз пришел имперский флот для сбора налогов.
У нас процесс сбора налогов устроен так: сельскохозяйственная продукция с нашей планеты передается на соседнюю промышленную планету, там производят партию оружия, и всё это вместе отдается налоговому флоту.
Но в те годы случились глобальные стихийные бедствия, урожай упал почти до нуля.
Чтобы погасить налоговый долг, губернатор начал проводить политику жесткого сбора.
В итоге группа аристократов, которые и без того вынашивали амбиции, вступила в сговор с голодающими крестьянами, и это вылилось в планетарный мятеж!
Налоги собрать не удалось, и губернатор запаниковал, опасаясь, что его казнит налоговый флот.
С тех пор он почти не появляется на публике, а сейчас прошло уже около десяти лет, как его вообще никто не видел».
Ли Циньу спросил: «Так значит, он тиран или кто-то вроде того?»
Генерал Цеппелин долго подбирал слова, прежде чем ответить:
«Он просто жалкий планетарный губернатор, такой же жалкий, как и сотни его предшественников на нашей планете.
С точки зрения крестьян, он ненасытный тиран и алчный человек.
А с его собственной точки зрения, он, вероятно, считал, что поступает благородно, повышая налоги, чтобы избежать ситуации, когда налоговый флот начнет забирать людей в счет уплаты долга.
В итоге все вне улья восстали, и он решил, что все его предали, окончательно пав духом».