Глава 141: Военное положение
После долгих уговоров Ли Циньу так и не смог купить артиллерию.
Такую крупную вещь лейтенант Рудосен не мог рискнуть потерять: каждый месяц сюда спускались с проверками, и если бы этой штуки не оказалось на месте, ему пришел бы конец.
Затем последовало ожидание: нужно было дождаться инспекторов, а потом — совещания, на котором им раздали бы задания.
Ли Циньу и лейтенант Рудосен курили в теньке, и Ли Циньу спросил:
— Что это за хрень вы, ребята из СПО, устроили в последнее время? С чего вдруг ввели первую степень боеготовности? Собираетесь нанести удар по мятежникам?
Лейтенант Рудосен выдохнул дым и покачал головой.
— Понятия не имею. Сверху внезапно приказали ввести режим повышенной готовности, а подробностей не сообщили. Я сам до сих пор в полном недоумении.
В этот момент на территорию лагеря въехал военный грузовик, и связной прокричал:
— Майор Рудосен, приказ полковника: немедленно привести войска и войти в Улей. Вашему батальону поручено взять под контроль сектора Среднего улья от D113 до D116. На каждом перекрестке выставить посты, запретить движение гражданских лиц!
Связной передал лейтенанту Рудосену документ и уехал, а лейтенант помрачнел.
— Черт возьми, а я-то думал, пойдем воевать с мятежниками, а вместо этого приказали вводить войска в Улей. Что за бред?
Ли Циньу заглянул в документ: на нем стояли большие печати штаба армии и полка — приказ был полностью легитимным.
Ли Циньу пробормотал: «По пустякам устраивают собрания, а по важному делу — ни слова. Раз тебя заставляют вводить войска в Улей, даже не объяснив, что случилось, значит, стряслось что-то серьезное!»
Лейтенант Рудосен нахмурился, достал из-за пазухи свисток и дунул в него.
— Всем слушать приказ! По машинам, выдвигаемся в Улей!
Более тысячи подчиненных лейтенанта Рудосена мгновенно пришли в движение: кто-то прыгал в грузовики, кто-то отправлялся в сторону Улья пешим строем.
БТР «Химера», армейские грузовики, джипы — колонна из всевозможной техники растянулась длинной вереницей и двинулась в Улей.
Ли Циньу мог бы просто уйти, но ему было слишком любопытно, что же произошло, поэтому он временно принял облик сержанта и вместе с лейтенантом Рудосеном направился в Улей.
По пути они видели, как подразделения СПО из других полков также заходили в Улей.
Лейтенант Рудосен заметил знакомого офицера из другого полка, подошел к нему и попытался выяснить, знает ли тот, что происходит.
Оказалось, тот тоже был в полном замешательстве и сказал, что понятия не имеет, в чем дело — им просто внезапно приказали перебросить войска в Улей.
Делать нечего, раз ситуация неясна, остается только подчиняться приказам.
Батальон под командованием лейтенанта Рудосена вскоре вошел в сектора D113-D116 Среднего улья, занял перекрестки, развернул тяжелое вооружение и БТР «Химера», организовав огневые точки и полностью заблокировав эти зоны.
Ли Циньу немного поболтал с лейтенантом Рудосеном, а затем вернулся в свое усиленное отделение.
После того как он получил медаль, полковник, посчитав его подающим надежды, назначил его командиром усиленного отделения из двадцати человек.
Ли Циньу еще не видел этих двадцати бойцов, но раз уж они номинально были его солдатами, он решил сходить на них посмотреть.
Он некоторое время блуждал по улицам: сейчас там не было ни одного гражданского, только снующие туда-сюда солдаты СПО в форме.
Горожан погнали по домам, и любого, кто осмеливался показаться на улице, ждал удар прикладом от солдат СПО.
Покружив немного, Ли Циньу вышел к перекрестку, который контролировало его отделение.
Его двадцать солдат уже расставили здесь мешки с песком, установили стальные укрытия и полностью перекрыли перекресток.
Как только Ли Циньу подошел, солдаты, увидев его звание и значок на груди, вытянулись в струнку и отдали честь, понимая, что это пришел их командир.
Ли Циньу окинул их взглядом: стандартное отделение СПО, одетые в стандартную броню, вооруженные автоганами СПО, с парой гранат на поясе.
В отделении из двадцати человек было четыре ручных пулемета СПО — огневая мощь неплохая; для штурма не пойдет, но для охраны перекрестка вполне достаточно.
Капрал сделал шаг вперед, отдал честь и доложил: — Командир, ждем указаний!
Ли Циньу отмахнулся.
— К черту указания. Отдыхайте. Сами распределите дежурства, поставьте кого-нибудь следить за перекрестком — главное, чтобы никто не прорвался, и все.
Услышав такой приказ, двадцать солдат СПО дружно выдохнули.
Они никогда раньше не видели своего нового командира и не знали, чего от него ожидать, опасаясь, что он окажется строгим буквоедом.
Но стоило тому открыть рот, как все стало ясно: он оказался точно таким же лодырем, как и они сами, пришедшим просто отбыть номер.
Ли Циньу нашел удобное местечко, сел на землю, закинул ногу на ногу и прикурил сигарету.
Рядом он заметил стойку с защитным снаряжением, на которой лежало несколько резиновых дубинок.
Он взял одну, взмахнул ею: внутри, похоже, был стальной сердечник, в руке лежала отлично — если хорошенько приложиться, можно запросто переломать кости.
Остальные солдаты, видя, как расслабленно ведет себя Ли Циньу, тоже успокоились.
Несколько солдат попробовали завести разговор, а увидев, что Ли Циньу не возражает, осмелели и уселись играть в карты.
Поняв, что командир и дальше не вмешивается, они совсем расслабились: болтали, хвастлись, играли в карты, а самые отчаянные достали выпивку.
Два капрала, по-видимому, исполнявшие роль командиров групп, подошли к Ли Циньу и предложили сыграть.
Ли Циньу от скуки согласился, и это окончательно сблизило его с подчиненными.
Ли Циньу спросил, как их зовут, и они назвали свои прозвища.
Тот, что повыше, был «Яйцеголовый», потому что голова у него была абсолютно лысой, как яйцо.
Тот, что пониже — «Уголек»; этот парень был темнокожим, низким и черным, как уголь, вот его так и прозвали.
Троица играла на деньги, и за несколько десятков партий Ли Циньу не проиграл ни разу.
Оба парня проиграли всю свою месячную зарплату, и перед Ли Циньу выросла гора купюр, а у проигравших скисли физиономии.
Шутка ли — с памятью Ли Циньу это было все равно что играть со счетчиком карт.
К тому же он жульничал, используя пси-щупальца: одно из них просочилось им за спины, обеспечивая обзор и позволяя подглядывать в карты. Какие тут шансы на победу?
Впрочем, Ли Циньу не нужны были эти деньги, он просто хотел познакомиться со своими солдатами.
Выбрав момент, он «случайно» проиграл всё обратно.
Командиры отделений, конечно, поняли, что Ли Циньу им поддался, и смотрели на него с глубокой благодарностью.
Ли Циньу увидел, что нужный настрой пойман, и активировал пассивный навык «развешивание лапши на уши».
Но не успел он открыть рот, как солдат у мешков с песком громко закричал:
— Командир, кто-то приближается!