Глава 124: Предмет, привязанный к душе
Спустя некоторое время миссионер провел Ли Циньу в глубину церкви, где в приемной комнате тот встретился с Жрецом.
Жрец, выглядящий сонным, увидев вошедшего Ли Циньу, поспешно спросил:
— Как дела у воина Бога-Императора? Я слышал, ты принес дурные вести?
Ли Циньу кивнул.
— Именно так, дурные. Злобная порча уже пала на эту планету.
Ли Циньу рассказал Жрецу обо всем, что увидел в деревне Ма, и солгал, что их войска использовали артиллерию с зажигательными снарядами, чтобы сжечь всю деревню дотла, однако он не был уверен, была ли злобная сила полностью выжжена.
Как только он закончил говорить, система немедленно выдала уведомление: задание выполнено, уровень симпатии Жреца повышен с 0 до 1, разблокированы предметы:
Печать чистоты, благовония, красные свечи, курильница, пергамент, перьевая ручка, чернила.
Ли Циньу услышал уведомление, но не успел рассмотреть его подробно, так как Жрец выдал новое задание.
Жрец с серьезным выражением лица произнес: — Сила порчи пустила глубокие корни, и если она появилась, ее не так-то просто полностью очистить.
Но чистое пламя действительно может в значительной степени ослабить силу порчи, что поспособствует дальнейшей работе по очищению.
Говоря это, он мягко посмотрел на Ли Циньу.
— Воин Бога-Императора, не знаешь ли ты, есть ли у тебя способ доставить меня и слуг Бога-Императора в оскверненную деревню для проведения тотальной очистки?
Ли Циньу опешил и спросил: — Господин Жрец, вы хотите лично отправиться в зону заражения?
Жрец кивнул, но Ли Циньу яростно затряс головой.
— Прошу прощения за прямоту, господин Жрец, но это слишком опасно.
Не говоря уже о злой силе внутри зоны заражения, само проникновение в зону контроля мятежников несет немалую угрозу.
Деревня Ма расположена на севере, более чем в 100 километрах в глубине зоны, контролируемой мятежниками.
По пути придется проехать через множество территорий мятежников, и если вы, господин Жрец, отправитесь туда с большой группой, то, скорее всего, подвергнетесь нападению.
Жрец сказал: — Но я обязан отправиться туда и провести очищение!
Злая скверна крайне живуча. Даже если внешне уничтожить всю нечисть, сама земля уже глубоко пропиталась порчей.
Если кто-то, не зная об этом, поселится на той зараженной земле, зло вскоре возродится.
Теперь Ли Циньу оказался в затруднительном положении. Полное уничтожение скверны Хаоса отвечало его интересам, но как доставить людей Имперской Церкви на север?
Для такого масштабного ритуала очищения Жрец не сможет поехать один, скорее всего, ему придется взять с собой тридцать-сорок человек.
Для такой оравы потребуется минимум две военные машины, и еще неизвестно, какие ритуальные принадлежности им понадобятся.
С таким количеством людей и вещей незаметно пробраться на 100 километров вглубь зоны контроля мятежников точно не получится, нужно как следует подумать над этим.
— Господин Жрец, мне нужно время на планирование. Как насчет того, чтобы я вернулся через несколько дней и дал вам ответ?
Ли Циньу планировал еще раз съездить в лагерь мятежников, чтобы посмотреть, нельзя ли договориться с кем-то из них, чтобы они позволили служителям Имперской Церкви пройти и провести обряды.
Жрец кивнул и с мягким взглядом посмотрел на Ли Циньу.
— Воин Бога-Императора, вы так доблестны. От имени всех чад Бога-Императора на этой планете благодарю вас за ваш вклад.
Как раз мне тоже понадобится несколько дней на подготовку к очищению. Если будете готовы, пожалуйста, как можно скорее сообщите мне.
Ли Циньу ответил, что хорошо, поднялся и направился к выходу из церкви, но Жрец внезапно окликнул его.
Старик подошел к Ли Циньу и внезапно снял ожерелье, которое всегда носил на шее, и надел его на шею Ли Циньу.
Это была металлическая вещица в форме буквы «Т», называемая Святым знаком, в центре которой находился человеческий череп; ее роль была такой же, как у креста.
У священников Имперской Церкви может быть множество украшений: например, двуглавый орел, символизирующий Империум Человечества и Адептус Механикус, изображение Бога-Императора, или даже священное писание толщиной со словарь, повешенное на шею.
Имперские священники могут выбирать самые разные украшения, чтобы продемонстрировать свою преданность вере.
Повесив этот Святой знак на шею Ли Циньу, Жрец сказал: — Благодарю тебя, воин Бога-Императора, благодарю за все, что ты сделал.
Это Святой знак, который я носил с самого детства. Надеюсь, он защитит твою душу и не даст тебе никогда подвергнуться злобной порче!
Ли Циньу сжал в руке эту маленькую железку, и внезапно в ушах раздалось системное уведомление.
Дзынь! Получен особый предмет: Святой знак, пропитанный верой день и ночь, породил частицу сущности Варпа.
Если вы пожелаете поглотить его сущность Варпа и слить ее со своей, то отныне этот предмет будет возрождаться вместе с вами.
Даже если он будет полностью уничтожен, он возродится вместе с вами в вашем убежище.
Эффект при ношении: Бодрость +1, небольшое сопротивление порче Варпа, средний уровень симпатии со стороны членов Имперской Церкви.
Ли Циньу втянул воздух сквозь зубы: он и не ожидал, что выполнив задание по установлению контакта, получит предмет, привязанный к душе!
Хотя прибавка к характеристикам была невелика и вещь на вид ничем не примечательна, бонус к симпатии со стороны членов Имперской Церкви был очень полезен.
В обществе Ли Циньу выживал за счет широких связей и умения найти подход к людям.
Теперь, надев Святой знак, он получит средний уровень симпатии от всех членов Имперской Церкви, насколько же проще ему будет вести дела в будущем!
Ли Циньу поблагодарил, затем вышел из церкви и, попетляв, поехал на машине в сторону мятежников.
По дороге он изучил Святой знак.
Ли Циньу сейчас можно было с натяжкой назвать новичком в делах Варпа, он видел слабый проекционный отблеск предмета в Варпе.
Ли Циньу втянул этот слабый проекционный сгусток в свою душу, и в следующее мгновение его душа слилась с этим предметом.
Он чувствовал, что это ожерелье стало частью него самого!
Даже если он добровольно выбросит ожерелье, спустя некоторое время, может быть, в мгновение ока или в момент рассеянности, оно снова окажется у него на шее.
Если только он не отвяжет ожерелье на уровне Варпа, на уровне души, оно не покинет его до конца жизни.
Это даже удобно: теперь можно носить ожерелье, отправляясь на задания.
А то каждый раз перед заданием приходилось думать, не смертельное ли оно, и снимать ожерелье — это было бы слишком хлопотно.
Размышляя об этом, Ли Циньу на своей ремонтной машинке вернулся в лагерь мятежников.
Это был уже третий день подряд, когда он приезжал в лагерь мятежников, и многие уже запомнили лицо Ли Циньу.
Ли Циньу нашел Парсона и, не ходя вокруг да около, сразу сказал:
— Парсон, не мог бы ты связаться с высшим руководством вашей повстанческой армии и получить разрешение для служителей Имперской Церкви, вышедших из города-улья, провести очищение в деревне Ма?
Все так-то...
Ли Циньу рассказал о порче Хаоса, о том, что деревня Ма уже сожжена, и о том, что Имперская Церковь намерена отправить людей для проведения тотального очищения.
Выслушав объяснения Ли Циньу, Парсон сказал: — Господин, подождите немного, я отправлю человека на лошади связаться с одним из наших маршалов повстанцев, который находится неподалеку.