Глава 672: Битва на космическом скитальце
«Исследователь», похожий на огромную летучую мышь, встал на якорь в 100 километрах от скопления космических скитальцев.
Ли Циньу приказал включить все сенсоры на корабле, привести боевой персонал в готовность и зарядить орудия ближнего боя, опасаясь, что враг может проникнуть на борт.
После этого челнок преодолел 90 километров и остановился в 10 километрах от космического скитальца.
Хвостовой люк челнока открылся, и Ли Циньу, нагруженный снаряжением, шагнул прямо в пустоту космоса.
На нём была силовая броня с прыжковым ранцем; легкое срабатывание сопел — и Ли Циньу заскользил в сторону скопления остовов.
Высадив Ли Циньу, челнок лег на обратный курс.
При такой схеме транспортировки ни один летательный аппарат не приближался к космическому скитальцу; Ли Циньу перестраховывался, опасаясь, что какая-нибудь нечисть внутри скитальца захватит корабль и попытается сбежать.
В конце концов, дредноут, подающий сигнал бедствия из глубины космического скитальца возрастом в десять тысяч лет — это выглядело как чертова наживка!
Ли Циньу, посмотревший тысячу фильмов ужасов и триллеров, сразу понял: внутри корабля могли скрываться демоны или нечто вроде космических десантников Хаоса, желающие заманить жертву с помощью этого дредноута, чтобы убить её, или же просто привлечь транспорт для побега.
В любом случае, корабль Ли Циньу оставался намертво стоять в ста километрах, не двигаясь с места.
Челнок тоже не приближался к скитальцу ближе чем на 10 километров; чтобы добраться до объекта, требовалось воспользоваться прыжковым ранцем.
Таким образом, какая бы нечисть ни таилась внутри, у неё не было ни единого шанса сбежать на летательном аппарате!
В искусстве быть осторожным~
В глубоком космосе Ли Циньу корректировал сопла прыжкового ранца, постепенно приближаясь к космическому кораблю.
На сближение с космическим скитальцем ушло около десяти минут.
Нацелившись ногами на палубу, он приземлился и тут же активировал магнитные захваты: в следующее мгновение его ноги намертво прилипли к металлу. Посадка прошла успешно.
Ли Циньу огляделся, активировал через окуляр шлема силовой брони навигационную карту и проложил маршрут от своего текущего положения к источнику сигнала бедствия дредноута.
До цели было около 5 километров по прямой, и Ли Циньу немедленно двинулся в путь.
Сначала он прошел несколько сотен метров по внешней обшивке, пока не обнаружил огромную пробоину — достаточно большую, чтобы в неё можно было запихнуть сотню легковых автомобилей.
Было очевидно, что дыра проплавлена корабельным лэнсом или мельта-бомбами. В глубине зияла слабая радиация: по всей видимости, когда-то там стоял плазменный двигатель.
Вероятно, какой-то удачливый искатель сокровищ наткнулся на этот скиталец, проплавил дыру и вывез плазменный двигатель.
Ли Циньу включил два плечевых фонаря на броне и налобный фонарь шлема, освещая тьму внутри пробоины, а затем прыгнул в неё.
В условиях невесомости его тело быстро полетело вперед; он постоянно корректировал положение с помощью сопел прыжкового ранца.
Спустя несколько минут он оказался внутри скитальца. Коснувшись палубы, он активировал магнитные захваты и прочно зафиксировался на внутреннем покрытии.
Оглядывая плавающий повсюду космический мусор и всякие металлические безделушки, Ли Циньу недовольно цыкнул.
Системы жизнеобеспечения и искусственной гравитации внутри скитальца вышли из строя, поэтому повсюду царила невесомость.
К счастью, магнитные захваты на перчатках и сапогах Ли Циньу позволяли ему ловко перемещаться в таких условиях.
Не теряя времени, Ли Циньу нашел темный коридор внутри корабля и направился к месту, где находился дредноут.
Поплутав по коридорам, Ли Циньу начал замечать неладное: откуда здесь столько следов битвы?
Он подошел к бронированной переборке, в которой зияла огромная дыра.
Судя по опыту Ли Циньу, эту дыру проделал крупнокалиберный болтер.
Болт сначала пробивает броню, а затем детонирует, оставляя в металлической переборке огромную рваную рану.
На перчатке Ли Циньу был лазерный сканер, с помощью которого он просканировал рваную рану на стене.
Результат сканирования показал, что рана свежая, нанесенная примерно пять месяцев назад.
Пять месяцев в огромном космическом пространстве означали, что враг, вероятно, еще недалеко!
Ли Циньу немедленно удвоил бдительность: с болтером в одной руке и силовым мечом в другой он осторожно двинулся вперед.
Чем дальше он продвигался, тем больше становилось следов сражения: выбоины от болтов повсюду — на стальных стенах, полу и потолке!
Миновав очередной поворот, Ли Циньу увидел парящую в воздухе стреляную гильзу болтера. Он протянул руку и схватил её.
Это была стандартная гильза болтера Астартес, калибр 25 миллиметров; гильза из легированной стали была очень тяжелой.
Ли Циньу отбросил гильзу и взглянул вперед.
В коридоре перед ним плавало огромное количество гильз, и следы боя здесь были еще более отчетливыми.
На стенах виднелись огромные оплавленные участки: судя по всему, Астартес использовали тяжелые плазменные пушки, которые превратили целый участок коридора в расплавленное железо!
«Черт возьми, при таком масштабе следов боя, не здесь ли целый орден Астартес сражался с врагом? И кто был их противником?»
Вскоре ответ на этот вопрос был получен.
Когда Ли Циньу завернул за очередной угол, еще больше приблизившись к местоположению дредноута, его зрачки резко сузились.
Потому что в конце коридора, за углом, он увидел труп — труп Астартес в силовой броне!
Это был не прошедший улучшение до примариса Астартес; его рост в доспехах составлял около 2,3 метра — стандарт для Астартес.
Этот Астартес безмолвно стоял в конце коридора, сжимая в одной руке болтер, а в другой — цепной меч.
Он был мертв. Ли Циньу увидел, что грудь воина была пробита чьими-то острыми когтями.
Три огромных, жутких шрама прорезали толстую керамитовую броню.
А под раной были полностью разорваны сверхчеловеческие ребра Астартес, а обе сверхчеловеческие сердечные мышцы и геносемя были вырваны, оставив лишь пустую грудную клетку!
Астартес стоял только потому, что отсутствовала гравитация.
Магнитные захваты его силовой брони все еще работали, намертво фиксируя тело в вертикальном положении, поэтому с первого взгляда Ли Циньу показалось, что Астартес умер стоя.