Глава 204: Мне кажется, эта пушка сломана
— С этого момента я буду проводить ежемесячную аттестацию. Из вас я буду отбирать десять лучших бойцов, которые станут моей личной гвардией.
Став моей личной гвардией, вы будете облачены в силовую броню и вооружитесь лучшим оружием, чтобы сражаться за меня.
Вы и ваши семьи получите статус жителей Верхнего улья и покинете Нижний улей, чтобы жить там.
Ваше жалованье также увеличится: я буду платить вам по 20 тысяч в месяц, а вашим семьям я подберу работу.
Ли Циньу закончил говорить, и внизу поднялся невероятный шум. Люди смотрели на него с горящими глазами.
Ли Циньу сказал Сяодао: — Теперь, когда у меня есть деньги, я не боюсь кормить много людей. Четырехсот братьев с ружьями нам явно недостаточно.
Немедленно займись набором, набери мне 3000 человек. После этого введем ежемесячную систему: аутсайдеры будут уволены, а лучшие — повышены.
Десять худших будут вышвырнуты из армии, а десять лучших станут моей личной гвардией!
Ли Циньу теперь был человеком со статусом, он не боялся тратить деньги. Он решил совершить «большой скачок» и довести численность своей армии в Нижнем улье до 3000 человек.
Он собирался растить из этих 3000 человек «ядовитых насекомых» в одной банке: заставлять их ежемесячно проходить проверку, бороться друг с другом, чтобы отобрать самых безжалостных и сделать их своей гвардией.
Дождавшись, пока возбуждение толпы немного утихнет, Ли Циньу опустил руку, призывая к тишине, и продолжил:
— Далее, я озвучу требования к аттестации. Она будет разделена на командную и индивидуальную.
Результаты будут делиться на три уровня: отличный, средний и неудовлетворительный.
За отличный результат — два очка, за средний — одно, за неудовлетворительный — минус одно очко.
Командная аттестация будет оценивать строевую подготовку, дисциплину при исполнении приказов и способность отрядов к взаимодействию.
Индивидуальная аттестация включает стрельбу, физическую подготовку, тактическое мастерство, навыки рукопашного боя и уровень образования.
Услышав про аттестацию по образованию, собравшиеся сделали странные лица.
Большинство из них были словно крысы из Нижнего улья, привыкшие грызть друг другу глотки, каждый из них был предельно жесток.
Если выдернуть оттуда десятерых, одиннадцать окажутся неграмотными!
Заставлять их сдавать экзамен по грамоте было так же смешно, как отправить Ли Куя на императорский экзамен.
Ли Циньу ничего не оставалось. Он не собирался заниматься всеобщим просвещением в этом мире, полном демонов и монстров, но повышение культурного уровня солдат было необходимостью.
Каждый комплект силовой брони, который он привез, был оснащен персональной системой связи. Как кучка неграмотных будет этим пользоваться?
Более того, на визоре шлема силовой брони интегрирована электронная карта. Как эти неграмотные будут смотреть на нее?
Каждый из этих комплектов стоит миллионы. Чтобы раскрыть потенциал такой брони, бойцы не могут быть никчемными.
Поэтому Ли Циньу добавил в программу аттестации уроки грамоты и собирался привлечь интеллигенцию с фабрик в качестве учителей.
Лао Бай был выбран Ли Циньу для этой задачи.
Раньше Лао Бай работал бухгалтером у Киберглаза, а до того, как опустился в Нижний улей, учился в школе в Среднем улье.
По стандартам 3к-эпохи, Лао Бай имел примерно уровень колледжа.
Ли Циньу не рассчитывал, что Лао Бай воспитает гениев; если удастся выпустить хотя бы группу «старшеклассников», он будет вполне доволен.
Чтобы мотивировать Лао Бая, Ли Циньу пообещал: как только он обучит 1000 человек до уровня аттестата старшей школы, он отправит его жить в Верхний улей.
Несколькими словами Ли Циньу выстроил систему мотивации. Ему оставалось лишь раз в месяц «собирать урожай», забирая 10 элитных бойцов, и постепенно он сможет создать боеспособную личную армию.
Закончив с делами, Ли Циньу хотел было осмотреть производство на трех фабриках, но у него на поясе зазвонила рация. Раздался голос лейтенанта Рудосена:
— Командир первого батальона нашего полка переведен. Полковник уже оформил документы на твое назначение командиром батальона. Не хочешь взглянуть на свое подразделение?
Ли Циньу удивился: «Вот это быстро».
Он вернулся в свое убежище, надел военную форму, повесил на бедро силовой меч, свидетельствующий о его статусе, причесался как подобает взрослому и на ремонтном автомобильчике отправился в штаб полка.
Лейтенант Рудосен и полковник Лайо уже ждали его в штабе батальона. Увидев, как «разоделся» Ли Циньу, лейтенант Рудосен поморщился, чувствуя легкую зависть.
Полковник Лайо же с улыбкой шагнул навстречу:
— О! А я-то думал, почему сегодня луна такая яркая, а звезды светят? Оказывается, пожаловал сам барон!
Ли Циньу отмахнулся:
— Тише, тише, не кричите так громко. Выставляете меня каким-то нуворишем, который каждому встречному кричит, что он барон.
Полковник Лайо ответил: — Господин барон, ваш батальон выстроен и ждет смотра. Пойдемте, взгляните на своих воинов!
Ли Циньу удовлетворенно кивнул.
— Хорошо!
Все переместились на плац, где уже стоял выстроенный батальон, а разнообразное легкое и тяжелое вооружение, а также бронетехника были выставлены в ряд.
Полковник Лайо начал вводить в курс дела: — Наш 109-й полк — это полк мобильной пехоты, у нас много бронетехники.
В его составе 5 рот, по 120 человек в каждой, с одним БТР «Химера» на роту.
2 роты на автомобилях: по 100 человек, 3 военных грузовика и один джип в каждой.
2 артиллерийские роты: по 180 человек, 4 160-мм гаубицы и 4 артиллерийских тягача в каждой.
1 рота тылового обеспечения: 60 человек и 12 военных грузовиков.
Весь батальон насчитывает 1280 человек.
На бумаге данные были очень внушительными: бронетехника, транспорт, тяжелая артиллерия.
Однако люди были никудышные, командование — тоже, у солдат не было боевого духа, это были просто люди, пришедшие отсидеть смену ради жалованья.
Ли Циньу вышел перед строем и указал на выложенные на земле в ряд стабберы.
— Мне кажется, эти пушки немного сломаны.
Лейтенант Рудосен открыл рот, но ничего не сказал.
Полковник Лайо на секунду замер, а затем произнес: — А, точно. Эти пушки на службе уже лет десять, пора бы списать парочку.
Ли Циньу остался очень доволен и указал на БТР «Химера».
— Мне кажется, с этой машиной тоже что-то не так.
Лейтенант Рудосен не выдержал:
— Эй! Ты не слишком наглеешь?!
Полковник Лайо замялся.
— Эта машина... кажется, действительно, одну пора списывать...
Лейтенант Рудосен повернул голову и с недоверием посмотрел на полковника. Тот не обратил на него внимания и смотрел на Ли Циньу с таким подобострастием, что был похож на мопса.
Ли Циньу подошел к артиллерийским орудиям. Стволы 160-мм гаубиц были направлены в небо.
— Эта пушка...
На этот раз Рудосен не дал ему договорить и выскочил вперед:
— Эй! Эта точно не может быть сломана! Не твори ерунды!
Ли Циньу почесал затылок и посмотрел на полковника Лайо.
— Эта пушка не может быть сломана?
На лице полковника Лайо отразилась внутренняя борьба, но затем он помрачнел, приняв решение:
— Господин барон, вопрос не в том, может ли она сломаться, а в том, чтобы она ломалась постепенно, медленно, ритмично и закономерно...