Глава 21: Изменение обстановки на поле боя
На фронте обстановка изменилась.
У бойцов Банды удобрений была кое-какая броня из мусора, в руках — холодное оружие и железные щиты, а их слаженность оказалась на удивление неплохой, что позволило им сдержать натиск ядовитых тварей.
Мамаша из Банды химикатов, увидев, что ядовитые твари почти передохли, сказала своим подчинённым: «Хорошие мои, выпускайте маминых послушных пёсиков, загрызите врага!»
В бой выдвинулись основные силы Банды химикатов — химические псы. Они были куда элитнее ядовитых тварей: в броне из мусора, с холодным оружием и железными щитами, а у доверенных лиц мамаши даже были самодельные пушки.
Мамаша как раз и собиралась сначала измотать бойцов Банды удобрений с помощью ядовитых тварей, а затем бросить в бой основные силы — химических псов.
Около 1600 химических псов получили приказ, вкололи себе стимуляторы, пришли в возбуждённое состояние и с дикими воплями бросились вперёд, чтобы схлестнуться с Бандой удобрений.
Со стороны Банды удобрений их главарь, Электроглаз, усмехнулся и отдал приказ группе особых людей, стоявших рядом.
«Начинайте».
Каждый из этих людей был обвешан рюкзаками смертников, начинёнными детонаторами и металлическими осколками; любой такой взрыв порождал чудовищный шквал металла.
Это были заключённые из Среднего улья, которые ещё не успели привыкнуть к жизни в Нижнем улье, когда их схватила Банда удобрений.
Банда удобрений брала в плен только тех, у кого были дети, и заставляла мужчин становиться смертниками, обещая взамен, что их жёны и дети останутся в живых.
И вот сейчас настал момент, когда эти люди должны были послужить своей цели.
В глазах одного из смертников промелькнули страх и боль, сменившиеся вопросом:
«Вы будете хорошо обращаться с моей семьёй?»
Электроглаз промолчал, а вместо него вперёд вышел его высокопоставленный приспешник:
«Пятнадцать лет назад мой отец погиб, подорвав себя. Мне тогда было всего десять.
Теперь я — доверенное лицо Электроглаза, моя мать работает в чанах с удобрениями, и, по прогнозам, доживёт до сорока, прежде чем умрёт от болезни».
Слова, от которых у трёх тысяч человек волосы встали бы дыбом, здесь стали весомым аргументом, убедившим мужчину пойти на верную смерть.
«Поклянись именем Императора».
Мужчина поправил рюкзак с бомбами и впился взглядом в единственный глаз Электроглаза:
«Клянусь именем Императора: твои дети станут моими бойцами, когда вырастут, а твоя жена будет работать на меня.
Они могут погибнуть в бандитских разборках, от химических болезней или из-за тяжёлого труда, но никто не посмеет лишить их достоинства, играючи замучив до смерти!»
Мужчина закрыл глаза, по его щеке скатилась слеза, но когда он открыл их снова, в них пылали лишь ярость и беспощадность!
Пятьдесят смертников с рёвом выскочили из строя, бросившись навстречу одурманенным психопатам из Банды химикатов.
Стороны столкнулись в яростной схватке, за которой последовал взрыв.
Взрывы разрывали человеческие тела на куски, летели осколки, задевая и уничтожая даже тех химических псов, что были поодаль.
Кровь, внутренности, ошмётки плоти и оторванные конечности разлетались повсюду. Всё это было подобно грязи на золотых сапогах Повелителя Человечества — Императора: без всякого смысла, без всякой ценности.
Основной натиск Банды химикатов был по большей части отбит смертниками, и главарь Электроглаз расхохотался, размахивая в левой руке тесаком, а в правой — самодельным крупнокалиберным пистолетом.
Он громко закричал: «Братья, вперёд! Раздавим этих ядовитых тварей одним махом!»
С этими словами он первым бросился в атаку. Этот поступок воодушевил бойцов Банды удобрений, они с яростными воплями ринулись следом, и линия фронта начала смещаться в сторону территории, контролируемой Бандой химикатов.
Мамаша из Банды химикатов заскрежетала зубами от злости и взвизгнула: «Выпустить всех химических свиней!»
Услышав этот приказ, подчинённые затряслись от страха.
«Но, мамаша, наши люди в гуще врагов, если мы сейчас выпустим химических свиней, не получится ли так, что...»
«М?»
Мамаша бросила на него взгляд, от которого подчинённый чуть не наложил в штаны, и ему ничего не оставалось, как вытащить пульт и активировать всех химических свиней.
Тем временем, на одном из контейнеров на фланге битвы, Нож орал благим матом, яростно кромсая ножом запрыгнувшего наверх мускулистого пса.
На самом деле, этот мускулистый пёс был уже мёртв. Когда он прыгнул, Ли Циньу выпустил по нему очередь из полуавтоматической боевой винтовки, за две секунды опустошив 15-зарядный магазин: все пули вошли прямо в грудную клетку твари.
Его сердце, печень и лёгкие были превращены в кашу, он скончался на месте, но по инерции успел повалить Ли Циньу и придавить его своим весом.
А Нож, перепугавшись, начал с дикими воплями кромсать труп мускулистого пса ножом — за это короткое время он умудрился пырнуть его больше сотни раз!
Ли Циньу, придавленный двухметровой тушей, задыхаясь, прохрипел: «Оттолкни его!»
Нож: «У-а-а-а!»
Ли Циньу: «Блядь!! Да хватит его, мать твою, тыкать!! Он давно сдох!! Оттолкни его, живо!!»
Нож остолбенел, посмотрел на уже давно неподвижного мускулистого пса, сообразил, в чём дело, и поспешно спихнул труп.
Ли Циньу поднялся, перевёл дыхание, обыскал тело и вытащил из кармана штанов мускулистого пса четыре ядовитых шприца.
Хм, такой лут вполне соответствует силе этого противника, тянет на уровень мини-босса.
Ли Циньу остался очень доволен, открыл рюкзак, убрал шприцы, и тут на поле боя произошли новые перемены.
После серии взрывов последние основные силы Банды удобрений и Банды химикатов сошлись в решающей схватке.
Банда химикатов также выставила свой последний козырь — более 30 химических свиней.
Эти монстры высотой в 2,5 метра, закованные в жир и железную броню, как только появились, тут же начали убивать всех без разбора.
У этой твари нет разума, она не отличает своих от чужих: убивает и бойцов Банды удобрений, и членов Банды химикатов, и даже если две химические свиньи сталкиваются друг с другом, начинают резать друг друга!
Поле боя мгновенно погрузилось в хаос, и обстановка снова стала неясной.
Ли Циньу издалека увидел, как Банда химикатов выпустила свиней, достал магазин с патронами 5-го уровня и пристегнул его: как раз вовремя, чтобы выполнить задание чёрного рынка по убийству трёх таких свиней.
Он долго целился в сторону поля боя, но стрелять не стал: слишком много хаоса, свиньи постоянно скачут туда-сюда, то и дело разрывая кого-нибудь на куски и пожирая, прицелиться трудно.
Бронебойные пули в основном предназначены для пробития брони, убить можно только выстрелом в голову, а стрелять по корпусу — дело гиблое, там столько жира, что, боюсь, вообще никакого урона не нанесёшь.
Целился он какое-то время, и вдруг увидел, как одна свинья схватила химического пса, прижала его к земле и вонзила свою пасть прямо ему в живот.
Тот несчастный химический пёс орал благим матом, но через пару мгновений ему распороли живот и вырвали кишки; его тонкие ручки и ножки были не в силах сопротивляться этой туше, похожей на гору мяса.
Эта химическая свинья опустилась на колени и принялась чавкать, втягивая внутренности, словно лапшу. Её голова стала меньше дёргаться, что как раз облегчило Ли Циньу прицеливание.
Он приподнял винтовку, вдохнул, задержал дыхание — ствол перестал дрожать.
Совместив мушку и целик с головой чавкающей свиньи, он нажал на спусковой крючок.
Бах!!
Тяжёлая бронебойная пуля с высоким давлением в стволе вылетела наружу и точно поразила свинье прямо в лоб.
Пуля прошила железный шлем, а затем и черепную коробку, превратив его управляемый химикатами мозг в месиво.
Тварь даже не пискнула, её тело обмякло, и она рухнула на землю, подохнув: всего один выстрел — и полутонный химический монстр испустил дух.