Глава 226: Задание по эскортированию 2
(Спасибо пользователю «Цзючэнь эр сань ши» за донат, дополнительная глава 2/3)
Колонна медленно продвигалась вперёд, а повстанцы, нахлынувшие подобно морю, атаковали со всех сторон, но тут же превращались в кровавый туман под огнём лучевого и кинетического оружия, установленного на машинах.
Ли Циньу находился внутри командной «Химеры», управляя всем в многозадачном режиме: то отдавал координаты отцу Каю, чтобы тот накрыл левый фланг из гранатомёта, то маленькому Каю — для удара по правому.
Время от времени ему приходилось подключаться к той или иной «Химере», отдавая приказ открыть огонь в определённом направлении.
От такой многозадачности «процессор» Ли Циньу работал буквально на пределе своих возможностей.
— Твою мать! Откуда взялось столько повстанцев!
Старина Кай! 400 метров, 10 часов от тебя — выпусти 20 гранат!
В рации раздался голос старины Кая:
— Командир, гранаты кончились, ни одной не осталось!
Следом отозвался маленький Кай:
— У меня тоже всё вышло, абсолютно пусто!
Ли Циньу выругался. Дела плохи: скорость щитовой машины слишком низка, а повстанцев слишком много — если так пойдёт и дальше, их рано или поздно окружат и уничтожат!
Нужно действовать на упреждение, взять ударный отряд и выйти наружу, чтобы принять бой, уничтожить живую силу противника и расширить зону безопасности!
Но проблема в том, что у Ли Циньу не было подчинённых командиров, никто из них не обладал достаточным авторитетом и навыками, чтобы вести малую группу в отрыве от основных сил.
Никто, кроме него самого!
Но если он уйдёт, то кто будет управлять ауспексом в командной «Химере»?
По идее, в командной «Химере» должен быть расчёт из шести человек, но сейчас, кроме водителя, там был только один Ли Циньу.
Именно из-за нехватки кадров, способных обращаться с высокотехнологичным оружием, Ли Циньу приходилось самому садиться в машину и координировать действия войск.
Теперь ситуация стала критической: нужен человек, чтобы повести солдат в бой, и нужен человек, чтобы остаться в «Химере» и наводить артиллерию.
Ему хотелось разорваться пополам!
В этот момент он вспомнил, что техножрецы наверняка умеют пользоваться ауспексом, и поспешил связаться с отцом Антонием.
— Антоний! Срочно поднимайся в командную «Химеру», садись за ауспекс и передавай мне координаты целей! Я собираюсь вывести людей, чтобы дать отпор повстанцам!
Отец Антоний ответил, что понял, и передал управление щитовой машиной своим коллегам.
Он спрыгнул с движущейся щитовой машины, зашагал на своих механических ногах, несколькими шагами догнал командную «Химеру» и, открыв люк, забрался внутрь.
Кто-то принял на себя обязанности наводчика, и Ли Циньу был освобождён. Он выпрыгнул из командной «Химеры» и приказал всему отряду:
— Все, кто в силовой броне, за мной! Мы выходим на прорыв!
Около 40 солдат в силовой броне, подхватив тяжёлые лазганы, побежали вслед за Ли Циньу.
Ли Циньу повёл их прочь от колонны, в левый фланг. Он видел, что в трёх километрах оттуда скопилась большая группа красных точек — около 500 повстанцев.
Эти 500 с лишним мятежников перегородили путь перед щитовой машиной. Непонятно, что они там делали, но в любом случае они представляли серьёзную угрозу, которую нужно было устранить немедленно!
Силовая броня позволяла развивать довольно приличную скорость при беге — более 40 километров в час.
Весь процесс бега обеспечивался работой сервоприводов, так что сами солдаты почти не уставали.
Вскоре этот отряд «как бы Астартес» оказался перед 500 повстанцами.
Те копались в земле с лопатами и кирками, закладывая самодельные фугасы, и прямо в этот момент наткнулись на Ли Циньу и его людей.
Ли Циньу вскинул свой лаз-карабин и открыл беспорядочный огонь. Остальные солдаты в силовой броне также подняли тяжёлые лазганы, переключили их в автоматический режим и открыли огонь на поражение!
Алые лазерные лучи с темпом стрельбы 600–700 выстрелов в минуту создали плотную огненную завесу.
Повстанцы, не имевшие брони, попадая под этот шквал, превращались в куски прожаренного мяса!
Мятежники в панике: они не ожидали, что пехота СПО пойдёт в контратаку. В суматохе они принялись огрызаться из самодельного оружия.
Однако пули из кустарных стволов в системе «Свой-Чужой» классифицировались как «белые» угрозы первого-второго уровня. При попадании в керамитовую обшивку силовой брони они, кроме царапин на краске, не наносили никакого урона!
Тяжёлые лазганы обладали великолепным ресурсом и могли вести непрерывный огонь сотни раз подряд.
Вскоре большая часть из 500 повстанцев была уничтожена этим чудовищным лазерным огнём, а оставшиеся в ужасе разбежались, растворяясь в полях.
В этот момент в ухе Ли Циньу раздался голос отца Антония:
— Отличная работа, Лорд-командующий! Но по данным ауспекса, в трёх километрах к северо-востоку от колонны появилась ещё одна группа повстанцев!
Их скорость высока, около 200 человек, скорее всего, кавалерия.
Эти всадники любят использовать ранцы со взрывчаткой для сближения, это высокоприоритетная цель. Возможно, Лорд-командующий, вам стоит заняться ими в первую очередь!
Ли Циньу немедленно повёл отряд в указанном отцом Антонием направлении, продолжая бежать и попутно используя системы прицеливания своего шлема, чтобы точно захватить цели.
Вскоре конница врага показалась впереди. У них на груди действительно были закреплены ранцы со взрывчаткой, и они готовились к рывку.
— Огонь!!
Ли Циньу рявкнул, и около 40 солдат в силовой броне, вскинув 40 тяжёлых лазганов, выпустили в сторону врага стену смертоносного огня.
Этот шквал накрыл конницу повстанцев: всадники лишались коней, а те, кто оставался на ногах, превращались в обычную пехоту.
Некоторые мощные лазерные лучи прошивали ранцы со взрывчаткой, вызывая мощные детонации, которые уносили жизни ещё большего числа всадников.
Прошло немного времени, и эта группа красных точек на карте исчезла.
Ли Циньу только собрался перевести дух, как вновь раздался требовательный голос отца Антония:
— Беда, Лорд-командующий! С востока и запада одновременно прут две группы повстанцев! Вы должны немедленно устранить их!
Ли Циньу выругался и повёл отряд силовой брони к той группе повстанцев, что была ближе.
В этот раз врагов было много — более 800 человек, среди которых были пехотинцы с ракетницами!
Это доставило Ли Циньу немало хлопот. Он приказал своим солдатам рассредоточиться перед атакой, чтобы не попасть под обстрел ракетниц.
Их кумулятивные заряды пробивали силовую броню с одного выстрела.
Разбор с этой группой занял некоторое время. Лаз-карабин Ли Циньу раскалился, и ему пришлось сменить его на тяжёлый лазган, чтобы продолжать стрельбу.
После затяжного боя, когда они наконец разгромили эту группу, Ли Циньу в спешке повёл всех обратно, наперерез другим повстанцам.
Но как только он вернулся к колонне, то увидел, что те уже атакуют.
В колонне загрохотали все виды оружия, выкашивая ряды мятежников.
Однако эти повстанцы были смертниками. Один из них, с ракетницей на плече, пробрался по сложному лабиринту каналов на расстояние 500 метров до колонны и выстрелил по щитовой машине.
Ли Циньу воочию видел, как ракета прочертила небо и с грохотом врезалась в хребтовую часть щитовой машины, разлетевшись снопом искр.
— Чёрт!!
Ли Циньу выругался, сменил оружие на лазерную снайперскую винтовку и одним выстрелом снял повстанца, который пытался зарядить вторую ракету.
Угроза была устранена, но попадание всё же состоялось.
Ли Циньу с замиранием сердца взглянул на машину и выдохнул с облегчением.
Щитовая машина предназначалась для работы в толще земной коры, её гусеницы и весь корпус были покрыты мощной бронёй.
Ракета оставила лишь небольшую отметину, кумулятивная струя пробила внешнюю обшивку, но не нанесла критических повреждений.
Ли Циньу успокоился, но тут в гарнитуре шлема раздался рык отца Антония:
— Нет!! Враг разносит мою щитовую машину в щепки, я не хочу потом собирать её по кусочкам!
Ли Циньу приподнял шлем, сплюнул и опустил его обратно.
— Да не ной ты, это всего лишь лёгкое повреждение! Быстрее давай координаты!
— Слева сзади! Большая группа врага, их там тьма, иди! Скорее иди и устрани их! Не давай им подойти к моей драгоценной щитовой машине!
Ли Циньу поспешил со своим элитным отрядом в указанное место, и через несколько минут завязался бой с основными силами повстанцев.
В этот раз врагов было ещё больше — около тысячи!
Но не успел Ли Циньу толком вступить в бой, как в ухе снова раздался тревожный крик отца Антония:
— Справа! Справа тоже подошла большая группа повстанцев, их очень много! Скорее! Лорд-командующий, вернись и поддержи нас!
Ли Циньу превратил десяток повстанцев перед собой в «прожаренные стейки» из тяжёлого лазгана и взревел:
— Я с этой группой еле справляюсь, у меня сил не осталось! Пусть БТР «Химера» из состава колонны и мои солдаты сами разбираются с целями!
Крикнув это, он перестал обращать внимание на всё остальное и сосредоточился на борьбе с основной массой мятежников.
Со стороны колонны донёсся грохот интенсивной стрельбы, через несколько минут снова прозвучал характерный пуск ракеты.
Вжух! БАБАХ!!!
— Нет!! Моя щитовая машина получила урон, тонны урона! Лорд-командующий, ты не мог бы стянуть огонь на себя?!
Ли Циньу бросил три гранаты, подорвав группу повстанцев, перекинул раскалённый тяжёлый лазган за спину, выхватил силовой меч и бросился в гущу врагов.
— Заткнись! Я уже стянул на себя всё внимание, сколько мог!!
Силовой меч свистел в воздухе, рассекая тела повстанцев, словно раскалённый нож масло, оставляя за собой лишь куски плоти и внутренностей.
Один высокий и крепкий повстанец с топором из закалённой стали с воплем бросился на Ли Циньу.
Ли Циньу поднял силовой меч и обрушил его на врага.
Повстанец попытался блокировать удар стальным топором, но меч, окутанный синим силовым полем, даже не замедлился при контакте с металлом. Высеклись искры, и оружие легко прошло сквозь преграду, разрубив здоровяка пополам!
В этот момент сзади снова послышался пуск ракетницы.
Вжух! БАБАХ!!!
— О, что это был за звук? О боже! Лорд-командующий! Моя щитовая машина горит, моё сердце обливается кровью!
Ли Циньу продолжал игнорировать вопли отца Антония, сосредоточившись на противнике.
К этому моменту лазерное оружие его отряда перегрелось, и все перешли на ближний бой.
Повстанцев было много, и без поддержки автоматического оружия солдаты в силовой броне вскоре утонули в море врагов.
Те в упор стреляли в силовую броню, били молотами, тыкали штыками, но всё было без толку.
Зато солдаты в силовой броне, размахивая кулаками, каждым ударом ломали врагам кости и рвали плоть!
А вокруг Ли Циньу творилась настоящая кровавая баня: он был окружён настолько плотным кольцом мятежников, что они стояли в три слоя.
Видя, как много врагов его окружило, он просто гаркнул: «Получите по заслугам!», обеими руками сжал рукоять силового меча и начал вращаться на месте, словно волчок.
Повстанцам, которых касался меч, не поздоровилось — их буквально расчленяло на месте.
Ли Циньу крутился, крутился и крутился, пока от головокружения не вынужден был остановиться, а вокруг него уже лежала гора трупов!
К этому времени повстанцы, напуганные натиском солдат в силовой броне, начали отступать.
Ли Циньу не стал их преследовать, а поспешил со своим отрядом обратно к колонне, чтобы навести порядок.
Вернувшись, он увидел, что на огромном корпусе щитовой машины появилось несколько чёрных отметин — видимо, повстанцы всё же смогли подобраться и выстрелить из ракетниц, но ничего критичного не случилось.
Колонна не была разгромлена и сохраняла строй. Ли Циньу выдохнул с облегчением и по рации подколол отца Антония:
— Видишь? Врагов-то всего ничего, силы охраны вокруг машины справляются сами, мне даже не нужно было возвращаться. Чего ты паникуешь?
Отец Антоний в ярости ответил:
— Это всё потому, что я отправил своих коллег в танки «Леман Расс», чтобы они управляли башнями и отбросили врага огнём артиллерии!
Всё-таки техножрецы — это надёжные люди, в отличие от некоторых!!
Ли Циньу только сейчас заметил, что башни танков «Леман Расс» в колонне вращаются, внимательно выцеливая всё вокруг.
Его личные бойцы не умели пользоваться танковыми орудиями, но техножрецы — другое дело! Один техножрец мог управлять башней, что значительно усилило огневую мощь колонны!
И действительно, под прикрытием танковых орудий повстанцы больше не могли даже приблизиться к колонне.
Стоило отцу Антонию заметить с помощью ауспекса приближение крупных сил, как он тут же приказывал заряжать фугасы и бить по скоплениям врага. Один залп танковой артиллерии — и любые силы противника превращались в пыль!
Танковые орудия внушали куда больше страха. После этого повстанцы больше не осмеливались приближаться к колонне, беспомощно наблюдая, как она движется в сторону зоны контроля СПО.