Глава 793: Терра 2
Терра — колыбель человечества и его столица — полна чудес архитектуры.
Поверхность Терры можно грубо разделить на три части.
В центре находятся Гималаи, занимающие почти всё северное полушарие, — это Императорский Дворец.
Дворец делится на Внутренний и Внешний. Внутренний дворец — дом Старика-Императора, ведь он возвел огромный комплекс прямо на Гималайских горах.
Внутри дворца стоит Золотой Трон, на котором Старик сидит уже десять тысяч лет, питаясь псайкерской энергией.
Его телохранители, Адептус Кустодес, также охраняют Внутренний дворец, защищая Императора.
Это абсолютная запретная зона, куда почти никто не может попасть и увидеть истинный лик Императора.
Далее — Внешний дворец, аналог залы заседаний для министров. Здесь расположены главные офисы ведомств Империума, например, Большой совет Терры, где собираются Высшие лорды.
Помимо этого, здесь же находятся шпили-резиденции аристократии.
Еще один ориентир — Аллея Живых Святых, по обе стороны которой возвышаются статуи примархов и Живых Святых.
Так называемое паломничество, посещение святых мест — это, по сути, прогулка по Аллее Живых Святых до конца пути и обратно.
В этот момент Ли Циньу, взяв с собой кошкодевочку Нову, на челноке направился прямо во Внешний дворец, к главному зданию Ордо Еретикус.
Челнок приземлился на посадочной платформе на крыше здания Ордо Еретикус. Хвостовой отсек открылся, и Ли Циньу с Новой вышли наружу.
К ним подошел инквизитор-стажер, поклонился Ли Циньу и произнес:
— Посланник инквизитора Трасола, прошу за мной, Великий магистр Сигурд уже ожидает вас.
Ли Циньу вместе с Новой последовал за стажером внутрь здания.
После череды поворотов и коридоров они оказались в помещении, которое можно было назвать спартанским.
В комнате не было пышного убранства, лишь массивный рабочий стол и горы бумаг.
В этом море документов на диване сидел пожилой мужчина и правил бумаги.
У него были полностью седые волосы, лицо изрезано морщинами, один глаз был заменен на аугметический, а сбоку головы виднелся разъем для передачи данных — других модификаций замечено не было.
Мужчина работал невероятно быстро: пергаментные отчеты, попадая к нему, изучались всего за пару секунд, после чего он ставил резолюцию перьевой ручкой.
Вокруг него парили десятки сервиторов-черепов, непрерывно подавая ему документы, что обеспечивало колоссальную эффективность.
Инквизитор-стажер, открыв дверь, доложил:
— Учитель, прибыл посланник инквизитора Трасола!
Старик в море бумаг замер с ручкой, но затем, подписав еще десяток листов, отложил перо.
Он сцепил руки на столе, поднял уставшие глаза на Ли Циньу и Нову и тяжело вздохнул.
Ли Циньу хотел представиться, но старик остановил его жестом.
— Граф, я знаю, кто вы. Я уже много раз читал ваше досье. Я знаю о вас больше, чем вы можете себе представить. Не нужно представляться, переходите сразу к делу.
Ли Циньу кивнул и достал из-за пазухи инквизиторскую розетту.
— Великий магистр Сигурд, это инквизиторская розетта инквизитора Трасола. Перед смертью он велел мне передать её вам. Он сказал, что его путь оборвался на Звезде Пурпурного Алмаза и он не оправдал надежд наставника.
В глазах старика при виде розетты мелькнула боль.
Он поднялся с дивана, и инквизитор-стажер, непонятно откуда появившийся рядом, подал ему деревянную трость.
Великий магистр Сигурд обогнул «бумажное море» и подошел к Ли Циньу, протянув иссохшую ладонь, чтобы принять розетту.
Он смотрел на неё с отсутствующим выражением лица.
— Трасол, этот мальчик... один из моих самых выдающихся учеников. Он должен был свершить великие деяния, он должен был оставить своё имя на Башне Героев!
А не умирать в расцвете лет, вот так просто, в забытом богом уголке!
Сказав это, он крепко сжал сухой ладонью розетту, а затем разжал пальцы.
Он поднял взгляд на Ли Циньу, затем перевел его на кошкодевочку Нову, задержавшись на её слегка округлившемся животе.
— Впрочем, мертвые мертвы, а жизнь живых должна продолжаться.
Он снял с безымянного пальца правой руки кольцо с рубином, взял руку кошкодевочки Новы и надел кольцо на её палец.
Нова растерялась, но старик похлопал её по руке, успокаивая:
— Возьми, дитя, это подарок будущему ребенку.
На этой планете слишком много людей, все они измотаны. Без помощи, если вам понадобится что-то сделать, вы состаритесь и умрете, пока будете стоять в очередях!
Ли Циньу всё понял: кольцо было знаком доверия, знаком Великого магистра Инквизиции!
Теперь, если им нужно будет что-то сделать, не придется толкаться в очередях — стоило предъявить этот знак, и вопрос решался на месте!
Затем старик несколько минут поговорил с Новой, а после, похлопав её по тыльной стороне ладони, сказал:
— Дитя, иди в соседнюю комнату, отдохни, перекуси, а мне нужно поговорить с этим господином.
Кошкодевочка Нова послушно кивнула и вышла из кабинета.
Старик вернулся к своему столу, сел на диван и жестом пригласил Ли Циньу присесть напротив.
Стол был огромен — не меньше полутора метров в ширину.
Ли Циньу сел напротив, понимая, что придется говорить громко.
В то же время он осознавал, что этот человек собирается обсуждать серьезные дела, иначе не стал бы устраивать такую торжественную обстановку.
Как и ожидалось, усевшись, старик прямо спросил:
— Что ж, мой дорогой помощник инквизитора Трасола, господин Живой святой, спаситель планет.
Теперь, когда инквизитор Трасол мертв, какие у вас планы на будущее?
После этого вопроса Ли Циньу понял, что стоит на распутье.
Инквизитор Трасол погиб, будущее сулило непростые времена, и Ли Циньу пришел сюда как раз за тем, чтобы попытаться заполучить часть его политического наследия.
Однако Ли Циньу по натуре был крайне независимым человеком и не собирался связывать свою жизнь с каким-либо высокопоставленным лицом.
Говоря проще, Ли Циньу был эдаким «зеленым чаем» (притворщиком): он хотел покровительства власть имущих, но не хотел быть их цепным псом — и то, и другое сразу.
А сильные мира сего обладают сильным чувством контроля: если хочешь вступить в их дом, ты обязан связать себя с ними обязательствами!
Ли Циньу безумно колебался. Этот старик перед ним наверняка знал его как облупленного.
Более того, он был Великим магистром Ордо Еретикус, еще один шаг — и это Высший лорд, абсолютная вершина человеческой власти!
Судя по всему, стоило Ли Циньу открыть рот, как собеседник был готов подтолкнуть его, позволив взлететь на девять тысяч ли вверх!
Главное, что и сам Ли Циньу имел отличный послужной список: спас столько планет, является Живым святым, предположительно получил благословение Императора.
Такой человек, к кому бы ни примкнул, смог бы поднять политическое влияние своего патрона на новый уровень!
Но проблема в том, что, примкнув к кому-то, теряешь свободу.
В политической философии Империума часто оправдывается применение «необходимого зла».
Хотя вопрос о том, насколько оно действительно необходимо, остается открытым. Но как бы то ни было, чтобы не выполнять «необходимое зло» в такой ситуации, нужно иметь соответствующие ресурсы!
Сейчас он — вольный странник. Если кто-то велит делать грязную работу, можно отказаться.
Но если ты вошел в дом к сильным мира сего, пользуешься их политическими ресурсами, разве сможешь ты отказаться, когда тебя заставят делать грязную работу?