Глава 206: Фамильный стяг
— Барон, согласно обычаям нашей планеты, после того как вы станете бароном с реальными феодальными владениями, вы сможете выбрать территорию, которая станет вашим уделом.
Если вы хотите защитить земли того мятежного маршала от посягательств СПО, то можете воспользоваться этим правом и объявить земли мятежного маршала своим баронством.
Метод, предложенный советником Килианом, был именно тем, о чем Ли Циньу уже задумывался, и именно по этой причине он пришел к советнику.
Ли Циньу спросил:
— Как именно реализовать этот метод? Есть ли какие-то трудности? Не доставит ли это мне неприятностей? Тот маршал, в конце концов, мятежник. Если я сделаю его земли своим баронством, очень вероятно, что кто-то обвинит меня в сговоре с повстанцами.
Советник Килиан кивнул, подтверждая опасения Ли Циньу, но с полной уверенностью заявил, что проблем не будет.
— Барон, в обычное время ваши опасения были бы оправданы, и сговор с мятежниками действительно привел бы к обвинениям, но сейчас ситуация иная. Сейчас в улье свирепствует голод, и в кругах аристократии царит паника. Владыкам необходимо как можно скорее решить проблему продовольственного кризиса, иначе десять миллиардов голодных людей свергнут их правление. Такие события, угрожающие власти владык, должны решаться самым безотлагательным образом! И, барон, ваше сотрудничество с мятежниками способствует разрешению этой ситуации, поэтому владыки не станут нападать на вас, а наоборот, возможно, кто-то придет расспросить вас о деталях, чтобы понять, можно ли это повторить.
Ли Циньу приподнял бровь и спросил:
— Значит, мое сотрудничество с мятежниками не только не вызовет обвинений, но и может стать показательным примером для подражания?
Советник Килиан кивнул. Теперь Ли Циньу успокоился.
— Господин Килиан, как именно это сделать?
На лице советника Килиана появилась искренняя улыбка; он понял, что прошел проверку.
— Барон, насколько мне известно, вы еще не утвердили название семьи и фамильный стяг. Прежде чем проводить другие аристократические церемонии, вам необходимо закрепить название семьи и стяг!
Ли Циньу действительно забыл об этом и, хлопнув себя по лбу, спросил:
— Есть ли у вас какие-нибудь предложения по названию семьи и стягу?
— Барон, при выборе семьи и названия необходимо учитывать сильную политическую составляющую. Начнем с узора на фамильном стяге: глядя на него, люди должны сразу вспоминать вас и то, как вы добились своего положения.
Ли Циньу сразу понял, о чем речь, и указал на черную татуировку маленького меча у себя на шее.
— Я начал свой путь с уничтожения демона, засевшего на станции очистки воды, и получил титул святого воина Государевой Церкви. Как насчет того, чтобы выбрать этот маленький меч в качестве семейного стяга? Черный меч с черепом посередине на красном фоне — люди сразу поймут, с кем имеют дело.
Советник Килиан подтвердил, что это осуществимо, и похвалил выбор Ли Циньу.
— Мудрый выбор, барон. Меч и череп вызывают ассоциации с верностью, а красный фон провозглашает, что вы — воин, вышедший из гор трупов и рек крови! Глядя на такой стяг, любой сразу поймет, что вы — святой воин Государевой Церкви, и зафиксирует ваши качества: доблесть и верность. Это превосходный выбор. Теперь вам нужно название семьи, соответствующее стягу. Аналогично, выбор названия должен отражать ваши качества, барон.
Ли Циньу немного подумал и произнес:
— Я начал свой путь с истребления демонов, и когда принял меч из рук епископа, поклялся сразить всех демонов своим клинком. Пусть будет «Каратели». Семья Карателей будет карать всех демонов!
Советник Килиан зааплодировал.
— Весьма величественное и грозное название, барон! Верю, что семья Карателей под вашим руководством будет процветать вечно, а сияние Бога-Императора всегда будет озарять ваш путь!
После разговора Ли Циньу официально нанял советника Килиана в качестве дворецкого, передав ему управление всеми аристократическими делами.
Сам же советник Килиан начал всеми силами помогать Ли Циньу с оформлением названия семьи и стяга.
Этот тип был прекрасно осведомлен во всех тонкостях подобных дел и быстро уладил все сложные формальности.
Спустя несколько дней на вилле Ли Циньу уже развевался фамильный стяг — черный череп с мечом на красном фоне.
Еще через несколько дней был оформлен сертификат на баронство Ли Циньу: центром владений стал город Байшуй, а вся территория в радиусе 50 километров вокруг него перешла в собственность Ли Циньу!
И, как и говорил советник Килиан, то, что баронство Ли Циньу было официально оформлено, привлекло внимание аристократии улья.
Все ведь знали о сговоре Ли Циньу с мятежниками — то, как он возил зерно в улей целыми караванами, было так же заметно, как факел, зажженный в темную ночь.
Никто не доставлял Ли Циньу неприятностей и не выдвигал обвинений отчасти потому, что за его спиной стоял епископ Благочестивый, а отчасти потому, что Ли Циньу предложил решение, позволяющее справиться с текущей ситуацией.
Однажды Ли Циньу получил сообщение от дворецкого Килиана: генерал Цеппелин прислал приглашение посетить его баронскую виллу.
Дворецкий Килиан сказал Ли Циньу:
— Хозяин, генерал Цеппелин — благородный граф, а кроме того, он ваш начальник в армии. Он решил не использовать статус генерала для встречи с вами, а вместо этого выбрал статус графа, чтобы посетить наш дом под предлогом визита. Это довольно неформальный способ общения, свойственный друзьям. Полагаю, генерал Цеппелин может сказать несколько откровенных слов. Вам не стоит беспокоиться о его статусе, общайтесь с ним как обычно. В ходе такой неформальной встречи слова обеих сторон не имеют никакой политической силы.
Ли Циньу ответил, что понял; он догадался, зачем пришел генерал Цеппелин.
Через несколько дней генерал Цеппелин прибыл с визитом; он не взял с собой много слуг, только дворецкого, который был водителем.
Ли Циньу встретил генерала Цеппелина, и стороны начали беседу на баронской вилле.
Генерал Цеппелин прямо спросил:
— Как тебе удалось договориться о сотрудничестве с тем мятежным маршалом? Почему он стабильно поставляет тебе зерно?
Генерал Цеппелин был его армейским начальником, поэтому Ли Циньу ничего не скрыл и прямо ответил:
— Когда в улье только начал ощущаться голод, епископ Благочестивый, опасаясь, что подданные Бога-Императора будут страдать от голода, спросил, нет ли у меня способа достать продовольствие. Он сказал, что какими бы ни были методы, лишь бы накормить подданных Бога-Императора, он будет молиться за меня перед Богом-Императором!
Он сначала подстраховался, прикрывшись авторитетом епископа Благочестивого, чтобы в будущем никто не смог доставить ему проблем.
— После этого я отправился к тому мятежному маршалу и пригрозил ему. Этого парня зовут Дилар, и, по его собственным словам, до того, как он поднял мятеж, он тоже был бароном. Я пригрозил ему, что если он не отдаст зерно, то от голода в улье весь личный состав СПО отправится грабить продовольствие, и пусть он сам подумает о последствиях! Результатом его раздумий стал выбор в пользу покорности. Моя плата ему — гарантия того, что СПО не будет бесчинствовать на его территории. Для этого я даже сделал город Байшуй, который он захватил, своим баронством, чтобы, когда СПО начнет грабежи, они, возможно, поостереглись бы, зная, что это мое баронство.