Глава 225: Сколько нужно техножрецов, чтобы вкрутить лампочку?
Ли Циньу включил ауспик в командирской «Химере», и на экране тут же появилось множество красных точек; судя по биологическим сигнатурам, это были люди, вне всяких сомнений.
Среди этих четырех с лишним тысяч человек попадались особи, передвигавшиеся очень быстро — должно быть, кавалерия на лошадях.
Вердикт ясен: они наткнулись на основные силы повстанцев!
Расстояние между ними составляло всего 3 километра, что для двух армий фактически означало столкновение в упор.
Однако между ними лежало огромное кукурузное поле, поэтому повстанцы еще не обнаружили отряд Ли Циньу.
Ли Циньу включил рацию и отдал приказ по всем каналам:
— Всем подразделениям, развернуться в боевой порядок, приготовиться к встрече с противником!
Получив приказ Ли Циньу, колонна немедленно остановилась, а башни БТР «Химера» развернулись в сторону кукурузного поля.
Солдаты спрыгнули с машин, снимая с плеч тяжелое и легкое вооружение, и начали занимать позиции.
Ли Циньу не сводил глаз с экрана ауспика. Противник медленно двигался в их сторону, и до сближения оставалось еще довольно много времени, поэтому он приступил к точной расстановке сил.
— 13-й пулемет, сместиться на 5 сантиметров влево, 4-я машина — 10 метров вправо. Всем не нервничать, убрать пальцы со спусковых крючков, открывать огонь только по моей команде. Отец Антоний, расскажите какую-нибудь шутку, чтобы разрядить обстановку.
В рации долгое время царило молчание. Ли Циньу хмыкнул и сказал:
— Раз уж отец Антоний стесняется, я сам расскажу шутку, чтобы поднять всем настроение. Как известно, у взрослого человека 32 зуба. А кто мне скажет, у кого их всего два?
Ли Циньу подождал немного, но никто не ответил. Он усмехнулся:
— Конечно же, у масложоров!
Из рации послышался озадаченный голос Джоэла:
— Командир, а почему у масложоров всего два зуба?
— Да потому что они проводят механическую модификацию, вырывают все зубы, оставляя только верхнюю и нижнюю челюсть!
Как только он это произнес, в рации повеяло холодом — никто не засмеялся.
Ли Циньу почувствовал себя немного неловко, причмокнул губами и продолжил:
— Не смешно, да? Ладно, вот вам другая шутка. Один техножрец пытался подключить интерфейс данных к какому-то древнему устройству. Он испробовал ритуальные кабели, нанес священные масла, прочитал молитвы — устройство не реагировало. Стоявший рядом масложор осторожно заметил: «Господин, кажется, штекер вставлен не той стороной». Жрец в ярости воскликнул: «Невозможно! В ритуальных писаниях сказано: штекер вставить в соответствующий разъем, но не сказано, какой стороной! Это значит, что можно любой! Продолжаем молиться!»
После этой шутки в рации по-прежнему не последовало никакой реакции.
Ли Циньу хлопнул по столу и разозлился:
— Ах вы, солдафоны, никакой тяги к прекрасному! Слышите такую смешную шутку и даже не смеетесь? Придется достать козырь из рукава! Кхм-кхм. Скажите, сколько нужно масложоров, чтобы заменить лампочку?
Ли Циньу навострил уши, надеясь услышать ответ в рации.
Рация действительно затрещала, но вовсе не ответом на шутку:
— Командир! Враги выходят из кукурузного поля, открывать огонь?!
Ли Циньу тут же стал серьезен, вывел на экран изображение с камер передовых «Химер» и увидел картину на линии фронта.
Пехотинцы один за другим выбирались из кукурузы. Все они были одеты кто во что горазд, в руках держали самодельное оружие и замерли, увидев перед собой выстроившиеся в ряд боевые машины и частную армию.
По их реакции и снаряжению было ясно — это без сомнения повстанцы. Ли Циньу поспешно отдал приказ:
— Огонь! Бейте изо всех сил! Уничтожить их всех!!
Подразделения получили приказ Ли Циньу, и в тот же миг обрушили на врага шквал огня из всех видов оружия!
Свинцовый дождь из автоматического оружия прошивал тела насквозь, оставляя огромные дыры.
Фугасные снаряды из 40-миллиметровых автоматических пушек взрывались, разбрасывая тучи осколков, которые скашивали солдат вместе с кукурузными стеблями.
БТР «Химера», оснащенные лазерными пушками на башнях, вели непрерывный огонь, выпуская толстые ярко-красные лучи!
Тех, в кого попадали эти лазеры, испаряло мгновенно — не оставалось даже косточек.
Некоторые лучи, не попав в цели, уходили вглубь кукурузного поля, поджигая его и оставляя за собой огненную полосу!
В это мгновение было выпущено огромное количество боеприпасов, и передние ряды врагов вместе с кукурузой повалились на землю.
Эти повстанцы, внезапно столкнувшиеся с Ли Циньу, даже не успели дать отпор — в первой же стычке погибла большая их часть!
Когда враги, видимые невооруженным глазом, были перебиты, орудия продолжали вести огонь, сбивая с ног оставшиеся стебли кукурузы и превращая поле в море огня!
Ауспик на командирской «Химере» Ли Циньу был активирован, что давало ему преимущество, сродни рентгеновскому зрению. Он неотрывно следил за экраном, фиксируя основные силы противника, скрывающиеся за кукурузным полем.
Он немедленно связался по системе связи с двумя бойцами в тяжелых силовых доспехах, находившимися в строю.
— Старина Кай, Малыш Кай, бейте фугасными гранатами по прямой в 800 метрах перед вами, боекомплект — один эшелон, работать быстро!
Ли Циньу отдал два своих комплекта тяжелых силовых доспехов Старине Каю и Малышу Каю, потому что эти двое были учениками средней школы.
Они были из рабочей семьи в Среднем Улье, получили образование и умели считать.
Управление тяжелыми силовыми доспехами и автоматическими гранатометами требовало определенного уровня знаний.
К тому же у них была база лояльности, поэтому Ли Циньу и доверил им эти доспехи.
В рации раздались ответы Старины Кая и Малыша Кая, что они поняли задачу. Они немедленно опустились на одно колено, обхватив стволы автоматических гранатометов, уперли приклады в плечи и начали понемногу регулировать угол наклона стволов.
Тяжелые силовые доспехи были созданы специально для использования с автоматическими гранатометами. Внутри шлема находилась простейшая система управления огнем, связанная с датчиками на стволах гранатометов.
Управление было элементарным: насколько они поднимали ствол, настолько на экране внутри шлема отображалась дальность падения снаряда.
Ли Циньу указал им дистанцию 800 метров, и Старина Кай с Малышом Каем начали медленно регулировать высоту стволов.
Как только на экране шлема показалось, что при текущем угле стрельбы снаряд упадет на 800 метров, оба, не раздумывая, нажали на спусковые крючки.
Бах-бах-бах!!!
Одна за другой 40-миллиметровые фугасные гранаты с очередями вылетали из стволов, со скорострельностью автоматической винтовки устремляясь в тыл кукурузного поля, за 800 метров.
Повстанцы за кукурузным полем, подвергшись внезапному обстрелу, в основном повалились на землю, тревожно озираясь по сторонам.
В этот момент прямо над их головами пролетела серия гранат, которые по дугообразной траектории падали рядом с ними и взрывались!
Лежащие на земле повстанцы завыли от ужаса: некоторые гранаты, разрывавшиеся вблизи, превращали их в кровавое месиво, а другие, падавшие чуть поодаль, накрывали осколками многих других!
Автоматическая гранатометная система была соединена с большим коробом на 350 снарядов, который крепился за спиной в силовом доспехе, словно огромный холодильник.
Две такие установки могли выпустить залпом более 700 гранат!
Теперь повстанцам вдалеке пришлось по-настоящему туго: невидимый навесной огонь превращал их в груды трупов!
Битва шла блестяще, повстанцы были разгромлены в первой же стычке. Техножрецы, прятавшиеся в тылу колонны, облегченно выдохнули.
Один из техножрецов, неизвестно о чем думая, упомянул во внутреннем канале связи последнюю холодную шутку Ли Циньу.
— Эй, тот парень говорил раньше, сколько нужно масложоров, чтобы заменить лампочку. Что это значит?
Во внутреннем канале связи долгое время стояла тишина, а затем раздался голос отца Антония:
— Ни одного не нужно, потому что Архимагос объявит эту лампочку пребывающей в «неприемлемом инновационном состоянии», затем наложит на нее печати, нанесет священные масла, будет ежедневно молиться, и она продолжит работать в темноте еще пятьсот лет.