Глава 524: Испытание Горы
Архимагос Железный Череп, пошатываясь, дополз до закрытого шлюза и вцепился в него.
Глядя сквозь узкое, в ладонь шириной, бронированное стекло, он видел, как два адъютанта Титана поддерживают Ли Циньу, уводя его в глубину кабины управления.
Он издал яростный вопль:
«Я служил тебе двадцать лет! Целых двадцать лет!! Неужели у тебя действительно нет ни слова для меня? Хотя бы одно, всего одно слово, умоляю!!»
Два адъютанта Титана, поддерживавшие Ли Циньу, замерли. Они обернулись и посмотрели спокойными взглядами на истерику Архимагоса Железного Черепа.
Поскольку внутри Титана была полная изоляция, их голоса не могли пробиться наружу, поэтому они ответили Архимагосу Железного Черепа по губам:
«Мы — детали».
«Детали не должны думать».
«Они должны лишь работать!»
Сказав это, они завели Ли Циньу за герметичную переборку. Дверь закрылась, окончательно отрезав его от отчаянного взгляда Архимагоса Железного Черепа.
Тот осел на броню Титана, его взгляд остекленел.
Взметнувшийся вдалеке ядерный гриб даже не вызвал сокращения его механических зрачков.
Ударная волна от взрыва сбросила его, словно червя, с брони Титана, швырнув на рельсы, но он даже не шелохнулся.
Он не умер, но чувствовал себя так, будто жизнь его покинула.
Он лежал на рельсах, запрокинув голову, и тупым взглядом смотрел снизу вверх на возвышающегося Титана.
Оставшиеся в живых техножрецы и скитарии окружили его, молча ожидая приказов.
После того как Ли Циньу забрался на Титан, Астартес отступили, забрав тела павших братьев.
Миссия сопровождения была выполнена, и теперь Астартес сражались с зеленокожими орками на передовой.
Их сердца были полны скорби, но свой гнев они должны были обрушить на истинных врагов.
Вступив в бой, Астартес открыли огонь по зеленокожим из всех видов оружия, нанося им тяжелейший урон и уничтожая огромное количество врагов.
Но земля продолжала содрогаться: огромный, подобный горе Гаргант шаг за шагом приближался к пирамиде.
Добравшись до четвертой оборонительной стены, он под безумный хохот Босса Черное Железо выпустил алый лазерный луч — и четвертая стальная стена расплавилась!
Оставалась последняя стена перед пирамидой!
«Ли Старый Пердун!! Я знаю, ты там! Выходи и сразись со мной один на один!!»
Из динамиков Гарганта донесся наглый рев Босса Черное Железо. Он шагал вперед, готовый смести последнюю стальную стену!
В это время внутри Титана два адъютанта усадили Ли Циньу в массивное железное кресло.
Они находились в самой глубине огромной механической головы Титана; Ли Циньу, восседая на троне, должен был стать мозгом Титана!
Закрепив Ли Циньу в кресле, адъютанты схватили кабели у него за головой и подключили их к трону.
Ментальная связь была установлена, но питание трона Титана еще не было включено. Ли Циньу посмотрел на обоих адъютантов и спросил:
«Что мне делать дальше?»
У ног Ли Циньу стояли два кресла, пониже и поменьше.
Адъютанты подключили свои собственные нейрокабели к этим креслам и в один голос произнесли:
«Тебе ничего не нужно делать, Титан сам подвергнет тебя испытанию».
Сказав это, два адъютанта — два живых блока памяти — завершили ментальную синхронизацию.
Затем их тонкие пальцы забегали по переключателям на панели управления, постепенно запуская различные системы Титана.
Эти два адъютанта были не просто живыми модулями памяти, но и центральными регуляторами.
Их мозги поглощали часть избыточных сигналов, генерируемых Титаном, и возвращали ему часть базовых команд, таких как сердцебиение, дыхание или перистальтика кишечника.
А вот за принятие решений — куда идти Титану и когда атаковать — отвечал уже Ли Циньу.
После манипуляций адъютантов на панели управления нейронные цепи замкнулись, и Ли Циньу внезапно почувствовал, как поток информации хлынул в его мозг, отчего тело мгновенно напряглось.
Если подключение к малым рыцарям было похоже на детскую игру, а к Имперским Рыцарям — на пустяк, то при соединении с Титаном Ли Циньу почувствовал, что столкнулся с непреодолимой горой!
В его ментальном мире возникла гора — исполинская, величественная гора!
Ли Циньу в своей ментальной проекции стоял у подножия. Он поднял голову, пытаясь разглядеть вершину, но она терялась в бесконечности, казалось, что она уходит в недосягаемую высь.
Но он чувствовал, что где-то там, на самом пике, сидит некто, кто смотрит вниз, изучая его!
Ментальная сущность Ли Циньу поняла: это и есть испытание Титана. Взобраться на эту гору, вершину которой невозможно разглядеть!
Ли Циньу глубоко вдохнул и начал восхождение.
Он полз, полз, не переставая карабкаться вверх. Время шло, но он не имел ни малейшего понятия, как высоко забрался.
Прильнув к склону, Ли Циньу посмотрел вниз — там была лишь бездонная пропасть.
Он посмотрел вверх — там снова уходила в небеса вершина. Спустя столько времени он ни на шаг не приблизился к ней; казалось, это гора, бесконечно уходящая ввысь!
Ли Циньу продолжал лезть, преодолевая ветра и палящее солнце, переживая летние ночи и зимние холода.
Прошел год, два, а может, и больше.
Скорость течения времени в ментальном мире отличалась от внешнего. Если Титан хотел, чтобы год в ментальном мире пролетел за секунду реального, ему было достаточно лишь увеличить мощность своих вычислительных блоков.
И Ли Циньу в своем восхождении расходовал не физическую силу, а ментальную энергию, сопротивляясь нейронным импульсам Титана!
Древний дух машины Титана испытывал его, проверял, насколько крепок его дух и достоин ли Ли Циньу управлять такой махиной!
Он не знал, сколько времени полз по отвесным скалам. Онемевшими пальцами он впивался в расщелины и цеплялся за выступы, заставляя свое тело двигаться только вверх.
У него не было отдыха. Перед глазами были лишь небо и земля.
Казалось, прошел год, а может, десять лет. Ли Циньу чувствовал, что руки и ноги окончательно онемели от напряжения, но он не разжимал пальцев, стиснув зубы и продолжая путь.
Если он сдастся — погибнут 50 миллиардов жителей планеты, и жертва капитана Дорона и его Астартес будет напрасной.
Но в этом ментальном мире, полностью подконтрольном Титану, сколько бы метров Ли Циньу ни преодолел, вершина оставалась бесконечно далекой!
Вскоре каждый шаг вверх отдавался в затылке, будто кто-то бил молотом.
Ли Циньу отчетливо понимал: он на пределе. Он не сможет карабкаться вечно!
Его ментальная энергия была ограничена, а потоки данных Титана — бесконечны.