Глава 276: Телевизионное объявление войны
Внутри города-улья, в прослойке между верхним и средним уровнями, расположилось множество бесхозных объектов и ремонтных туннелей.
Большая часть этих автоматизированных систем предназначалась для обслуживания жителей верхнего уровня.
Именно в таких связующих коридорах легче всего скрываться ксеносам и еретикам!
В этот момент Воин Аспекта пряталась среди пучка каналов передачи данных. Её белоснежная силовая броня из психокости теперь сменила цвет на черный, слившись воедино с окружающими черными кабелями.
Воин Аспекта достала свой силовой изогнутый клинок и одним ударом перерубила проходящий перед ней толстый коммуникационный кабель, обнажив множество электронно-оптических волокон.
Из задней части её шлема выдвинулась трубка, которая подключилась к волокнам. Она меняла свой диаметр, полностью охватывая кабель.
В следующее мгновение разнообразная информация из города-улья хлынула в её шлем, проходя через электронную систему анализа, сортировки и поиска полезных данных.
Она выложила свое оружие и снаряжение, приводя его в порядок и одновременно вслушиваясь в поступающую информацию.
В отличие от человеческого оружия, силовая броня и системы стрельбы эльдар работают на психической энергии. Сами эльдар являются расой с высоким уровнем псайкерской одаренности, что для них равносильно обладанию бесконечным источником энергии.
Например, человеческая силовая броня требует обязательного ношения огромного силового ранца за спиной.
Но у Воина Аспекта её силовая броня из психокости была совершенно гладкой сзади, без каких-либо выступающих элементов.
На доспехе Воина Аспекта виднелось немало шрамов: некоторые от лазерных выстрелов, другие — от пуль тяжелых стабберов.
Эти атаки не пробили броню, лишь оставив на ней выбоины и трещины.
Воин Аспекта направила психическую энергию, покрыв ею поврежденные участки доспеха, и силовая броня из психокости, подобно живому организму, начала медленно расти и исцеляться.
Что касается её оружия, то этот изогнутый силовой клинок прошел с ней через все битвы.
Он рубил человеческие тела, бронетехнику и прорезал полуметровые стальные двери!
Высокая интенсивность и грубое использование привели к тому, что Воин Аспекта могла ощущать усталость этого силового клинка.
А её сюрикен-пистолет, выглядевший словно произведение искусства, из-за долгого использования и нехватки боеприпасов давно утратил способность стрелять и превратился в бесполезный аксессуар.
Метательное оружие и гранаты она также израсходовала в ходе последней попытки покушения на планетарного губернатора, подорвав дворецкого губернатора.
Боеприпасов нет, провизии нет — вот в каком положении она оказалась!
Хуже того, сейчас весь город-улей кишит охотниками за головами, которые рыщут в её поисках. Даже в тех заброшенных закоулках, куда раньше никто не заглядывал, теперь полно гиен.
Она не могла оставаться на одном месте дольше часа: если задерживалась дольше, её выслеживали патрули охотников за головами.
К настоящему моменту она сражалась без сна и отдыха уже целый месяц, каждые час-два отбиваясь от очередной волны охотников.
Благодаря выдающейся физической подготовке для неё это не было чем-то запредельным; примерно как для обычного человека засидеться до четырех-пяти утра — легкая усталость, но ничего критического.
На самом деле, больше всего Воина Аспекта беспокоила информационная блокада, введенная в городе-улье.
Раньше значительная часть важной информации в улье транслировалась открыто, без шифрования, и она могла перехватывать её через каналы связи или встроенный в шлем приемник.
Но теперь коммуникационные каналы были заполнены зашифрованными данными и ложной информацией.
Вся информация, поступавшая на встроенный приемник шлема, была защищена физическим шифрованием.
Так называемое «физическое шифрование» означало, что аристократы писали собственные кодовые книги и передавали их через слуг в офлайне тем, с кем нужно было связаться, а затем общались онлайн, используя пароли из этих книг.
Такое шифрование невозможно было взломать без книги с кодами.
Воин Аспекта оказалась в очень уязвимом положении: без поддержки оружием, без информационной поддержки, даже без возможности поспать дольше двух часов. Она слабела с каждым днем.
Еще больше её терзало то, что в прошлый раз она заключила сделку с несколькими человеческими аристократами.
Те согласились провести её к дому планетарного губернатора: если она убьет губернатора, они освободят её соратника.
В итоге дом планетарного губернатора оказался подобен крепости, напичканной автоматизированным оружием.
Она приложила все свои силы, чтобы убить дворецкого планетарного губернатора, и едва смогла выбраться, получив тяжелые ранения.
Миссия провалилась, аристократы, с которыми она сотрудничала, были ликвидированы планетарным губернатором, и она вновь осталась в полной изоляции.
Клац — Воин Аспекта сняла военную маску, открыв уставшее, нежное и страдающее красивое лицо.
Она положила маску рядом и, сжавшись в темном углу, обхватила колени руками, наслаждаясь этой редкой минутой покоя.
Она закрыла глаза, и неотступная, как паразит, сонливость овладела её разумом. Веки казались ей тяжелыми, как свинец!
Она слишком долго не спала. Слишком долго.
Непрекращающиеся битвы, постоянные убийства, вечное бегство и уклонение от охотников за головами измотали её.
Если бы не военная маска, поддерживающая её боевую личность, она, скорее всего, уже давно бы сломалась, полагаясь лишь на свое истинное «я».
Слеза скатилась по щеке Воина Аспекта, и она так и свернулась в темноте, словно бездомная дворняга.
В этот момент наушник в её ухе издал сигнал. Воин Аспекта, едва начавшая проваливаться в сон, мгновенно открыла глаза и надела военную маску обратно.
В следующее мгновение через встроенный визор военной маски она подключилась к общедоступному каналу города-улья.
Это был открытый аудиовизуальный канал, который можно было принять на любом телевизоре, радиоприемнике или военном оборудовании.
Воин Аспекта приняла телевизионный сигнал, и встроенный визор военной маски транслировал изображение прямо ей на глаза.
На телеэкране сидел крепкий мужчина с черными волосами и черными глазами, одетый в боевую форму, и смотрел прямо в объектив.
— Этот канал транслируется на весь город-улей, его можно принять на любом телевизоре, радиоприемнике или военной частоте, — сказал Ли Циньу перед камерой.
На самом деле, сейчас все общественные вещания и все телеканалы в улье были переключены на эту частоту.
Почти десять миллиардов жителей улья в этот самый момент смотрели на Ли Циньу или слушали его голос.
Ли Циньу указал пальцем на экран, его взгляд был острым, как у ястреба, он смотрел в глаза каждому, кто смотрел через экран.
— Я знаю, что ты смотришь! Ксеносская тварь!
Ты прячешься где-то в темной канализации, используя свой пропитанный интригами мозг, чтобы обдумывать, как нанести нашему дому еще более жестокий удар. В конце концов, ты уже это делала!!
Картинка на экране сменилась, показав зону радиационного заражения, образовавшуюся после взрыва ядерного реактора.
Множество людей в защитных костюмах занимались спасательными работами. Имперские граждане, чья кожа сходила от радиационных ожогов, с криками и стонами грузились на носилки.
На земле лежало еще больше зажаренных заживо имперцев, среди которых было немало семей, обнимавших друг друга в уголках, — жуткая картина тел, обугленных до состояния углей!
Затем кадры сменились: на какой-то гигантской площади повсюду стояли кровати, уставленные больными лучевой болезнью!
Эти люди издавали мучительные стоны, у тех, кому повезло чуть больше, волосы выпадали вместе с кожей головы, а глаза плавились.
Те, кто пострадал сильнее и лежал на кроватях, уже не напоминали людей — это были сплошные кровавые месива, непрерывно гноящиеся куски дрожащей плоти!
Таких людей, страдающих от лучевой болезни, было целых 20 миллионов!