Глава 37: Спасение
Ли Циньу бросился вперёд, сжимая в руках автоган. Крысы впереди, насмерть перепуганные, с визгом бросились наутёк; в стане противника воцарился полный хаос.
Тех из «крыс», кто бежал слишком медленно, Ли Циньу настигал короткими очередями — пара выстрелов, и семеро-восьмеро падали замертво!
Он продолжал нестись вперёд, убивая на ходу; тысячи людей в ужасе разбегались, спасаясь от него одного.
Пробежав несколько десятков метров, Ли Циньу оглянулся и с облегчением выдохнул: родители маленького Джоэла оказались неглупы и, послушавшись его указаний, не отставали ни на шаг.
Поняв это, он припустил ещё быстрее, стремясь одним махом вывести эту семью из кольца окружения.
«Крысы» трусливы: пока ты демонстрируешь силу, они будут бояться.
Но они же — существа, которые забывают о боли, как только наедятся: стоит показать хоть каплю слабости, и они набросятся всей сворой, обглодав тебя до костей!
Поэтому Ли Циньу очень спешил; он был обязан вытащить семью Джоэла одним рывком!
Стоило им выбраться за пределы кольца, и никто из «крыс» не посмел бы их преследовать.
У входа к большому лифту толпилась почти тысяча заключённых — этой «кормовой базы» «крысам» было более чем достаточно, не было никакой нужды грызть его, столь твёрдый орешек.
Большинство «крыс» рассуждали точно так же. Подавленные мощью Ли Циньу, этого бога смерти, они тут же расступились, освобождая путь, и, перестав обращать на него внимание, переключились на тысячу мягкотелых слабаков у входа в лифт.
Не стоит забывать, что это Подулей — место предельно гнетущее и опасное. Здесь не стоит удивляться ничему, а психи, сведённые с ума жизнью в этих условиях, были самым распространённым видом!
Вдруг Ли Циньу услышал свист воздуха слева. Инстинктивно пригнувшись, он пропустил над головой вращающуюся стальную трубу.
Он пришёл в ярость. Посмотрев влево, он увидел, как на него несётся лысый тип с тесаком, замахнувшись для удара прямо в лицо.
У этого лысого не было никаких причин нападать на Ли Циньу — просто слишком громкий звук выстрела привлёк его внимание, а самому ему вдруг захотелось кого-нибудь убить, вот и всё.
Причина была предельно простой. Он выскочил, чтобы напасть на Ли Циньу, надеясь одним ударом снести ему голову и пинать её потом, как мячик.
Ли Циньу очень спешил и не хотел ввязываться в драку, поэтому просто поднял руку и выстрелил, разнеся голову лысого в клочья.
Он хотел было бежать дальше, но сзади раздался женский вскрик — это была мать Джоэла.
За те несколько секунд, пока Ли Циньу сцепился с лысым, какой-то очередной придурок — кто знает, что у него было на уме — выскочил из толпы и, не говоря ни слова, попытался вырвать ребёнка из рук матери.
Мать Джоэла закричала от ужаса, намертво вцепившись в сына, не давая его забрать.
Ли Циньу выругался, поднял с земли тесак лысого, подбежал к безумцу, пытавшемуся похитить ребёнка, и, высоко занеся клинок, с силой обрушил его вниз, отсекая маньяку обе кисти.
Тот взвыл от боли, из обрубков фонтаном брызнула кровь, до смерти перепугав мать Джоэла, которая начала пятиться назад.
Ли Циньу нанёс ещё один удар, обезглавив безумца — голова того с глухим стуком покатилась по земле!
В этот момент окружающие «крысы» снова посмотрели на группу Ли Циньу с жадностью — автоматическое оружие в Подулье было величайшим сокровищем!
Если у человека есть «автомат» и хоть немного способностей, он может благодаря этому оружию стать мелким главарём банды из десятка человек; в конце концов, это отличный способ изменить свою судьбу!
«Крысы», которые только что разбежались, снова зашевелились, окружая их. Они были именно такими: секунду назад тряслись от страха, а в следующую — готовы были поставить на кон свою жизнь ради наживы!
Ли Циньу понял, что дело плохо: всего пара секунд промедления — и аппетиты «крыс» снова разыгрались!
Однако его мозг работал быстро; имея 16 очков энергии, он мгновенно вычислил лучший способ переломить ситуацию!
Он выпустил все оставшиеся в автогане пули в одном направлении, убив несколько десятков человек и проложив там коридор.
Затем, ухватившись за ремень, он швырнул автоган в сторону только что расчищенного прохода.
Оружие описало дугу в воздухе, мгновенно приковав к себе взгляды всех «крыс».
Они, как обезумевшие, бросились наперегонки, чтобы схватить его, на ходу вцепляясь друг другу в глотки, и на этом месте возник огромный очаг хаоса.
Сразу после этого Ли Циньу выхватил полуавтоматический пистолет, полученный от лейтенанта Руддерсона, вложил его в руку маленького Джоэла, который только что пришёл в себя в инвалидном кресле, и прорычал, указывая в сторону Гильдии водоочистки в конце коридора:
— Бегите туда! Не останавливайтесь! Даже не оглядывайтесь!
Бегите до самого конца, найдите ответственного из Гильдии водоочистки, скажите моё имя, и они предоставят вам защиту!!
Сказав это, он, не обращая внимания на их реакцию, с силой ударил отца Джоэла по плечу.
— Бегите!!
Отец Джоэла проявил решимость, с криком налёг на кресло и побежал, а мать Джоэла, прижав младшего брата к груди, бросилась следом, не разбирая дороги.
Маленький Джоэл в кресле, сжимая пистолет обеими руками, сквозь слёзы открыл огонь по людям, стоявшим на пути.
Ли Циньу, преследуя троицу с тесаком в руке, рубил и колол всякого, кто пытался приблизиться; в мгновение ока он зарубил четырёх или пятерых.
Он служил для семьи Джоэла своего рода «турелью», уничтожая врагов по периметру и не давая этим обезумевшим «крысам» подобраться близко!
Под его прикрытием Гильдия водоочистки становилась всё ближе; казалось, все они вот-вот вырвутся на свободу!
Но в этот момент случилось непредвиденное!
В толпе раздался выстрел. Ли Циньу, который исступлённо рубил врагов, получил пулю в живот. Ранение было сквозным, и на бегу он пошатнулся и покатился по земле.
Из-за этого падения Ли Циньу отстал от семьи Джоэла. Как только «крысы» расступились, пропуская их, они тут же плотным кольцом сомкнулись вокруг Ли Циньу.
В тот же миг, как упал, он изо всех сил попытался подняться. Правой рукой он сжимал тесак, а левой коснулся раны на животе; боль была такой, что он стиснул зубы.
Он поднял голову и встретился взглядом с сотнями жадных, кровожадных глаз.
Эти обитатели Подулья, сжимая стальные трубы и тесаки, жадно смотрели на него, словно готовые в следующую секунду наброситься и разорвать его на куски.
Но Ли Циньу ничуть не испугался. Он громко расхохотался и прямо бросился на окруживших его врагов.
Он с силой обрушил клинок, размозжив голову одной из «крыс», которая не успела среагировать, так что глазные яблоки выскочили из орбит.
Затем он, используя инерцию, сделал горизонтальный взмах, полоснув по горлу «крысу» слева и перерезав ей трахею.
Сразу после этого его повалили на землю со всех сторон навалившиеся враги.
Бесчисленные грубые куски металла в руках «крыс» обрушились на Ли Циньу. Даже в свой последний миг, до самой смерти, он продолжал тыкать тесаком вверх, ранив и убив ещё четырёх или пятерых, прежде чем его превратили в кровавое месиво.