Глава 129: Склад оружейного хлама
После того как генерал Цеппелин завершил инспекцию, он, весьма довольный, удалился.
Полковник Лео с улыбкой проводил кортеж генерала и, подойдя к Ли Циньу, похлопал его по плечу:
— Ты — человек стоящий, настоящий талант, я просто обязан повысить тебя! Так, теперь ты сержант, иди и возглавь усиленный боевой отряд!
Лейтенант Рудосон опешил и шагнул вперед:
— Дядя, я ведь за свои деньги оформил ему военный статус, забыл? Ему еще бизнес снаружи вести надо, как он будет войсками командовать?
Полковник Лео посмотрел на Рудосона как на идиота:
— Что значит «за деньги оформил»? Теперь сержант Ли Циньу — опора нашего батальона, талант, отмеченный самим генералом! Если генерал снова приедет к нам с проверкой и спросит о сержанте Ли Циньу, а мы ответим, что после награждения он так и остался на прежнем месте, ты не думаешь, что это будет выглядеть так, словно мы подставляем генерала?
Лейтенант Рудосон понимающе протянул «о-о-о», подумав, что это действительно так. Человек, награжденный самим генералом, а у них не получает реального повышения по службе — это может выйти боком.
Однако Рудосон с некоторой долей сложности во взгляде посмотрел на Ли Циньу: раньше тот лишь числился в батальоне, а теперь получает реальную власть. Усиленный отряд — это двадцать человек. Когда он сам начинал службу, то стартовал примерно с этой же точки, прежде чем дослужиться до лейтенанта и командира батальона.
«Твою мать, неужто этот малец в итоге обскачет меня?»
Пока лейтенант Рудосон предавался раздумьям, Ли Циньу уже подошел к полковнику Лео и протянул ему сигарету:
— Господин полковник, полагаю, Рудосон уже рассказал вам о моих делах. У меня в Нижнем улье есть небольшое дельце, но вы сами знаете, какова ситуация внизу: повсюду бандиты да проходимцы, которые постоянно досаждают мне. Я бы хотел раздобыть немного оружия для самообороны, не мог бы батальон оказать поддержку?
Полковник Лео нахмурился, только хотел заговорить, как Ли Циньу подался вперед, обнял его за шею и, прильнув к уху, томным, почти суккубским голосом прошептал:
— Господин полковник, помните, я занимал у вас миллион? Я тут подумал, нехорошо быть в долгу, пора бы вернуть.
Полковник Лео втянул воздух сквозь зубы: «Твою мать, миллион! Этот парень с ходу такие суммы называет!»
Ли Циньу подмигнул ему с улыбкой. За последнее время винокурня продала еще несколько партий алкоголя, плюс после того, как он обчистил дом Киберглаза, баланс Ли Циньу достиг 4,5 миллионов. Деньги — такая вещь: если они лежат на складе, это просто бумага. Лучше пустить их в дело, обменяв на оружие, только так они превратятся в реальную силу.
Полковник Лео кашлянул и поправил портупею:
— Ну, в общем... Рудосон, отведи сержанта к заброшенному арсеналу, посмотрите, что там можно пустить в дело.
Добавив на прощание Ли Циньу, чтобы тот не затягивал с возвратом долга, он вальяжной походкой удалился.
Затем Рудосон повез Ли Циньу кружными путями вглубь базы, к складской зоне.
Лейтенант припарковал машину, достал ключи и открыл тяжелую железную дверь склада. Раздался лязг металла, и перед ними предстали горы старого оружейного хлама.
Ли Циньу подошел и поднял из кучи хлама автоматическую винтовку СПО. Ствольная коробка была пробита пулей и окончательно выведена из строя, но остальные детали, включая самый важный элемент — ствол, были целы.
Ли Циньу спросил:
— Мне только этот хлам можно забирать? Нельзя ли чего получше?
Лейтенант Рудосон закатил глаза:
— Где я тебе возьму столько хорошего оружия? Ты с ходу заговорил о миллионе, твою мать, ты что, хочешь, чтобы я вывез тебе весь арсенал батальона? Приедет военная полиция, устроит проверку — и всем нам конец!
Он указал на весь склад, заваленный разбитым оружием:
— Этот хлам — все потери нашего полка за последние десять лет, которые должны были отправить в переплавку. Но по неизвестной причине сверху перестали присылать людей на проверку, так этот хлам и копился десять лет. Хочешь чего-то — копайся сам, может, соберешь из нескольких сломанных одну нормальную.
Ли Циньу цыкнул языком:
— Я ведь миллион отвалил, а взамен получил склад мусора — не по-людски это, совсем не по-людски! Я проливал кровь за полк! Я совершал подвиги ради полка! И вот как вы со мной поступаете? Я дойду до самого верха! Я пойду к генералу Цеппелину, чтобы он меня угостил «арахисом»!
Лейтенант Рудосон закатил глаза, наблюдая за игрой Ли Циньу:
— Валяй, иди жалуйся генералу. Скажи ему, что ты хотел купить у полка партию оружия для личных нужд, а тебе впарили склад хлама. Тогда расстрел — тебе, мне, полковнику — и все мы вместе отправимся к Золотому Трону отчитываться перед Богом-Императором.
Ли Циньу бросил оружие в руках и обнял лейтенанта Рудосона за шею:
— Ладно, черт с ним, с оружием. Раз уж я заплатил миллион, может, подкинешь патронов? Ты просто не знаешь, какие там в Нижнем улье крысы свирепые, здоровенные такие, да еще и кусаются. Мне жизненно необходимо «постичь истину», чтобы спать спокойно.
Лейтенант Рудосон отпихнул Ли Циньу:
— Сто тысяч патронов, больше не дам.
Ли Циньу тут же начал прибеднять:
— Сто тысяч! Всего сто тысяч? Слушай, братан, у нас автоматические винтовки, а не болтовки! Я сам за день расстреляю сотню тысяч патронов, а потом оружие превратится в бесполезные железки. Чем воевать-то?
У него в Нижнем улье содержался боевой отряд из двухсот человек. Сто тысяч патронов уйдут всего за пару-тройку раундов тренировок, и у армии не останется ровным счетом ни черта для продолжения боя.
Лейтенант Рудосон опешил:
— Твою мать, сколько ты там в Нижнем улье держишь войск? Сто тысяч патронов тебе для самообороны мало?!
Ли Циньу кашлянул, бросил фразу «да не так уж и много» и, сменив тему, указал на склад, забитый хламом:
— Ладно, не будем разводить демагогию. Выдели пару военных грузовиков и помоги мне вывезти весь этот хлам!
Лейтенант Рудосон опешил и схватил Ли Циньу за плечи:
— Твою мать! Вывезти всё!? Здесь как минимум семьсот стволов! Да сколько же ты, черт возьми, солдат содержишь в Нижнем улье? Нет, так дело не пойдет, нам нужно пересчитать запасы. Ты здесь командир батальона или я? Смотри, чтобы у тебя там не оказалось армии больше, чем у меня!