Глава 217: Плата за проезд
Офицер обоза с провиантом вздрогнул от неожиданности, чуть не залез под военный грузовик.
Когда стрельба стихла, офицер обоза выбрался наружу и взревел:
— Ты с ума сошел! Смеешь стрелять по своим!
Майор Ганс сплюнул.
— Вы «свои» — кусок собачьего дерьма! Следи за поганым языком, мать твою, приперлись на нашу территорию и еще смеете огрызаться! Не веришь, что мы вас тут перебьем?
Едва прозвучал выстрел, солдаты 109-го полка попрыгали в окопы, наведя все виды легкого и тяжелого оружия на колонну снаружи.
Если бы дело дошло до перестрелки, солдаты 109-го полка в мгновение ока уничтожили бы всех участников обоза, не понеся при этом ни единой потери.
Офицера обоза прошиб холодный пот: с чего взбесились эти дорожные стражи? Словно пороха наелись, такие лютые?
Помолчав немного, он решил отступить.
Указывая на огромную, глубиной более десяти метров воронку, полностью разделившую дорогу на две части, он спросил: — Нам нужно проехать, что случилось с дорогой?!
Майор Ганс небрежно ответил:
— Вчера ночью мятежники прислали диверсантов, они заложили взрывчатку и подорвали дорогу.
Офицер обоза посмотрел на огромную, глубокую воронку, затем на майора Ганса с выражением лица «ты издеваешься?».
«Такая ямища... разве что осадное орудие „Базилика“ могло бы такое проделать!»
Он начал догадываться: эти люди, похоже, намеренно чинят ему препятствия.
— Тогда чините дорогу скорее! Мы везем продовольствие в Улей, нас там ждут!
Но как только он это произнес, солдаты 109-го полка разразились бранью.
— Ты что, отца своего отчитываешь? Мы, мать вашу, всю ночь отбивались от партизан, дайте хоть отдохнуть!
— Еще и продовольствие везет... Думаешь, раз везешь еду, так ты тут главный? Нам из этого груза всё равно ничего не перепадет!
— Кого ты подгоняешь? Я уже вечность нормальной еды не видел, не хочу работать, понятно?
Стоя на БТР «Химера», майор Ганс спокойно произнес:
— Мои братья уже давно не получали довольствия. Вся эта чушь про «вторичное распределение» — нам-то ни черта не досталось!
У парней нет сил помогать вам засыпать яму. Ждите здесь, пока мы не дождемся инженерную технику из Улья, тогда и поедете.
Офицер обоза теперь окончательно понял: эта свора занимается вымогательством!
— Вы... вы, кучка...
Офицер, осознав, что происходит, хотел было выругаться, но все орудия и стволы вокруг снова поднялись, синхронно нацелившись на него.
Казалось, еще слово — и он превратится в кровавое месиво!
Офицер обоза поспешно и благоразумно закрыл рот, сквозь зубы спросив: — Чего вы хотите?
Майор Ганс хмыкнул:
— Хочешь, чтобы парни поработали на тебя и починили дорогу? Так накорми их сначала!
Он бросил взгляд на двадцать армейских грузовиков колонны, каждый из которых был доверху забит сотней мешков с зерном.
— Много не прошу. По три мешка с каждой машины, итого шестьдесят.
Будет у парней еда — появятся силы помочь тебе с ямой, разве нет?
Теперь сомнений не осталось: 109-й полк — это просто шайка дорожных грабителей, вымогающих дань! Офицера обоза трясло от ярости! Эти запасы их полк с боем отбил на фронте, они предназначались для их собственных семей. А эти бездельники из 109-го, что охраняли дорогу и палец о палец не ударили, вознамерились просто так их ограбить! Офицера едва не разрывало от злости.
Он огляделся по сторонам, пытаясь найти способ объехать воронку, направив грузовики прямо в поле, чтобы избежать этого грабежа. Он был готов скорее умереть, чем отдать еду этим разбойникам!
Майор Ганс, заметив, как тот озирается, сразу понял его намерения и холодно хмыкнул:
— Не говори потом, что я тебя не предупреждал. Вся эта территория — наш сельскохозяйственный район. Чтобы отбиваться от партизанских вылазок мятежников, мы натянули колючую проволоку и заминировали всё вокруг.
Мы сами уже с трудом помним, где зарыты мины. Если рискнете свернуть с дороги в поле и подорветесь — пеняйте на себя, мы пальцем не пошевелим!
Офицер обоза опешил, его затрясло от ярости и бессилия.
— Вы... вы хоть понимаете, до чего опустились?!
Майор Ганс взревел:
— Мы опустились? Да вы, мать вашу, еще ниже пали!
Мой полк здесь охраняет эту транспортную артерию, чтобы вы могли спокойно тылы обеспечивать, а не на фронте пропитание добывать.
Где обещанное «вторичное распределение»? Какой пес сожрал всю еду?
Мои люди дома уже два месяца сидят без зерна, от голода мрут, черт возьми! Кто из нас еще поступил подло?!
Слушай сюда: хочешь проехать через наш сектор — сегодня даже если сам Планетарный губернатор явится, всё равно оставит долю!
Если есть смелость, разворачивайся и убирайся прочь, не суйся в нашу зону ответственности!
Ну, а если считаешь себя крутым, попробуй прорваться через минное поле. А вдруг я блефую? Вдруг я вообще там мин не закладывал?
Теперь карты были раскрыты: это был самый настоящий рэкет!
Солдаты обоза шумно зашептались, а офицер, побагровев от гнева, стоял на дороге, словно спелая вишня, готовая взорваться.
В этот момент к нему подошел младший офицер из колонны и прошептал:
— Командир, забей. Всем сейчас несладко, ты с ними не сладишь. Отдай им немного еды, считай, что бросил псам, просят-то они немного. Наши семьи тоже голодают, главное — доставить остальное как можно скорее, а эти мелкие потери не имеют значения!
Младший офицер напоминал ему не забывать о главной задаче, давая возможность сохранить лицо.
Офицер обоза холодно хмыкнул:
— Выгрузить 60 мешков. Считайте, что псам кинули!
Майор Ганс, увидев, что противник уступил, махнул рукой:
— Построить этим проезжим псам переправу, пусть катятся поскорее!
И запомните, проезжие псы: в следующий раз, когда будете ехать через наш сектор, — с вас по три мешка зерна. Не согласны — ведите армию, повоюем, посмотрим, чьи пушки крепче!
По его команде из палаточного городка выехал БТР «Химера», таща за собой огромный стальной лист. Он набросил лист на воронку, соорудив импровизированный мост — теперь колонна могла проехать.
Офицер обоза взглянул на стальной мост: «Они были готовы заранее!» — процедил он сквозь зубы.
— Я доложу об этом в Департаменто Муниторум!
Сказав это, колонна проехала по стальному мосту и, подняв пыль, скрылась из виду.
Майор Ганс скривил губы.
— Департаменто Муниторум, псы цепные!
Пока они не возместят нам продовольствие, грош им цена!
Парни, забирайте еду, делите на три части и отправляйте братьям в другие батальоны!