Глава 747: Битва при храме Сянцзи, часть 4
(Благодарю «Ханьфэй Иняньцинжэнь» за донат и дополнительную главу)
На большом поле боя внизу части строя армии Тана и армии повстанцев уже сцепились в смертельной схватке.
Солдаты смешались в единую массу, обрушивая друг на друга беспорядочные удары.
Их боевой порядок превратился в хаос, люди стояли плечом к плечу, прикрываясь щитами от атак противника и яростно нанося колющие удары длинными мечами!
Когда люди из передних рядов, сражаясь, гибли и падали на землю мертвецами, их тут же сменяли те, кто стоял сзади. Не было ни секунды на передышку — только бесконечная рубка!
Солдаты обеих сторон были снаряжены лучшими доспехами и оружием этой эпохи, пройдя унифицированную подготовку величайшей династии.
К тому же, это были пограничные войска Великой Тан, годами сражавшиеся на рубежах, в отличной форме — каждый выкладывался на пределе возможностей!
Такая армия на этом огромном поле боя не могла применить никаких сложных тактических приемов, оставалось лишь рубиться, как пушечное мясо!
Два строя сталкивались, аннигилировали друг друга, превращаясь в усеянное трупами поле.
Следом накатывали другие, снова сталкивались и снова гибли!
Звуки ударов, крики, предсмертные стоны раненых солдат гремели над всем полем боя!
Ли Циньу наблюдал впечатляющую сцену: группа элитных воинов в тяжелых доспехах, мощного телосложения, без щитов, но с двуручными модао в руках, прокладывала себе путь сквозь ряды врага.
Эти воины с модао из армии Тана были невероятно свирепы. Стоило одному взмахнуть своим оружием, заставляя пехотинца повстанцев закрыться щитом, как тот уже не успевал среагировать на удар, и другой воин с модао тут же воспользовался моментом, чтобы отсечь ногу или голову!
Сильные как быки, бесстрашные перед лицом смерти, они знали только нападение без защиты, только движение вперед без отступления!
Эта битва на холодном оружии с участием более 200 тысяч человек поразила всех на холме. Даже раненый Рудосен забыл о боли, ошарашенно глядя на поле боя.
Спустя какое-то время Ли Циньу первым пришел в себя и сказал остальным:
«Хватит, нечего смотреть, идемте».
Он указал на небольшую рощу за спинами танских войск.
«Там меньше людей. Мы обойдем основной фронт и доберемся до другой стороны эпохи. Двигайтесь быстрее, а не то этот малый, Рудосен, точно отдаст концы!»
Рудосен, лежащий на носилках, закатил глаза:
«Это производственная травма, так что по возвращении ты должен будешь мне приплатить!»
Группа спустилась с холма, обогнула тыл армии Тана, нырнула в рощу и двинулась на север.
По идее, в тылу армии Тана должны были находиться резервы, обозы или хотя бы вспомогательные отряды патрулирования.
Однако, добравшись до леска, Ли Циньу и его группа не встретили ни единого танского солдата.
Возможно, из-за огромного масштаба битвы при храме Сянцзи автору пришлось сосредоточить все ресурсы на описании фронта.
В конце концов, если следовать обычному сценарию и двигаться на «гравитационном коттедже» по гравитационной колее, в это место, где сейчас бегут Ли Циньу и остальные, всё равно не попасть, так что тратить здесь силы и средства не было смысла.
Это сыграло им на руку: двигаясь с остановками, спустя несколько часов они добрались до края поля боя.
Надо признать, поле битвы 250-тысячной армии было действительно огромным — около 20 километров по фронту, и повсюду люди сражались и кричали!
К счастью, Ли Циньу и его спутники бежали по краю, не привлекая внимания основных сил.
Это позволило им добраться до границы эпохи и увидеть ту самую знаковую длинную полосу леса, отделяющую одну эпоху от другой!
Стоило войти в этот лес, и они могли покинуть данную эпоху.
Однако путь в 20 с лишним километров утомил всех. Увидев, что вокруг нет врагов, Ли Циньу позволил группе остановиться, перекусить и попить воды.
Сам он набросился на еду, в одиночку умяв две бутылки воды и кучу вяленого мяса.
До этого он яростно сражался, потратив много сил, а поскольку энергетиков не было, приходилось восстанавливаться обычной пищей.
Отдыхая в этой роще, сидя на земле, они смотрели на сражающихся вдалеке людей.
Рудосен чувствовал ноющую боль в левом плече — обломок копья-машо всё еще торчал там, из раны сочилась кровь.
Он посмотрел на Ли Циньу и увидел, что тот, застыв, смотрит на поле боя, а на плече у него развевается рваное знамя Солнца, Луны и Звёзд.
Рудосену казалось, что Ли Циньу вкладывает в эту эпоху больше эмоций, чем в остальные.
В других эпохах он вел себя как турист или даже насмешливо, но здесь стал гораздо серьезнее.
Подумав о том, что у всех людей на поле боя черные волосы и темные глаза, Рудосен спросил:
«В этой битве победила Империя Тан, верно? Они подавили восстание. А что было дальше? Удалось ли им вернуть былое величие Империи Тан?»
Ли Циньу вздохнул и покачал головой.
«Производительные силы в эту эпоху очень низки. Это великое восстание по сути разрушило фундамент Империи Тан. Хотя мятеж в итоге подавили, государственная мощь сильно упала, армия больше не могла вернуться к своему пику, а границы терялись одна за другой».
«Позже Империя Тан просуществовала еще 150 с лишним лет, влача жалкое существование, и в конце концов погибла».
Рудосен, выслушав Ли Циньу, немного помолчал, а затем внезапно спросил:
«У этих людей, как и у тебя, черные волосы и темные глаза. Может, они твои прямые предки?»
Ли Циньу не ответил, а встал и побежал к небольшому холму на краю поля боя.
Рудосен спросил: «Ты куда?»
Ли Циньу в мгновение ока отбежал на сотни метров в сторону поля битвы, знамя за его спиной громко хлопало на ветру.
«Пойду по большому!»
Тем временем на главном поле боя армии Тана и повстанцев поднялись клубы пыли от сражения!
Было около четырех часов дня, солдаты обеих сторон уже изрядно вымотались, но ненависть продолжала гнать их вперед, заставляя безумно размахивать мечами!
Битва шла долго, и основной фронт расширился, захватив окрестные участки.
На одном из холмов, с которого открывался вид на половину поля битвы, расположились более 600 танских солдат.
Этот отряд из 600 человек охранял знамя Солнца, Луны и Звёзд.
Солдаты армии Тана, сражавшиеся внизу, стоило им поднять голову, видели знамя на холме.
Один из генералов повстанцев остро подметил, что знамя на холме стало духовной опорой для солдат Тана.
Он отправил 600 элитных бойцов в тяжелых доспехах, вооруженных тяжелыми арбалетами, чтобы они прокрались на холм и захватили знамя!
Когда танские защитники знамени обнаружили этих 600 элитников, противники были уже в 50 шагах!
Элитные повстанцы дали залп из тяжелых арбалетов — эта модель была специально разработана для пробития ламеллярных доспехов, и половина защитников знамени полегла на месте.
Бросив арбалеты, тяжелая пехота повстанцев выхватила булавы и бросилась в атаку, нанося сокрушительные удары!
Меньше чем за 10 минут остальные 300 с лишним защитников были перебиты!
Однако перед смертью отряд защитников успел проредить ряды элитных повстанцев — их осталось лишь двадцать-тридцать человек!
Оставшиеся в живых элитные воины тоже были все изранены.
Но они не забыли о своей задаче: подбежав к знамени Солнца, Луны и Звёзд, они разбили горшок с «диким огнем» и, бросив кресало, подожгли стяг!
Танские солдаты внизу, взглянув вверх и увидев, как их знамя охватывает пламя, пришли в ужас!
Тут же боевой дух двух тысячных полков пошатнулся, повстанцы прорвали строй, нанеся огромные потери!
Боевой дух других частей армии Тана также был серьезно подорван, их ряды зашатались.
Элитные воины повстанцев на холме, сжегши знамя Тана, принялись водружать свой стяг Великой Янь.
Стоило им только поднять флаг Янь, как боевой дух окрестных повстанцев неминуемо взлетел бы до небес!
В этой ситуации, когда одни падают духом, а другие воодушевляются, армия Тана понесла бы сокрушительный удар!
Один из элитных повстанцев достал знамя Янь из сумки, привязал к древку и уже собирался его водрузить!
Но в этот самый момент сзади раздался яростный свист, и следом огромный меч рассек и человека, и только что поднятое знамя надвое!
Остальные несколько десятков элитных повстанцев в ужасе уставились на внезапно появившегося Ли Циньу.
Но страх их не остановил: с остервенением на лицах они выхватили булавы и бросились на него со всех сторон!
Ли Циньу поднял огромный меч над головой, напрягся и, совершив поворот, нанес удар «смертоносного вихря»!
Раздались глухие звуки ударов плоти, и одним движением Ли Циньу разрубил тела четырех или пяти врагов!
Следом он сделал шаг вперед и снова нанес горизонтальный удар с разворотом!
Снова глухие звуки, и еще четыре-пять тел элитных повстанцев были разрублены на куски!
Меньше чем за 10 секунд вся элита на холме была уничтожена!
На земле остались лишь кровавые цветы из внутренностей и обломков ламеллярных доспехов!
Ли Циньу воткнул меч в землю и повернул обратно.
Вскоре он уже нес знамя Солнца, Луны и Звёзд, поднялся на самую вершину холма, ухватился за древко и принялся им размахивать.
Размахивая знаменем, он набрал полные легкие воздуха и изо всех сил взревел, обращаясь к полю боя внизу:
«Знамя Тана не падет!!! Знамя Тана не падет!!!»
Голос его прогремел на всю округу. Танские солдаты, находившиеся ближе к холму, услышали этот рев, подняли головы и увидели, что только что сожженное знамя снова реет на ветру.
Испачканное кровью и грязью полотнище хлопало на ветру, и в сердцах солдат внезапно родились новые силы.
Кто-то из танских воинов закричал: «Знамя Тана не падет!!! Знамя Тана не падет!!!»
Остальные подхватили, и строй армии Тана взорвался мощным кличем, боевой дух, который только начал угасать, взмыл до небес!
Под крики «Знамя Тана не падет!» ряды танской армии начали теснить повстанцев, продвигаясь на север, в сторону Чанъаня...
(Примечание: осталось написать только про последнюю эпоху, и всё! Ой, ну дайте же мне дописать! А не то я буду валяться на полу, биться в истерике и удавлюсь!)