Глава 182: Резня
Те пять дней, что Ли Циньу и его товарищи провели в темнице шпиля государственной церкви, мир снаружи сотрясали великие события.
Более десятка полков СПО день и ночь вели сражения, с невероятной эффективностью зачищая Верхний улей от чумных трупов. Верхний улей был отвоёван.
Но следом произошло нечто жестокое.
Более тридцати пяти тысяч солдат из этих десятка полков СПО получили приказ от своих офицеров собраться на центральной площади Верхнего улея.
Генерал, стоявший на возвышении у края центральной площади, прокричал солдатам внизу:
— Героические воины! Я горжусь вами — именно благодаря вашим усилиям Верхний улей был освобожден из рук демонов!
Солдаты СПО, выстроившиеся на площади в плотные каре, полагали, что их ждет награда, и на лицах каждого из них сияли улыбки.
Однако командиры полков и батальонов в строю постепенно начали замечать неладное: почему по краям площади установили сотни тяжелых лазерных орудий, направленных прямо на них?
Некоторые из проницательных офицеров, осознав ситуацию, остолбенели и без сил рухнули на землю.
Другие же срывали фуражки, комкали их и с силой швыряли оземь, показывая средний палец статуе Императора, возвышавшейся над центральной площадью.
— К чёрту Императора! К чёрту Империум! Все вы, сукины дети, — мерзавцы! Сдохните все к чертям собачьим!!
Офицеры взревели, и среди солдат, постепенно осознававших происходящее, началось смятение.
Генерал на помосте проигнорировал этот ропот и продолжил:
— Империум благодарит воинов за их вклад, но поскольку вы находились в непосредственной близости от источника заражения, велика вероятность, что вы инфицированы вирусом и скверной Хаоса. По этой причине мы вынуждены провести вашу чистку!
Сказав это, генерал высоко поднял руку.
— Воины, не беспокойтесь, ваши семьи получат достойное содержание. Ступайте с миром, да пребудут ваши души на Золотом Троне!
Генерал резко опустил руку, и сотни тяжелых орудий, установленных по краям площади, изрыгнули ошеломляющий поток огня!
Один лишь выстрел из такого крупнокалиберного оружия разрывал человеческое тело на куски, а высокоэнергетические лазеры превращали людей в пепел.
Ужасающая огневая мощь обрушилась на ничего не подозревающие ряды из тридцати пяти тысяч солдат, которые всё еще стояли плотным строем; в одно мгновение большая часть из них была уничтожена этим кошмарным огнем!
Крики боли, грохот выстрелов и артиллерии, панические вопли — всё это взорвалось на центральной площади, сливаясь в жуткую симфонию смерти.
Спустя несколько минут стрельба стихла, и центральная площадь оказалась усеяна воронками и телами погибших.
На площадь въехали тяжелые машины; ковшами они сгребали трупы в кучи, а экскаваторы поднимали их и сбрасывали в кузова грузовиков.
Когда сотня грузовых машин заполнилась, они дружно въехали на большой грузовой лифт и одной партией были отправлены в Средний улей.
Затем грузовики проследовали к храму Адептус Механикус, расположенному на окраине Среднего улея, где под руководством техножрецов тела сбросили в плавильные печи, сжигая их так, что не оставалось даже костей.
На центральной площади Верхнего улея одна за другой курсировали поливомоечные машины, смывая антисептики, а кровь и ошметки плоти мощными потоками воды сносило в канализацию.
Рабочие, вооружившись порошком пластали и мраморными плитами, за несколько мгновений заделали воронки от снарядов на центральной площади.
Один из рабочих счистил остатки плоти со статуи Императора и вытер пятна крови тряпкой.
Статуя Императора вновь сияла чистотой, центральная площадь выглядела так же прекрасно, как и прежде, и совсем скоро Верхний улей должен был вернуться к своей привычной суете.
А эту эпидемию люди забудут.
Штаб-квартира государственной церкви планеты располагалась внутри одного из огромных шпилей Верхнего улея; этот шпиль целиком, изнутри и снаружи, был выполнен в стиле готического собора.
В одной из комнат внутри шпиля друг напротив друга сидели Жрец и мужчина в одеянии Епископа.
Мужчина был Епископом этой планеты, но перед Жрецом, стоящим на иерархическую ступень ниже него, он вел себя с предельным почтением, словно ученик, опасающийся гнева учителя.
Жрец тяжело дышал, а в его спокойных глазах тлел невообразимый гнев.
— Ты уже знаешь о резне на центральной площади? Столько выдающихся воинов Императора погибло не на поле боя против ксеносов или еретиков, а от рук своих же соратников!
С грохотом Жрец ударил кулаком по столу перед собой, заставив Епископа вздрогнуть.
Епископ поспешно оправдывался:
— Учитель, я уже вел переговоры с генералами СПО, просил их временно изолировать солдат, чтобы понаблюдать за наличием признаков заражения, а затем уже принимать решение.
— Но генералы СПО сочли это слишком хлопотным, к тому же сочли риск скрытого заражения Хаосом слишком высоким.
— Они решили, что проще убить всех воинов, участвовавших в зачистке Верхнего улея, а затем набрать новых.
— Проще? Проще? И это всё ради того, чтобы было «проще»?
Жрец весь дрожал, а в его старых глазах полыхал предельный гнев и абсурдность ситуации.
— Более тридцати пяти тысяч человек, это тридцать пять тысяч жизней!!
— Эти проклятые крысы принесли в жертву столько воинов просто так, только ради того, чтобы не утруждаться!!
Епископ планеты был так напуган, что не смел произнести ни слова. Жрец поднялся, подошел к золотой статуе Императора и рухнул перед ней на колени.
— В этом жестоком мире, ради выживания человечества, необходимое зло допустимо.
— Но сейчас выходит, что мы привыкли к так называемому необходимому злу, злоупотребляем им и превратили его в обычный способ решения проблем.
— Император свидетель, как много наших страданий — дело рук наших же?!
Епископ планеты опустился на колени рядом с Жрецом и тихо проговорил:
— Учитель, вы не святой, вы не можете спасти всех. Мы и СПО — это разные системы, я не могу приказывать генералам подчиняться моей воле, увы.
Жрец долго молчал, глядя на статую Императора перед собой.
— Я не святой, но я человек. Человек, у которого есть чувства и совесть.
— Я чувствую печаль и боль, когда вижу гибель себе подобных, и я хотел бы предотвратить подобное, пусть даже в масштабах Империума это не имеет никакого значения.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на Епископа планеты.
— Те воины, что сражались вместе со мной, — они истинные герои. Я слышал, кто-то хотел сжечь их?
Епископ кивнул.
— Некоторые коллеги посчитали, что раз они находились в тесном контакте с колдунами Хаоса, то наверняка были осквернены.
— На всякий случай их необходимо было уничтожить.
Жрец холодно посмотрел на Епископа.
— И ты молчаливо согласился, верно?
Епископ не посмел ничего ответить.
— Хм! Это я плохо тебя учил, или кресло Епископа планеты превратило тебя в машину, способную лишь к вычислениям?
— Тебе уже нет дела до человеческих чувств, ты начал измерять человеческие жизни холодными цифрами?
Епископ планеты, непрерывно вытирая пот со лба, поспешно произнес:
— Учитель, тех героев я разместил в темнице, я немедленно отправлю людей, чтобы вытащить их!
Жрец с силой выдохнул.
— Они герои, а к героям должно быть соответствующее отношение!
— Что же касается так называемого скверны Хаоса, то я лично сражался бок о бок с ними, и их вера тверже любого камня. Неужели я не разберусь, есть на них скверна или нет?
— Немедленно, как Епископ планеты, пожалуй им титул Боевых святых!
Епископ пообещал исполнить это и уже собирался уйти, чтобы освободить людей, как вдруг в комнату вбежал перепуганный проповедник и закричал:
— Беда! Жрец Ренато повел своих людей на штурм темницы, он хочет убить героев!