Глава 573: Поднебесная полна благородных мужей
Время повернуло вспять, возвращаясь к моменту перед выступлением Гэнпэя в поход.
Под присмотром жены и детей Гэнпэй облачился в доспехи, намереваясь подняться и отправиться в поход, чтобы покарать Гигантского демона!
Но едва он встал, как яд, скопившийся в его крови, дал о себе знать. Он содрогнулся, выплеснул полный рот крови, и, лишившись сил, снова повалился на место.
Жена и дети Гэнпэя в панике засуетились, а Ли Циньу лишь тяжело вздохнул.
— Яд уже проник в твои внутренности. Даже если ты примешь противоядие сейчас, это уже бесполезно!
Гэнпэй продолжал харкать кровью, но не отводил взгляда от Ли Циньу.
— Господин, у меня есть одна просьба.
Однажды один господин сказал мне, что этот Гигантский демон питается страхом. Он потому и сеет хаос в Киото, чтобы сожрать всех жителей, посеяв страх в сердцах людей по всей Поднебесной!
Если он поглотит страх всей Поднебесной, страшно даже представить, в какое чудовище он превратится!
Когда я сражался с Гигантским демоном, я понял, что мечи обычных людей не могут пробить его кожу, потому что те, кто их держат, сами полны страха, а потому не могут причинить ему вреда.
Но тот, в чьем сердце нет страха, может раскроить его, словно овощ для салата!
Господин, судя по вашим словам и делам, я вижу, что вы — тот самый человек, в ком нет страха!
Господин, Гэнпэй умоляет вас, ради простых людей Поднебесной, сразите этого Гигантского демона!
Ли Циньу глубоко вдохнул и тяжело выдохнул.
— Гэнпэй, я, разумеется, не боюсь этого Гигантского демона, ибо видал вещи и пострашнее. Сразить его для меня — пустяковое дело!
Но знаешь ли ты, Гэнпэй, что ваш мир, ваша так называемая Поднебесная, на самом деле принадлежит к огромной Империи, и ваша земля составляет лишь одну миллионную часть этой необъятной империи?
Хотя у меня нет доказательств, но я чувствую, что после смерти Гигантского демона ваш мир вернется в состав этой истинной Империи, а ваш так называемый Сын Неба — лишь один из целого миллиона таких же в этой империи!
Эта империя ведет войну, и каждый день там гибнет множество людей.
В вашем мире хоть и начался голод, правитель ваш бездарен, а демоны творят бесчинства, но людей здесь гибнет меньше, чем рабочих на фабриках Человеческой Империи.
У меня такое чувство, что после того, как я убью Гигантского демона, ваша Поднебесная, скорее всего, снова станет лишь одной из миллиона таких же.
И эти миллион миров — не райское место, многие из них — настоящий ад, и даже в таком случае ты все равно хочешь, чтобы я убил Гигантского демона?
Гэнпэй немного помолчал, а затем спросил в ответ:
— А тот Сын Неба, правитель тех миллиона миров, любит своих подданных?
Ли Циньу задумался. О Императоре ходило много мнений, но одно было неизменно: Император глубоко любит человеческий род.
Он кивнул.
— Любит! Сын Неба миллиона миров любит своих подданных!
Просто по ряду причин его миллион миров раскололся, и у него много врагов, которых нужно уничтожить.
Некоторые из них даже страшнее миллиона Гигантских демонов вместе взятых!
Эти враги жаждут уничтожить человечество, и чтобы сохранить искру жизни, Сын Неба, владеющий миллионом миров, вынужден порой причинять боль своим подданным.
И эта боль, если обрушится на один конкретный мир, может стать непосильным налоговым бременем для его жителей!
Если не убивать Гигантского демона, ваш мир, возможно, сможет влачить жалкое существование и дальше.
Но если я его убью, туман, которым Темные Боги окутали ваш мир, возможно, рассеется, и армии Сына Неба миллиона миров обнаружат вас и снова включат в состав своего государства.
И тогда ваша Поднебесная, вполне вероятно, по-настоящему падет в ад!
Ну что, Гэнпэй, ты все еще хочешь, чтобы я убил Гигантского демона?
На этот раз Гэнпэй раздумывал дольше, но когда он закончил, то поднял голову, и в его взгляде, устремленном на Ли Циньу, читалась твердая решимость.
— Господин, вы хотите сказать, что наш нынешний мир окутан злом, и мы — люди, которых это зло держит в загоне и играет нами, так?
Ли Циньу кивнул. В конце концов, по его разумению, эту планету просто затянуло в Варп стараниями Темного Бога Тзинча.
Зачем — он не знал, но разве может быть хороший исход для людей, контролируемых Темным Богом?
Слова Гэнпэя о том, что они — лишь скот, которым играют, были недалеко от истины.
Увидев, что Ли Циньу кивнул, Гэнпэй улыбнулся и сказал:
— Господин, мы — люди, а не игрушки Темных Богов.
Я понимаю, к чему вы клоните. Если мы примем текущее положение дел и позволим дальше держать нас в загоне, то, хотя сейчас гибнет много людей, по сравнению с обретением свободы и вхождением в состав миллиона миров, эти страдания могут показаться пустяком.
Но раз вы говорите, что Сын Неба, владеющий миллионом миров, любит своих подданных, значит, страдания его народа проистекают не изнутри, а от внешних врагов!
Сейчас мы, будучи в загоне у Темных Богов, живем хоть и сыто, но чем это отличается от жизни кастрированной свиньи, безмятежно клянчащей еду в свинарнике? В конце концов, нас все равно заколют и сожрут Темные Боги!
Вернуться под крыло Сына Неба миллиона миров — пусть там и высокие налоги, но это значит быть человеком, а не скотом, которого Темный Бог режет и ест, когда ему вздумается!
Человек — не скот, человека нельзя просто так держать в загоне и пускать на мясо. Пока человек остается человеком, у него есть шанс стать благородным мужем.
А когда все в Поднебесной станут благородными мужами, тогда и страна станет богатой и процветающей!
Да будет вся Поднебесная полна благородных мужей.
И тогда Ли Циньу облачился в черные доспехи, заткнул за пояс меч рода Гэнпэя и широким шагом вышел из дома.
А истекающий кровью Гэнпэй, его жена и Таро опустились на колени в центре залы, поклонились Ли Циньу и в один голос воскликнули:
— Желаем вам победы в бою!
……
Ли Циньу одним ударом меча отрубил голову Сыну Неба. Держа её в руке, он прокричал остолбеневшим министрам во дворце:
— Сын Неба был бездарен и беззаконен, и ныне он казнен! Голова у меня в руках! Убийца Сына Неба — инквизитор Ли Циньу!
На самом деле, Ли Циньу вовсе не был инквизитором, в лучшем случае — помощником стражи.
Но лицо свое нужно блюсти, а он давно привык выдавать желаемое за действительное, к тому же никто не стал бы проверять его удостоверение инквизитора.
Один из чиновников, дрожа, пролепетал:
— Ты... ты... ты убил Сына Неба! Даймё непременно поднимут мятеж, и Поднебесную ждет великая смута! Ты... ты... ты преступник!
Ли Циньу холодно хмыкнул и швырнул голову Сына Неба в этого чиновника, отчего тот перекатился по полу несколько раз от страха.
— Какая еще смута, какая великая смута? Готовьтесь выплачивать налоги Империи!!
Восемьдесят с лишним лет не платили, теперь хлебнете горя!
Затем Ли Циньу, не обращая внимания на паникующих министров, посмотрел на старого евнуха и поманил его пальцем. Старик тут же подбежал к нему и согнулся в поклоне.
— Господин, какие будут указания?
— Веди меня в Тэнсюкаку!
— Слушаюсь, господин, прошу за мной.
Старый евнух немедленно повел Ли Циньу в сторону Тэнсюкаку.
Тэнсюкаку был очень высоким сооружением, в несколько ярусов. Построить такое высокое здание из дерева было непростым делом.
По пути к Тэнсюкаку Ли Циньу спросил у старого евнуха:
— Я слышал, в Тэнсюкаку хранится много книг?
Старый евнух кивнул.
— Все правители, сменявшие друг друга на троне, больше всего любили собирать диковинные книги со всей Поднебесной и хранить их в Тэнсюкаку.
Эти книги разрешено читать только членам рода Сына Неба, другим вход заказан.
Даже я, прослужив семье Сына Неба целых шестьдесят лет, ни разу не входил в Тэнсюкаку.
Говоря это, старый евнух вел Ли Циньу запутанными тропами, пока они не оказались у главных ворот Тэнсюкаку.
— Господин, здесь находится вход в Тэнсюкаку, дальше прошу вас идти самостоятельно.
Я все же служил Сыну Неба всю жизнь, и правила уже въелись мне в кости, нарушить их я не могу.
Ли Циньу, глядя на то, как свято старый евнух соблюдает правила, вспомнил, как тот дважды отбрасывал чаши с отравленным вином в тронном зале, и сказал ему:
— Гигантского демона сразил Гэнпэй. Гэнпэй — благородный муж, человек, совершивший подвиг десятилетия.
А Сына Неба убил я, инквизитор Ли Циньу, и к Гэнпэю это не имеет никакого отношения. Понял?
Старый евнух кивнул.
— Когда солнце взойдет в третий раз, даже в самом отдаленном княжестве от Киото узнают историю о том, как господин Гэнпэй сразил Гигантского демона!