Глава 377: Рыцарская дуэль 3
Силовое копье вонзилось в грудь Рыцаря-авангарда, пробив его насквозь — острие вышло из спины машины!
Рыцарь-авангард получил тяжелейшие повреждения. Неизвестно, был ли пилот внутри еще жив, или же оказался поврежден силовой агрегат, но конечности машины начали судорожно дергаться.
Фолес, глядя на то, как его брат был пронзен его же копьем, на мгновение замер. То, чего он так долго ждал... неужели он получил это?
— Брат... брат... ты еще жив?
Фолес спросил это с опаской, его тон звучал пугающе: в нем смешались восторг от свершившейся судьбы и странное, болезненное нежелание отпускать.
Чувства этого комка плоти, восседающего на Механическом Троне и развращенного Варпом, были извращены.
Неясно было, жив Лука или мертв. Силовое копье вошло в грудь Рыцаря-авангарда довольно далеко от центра.
Казалось, удар не пришелся прямо по Механическому Трону внутри, но был достаточно близок. А вдруг Лука уже рассыпался в пыль от ударной волны?
Рыцарь-авангард неритмично дрожал. Фолес широко открытыми глазами наблюдал за рыцарским доспехом брата, ожидая ответа.
Рыцарь-авангард дрожал еще некоторое время, а затем внезапно замер.
Его силовая перчатка намертво вцепилась в силовое копье, торчащее из груди. Включилось поле разрушения, явно намереваясь раздавить копье!
Цепной меч в другой руке завыл на предельной частоте и врезался в броню Рыцаря-Монарха, выбивая сноп искр!
Внезапная контратака Луки застала Фолеса врасплох.
На его лице, еще секунду назад выражавшем странную печаль, отразились ярость и искаженная злоба.
— Жив! Ишь, какой живучий!
Лука, все еще висящий на копье, сблизился с Рыцарем-Монархом. У того в оснащении были в основном тугодумные дистанционные орудия, так что он не мог быстро среагировать.
Силовая перчатка Луки заставила копье жалобно затрещать, и на глазах у всех согнула его дугой.
Цепной меч вонзился в набедренную броню Рыцаря-Монарха; вращающиеся на огромной скорости адамантиевые зубья уже глубоко прорезали металл.
Фолес запаниковал и попытался высвободиться.
Он взревел и заставил Рыцаря-Монарха завертеться на месте, пытаясь сбросить Луку!
Поскольку Лука был насажен на копье и вцепился в него силовой перчаткой, Рыцарь-Монарх никак не мог от него избавиться.
— Пошел прочь! Убирайся, прочь!
Рев Фолеса, усиленный динамиками, разнесся по всему полю боя. Его огромная стальная туша вращалась все быстрее и быстрее.
Когда скорость достигла критической отметки, даже рыцарский доспех не смог противостоять центробежной силе!
Силовая перчатка Луки не выдержала, соскользнула с копья, и его тело, подобно снаряду, отлетело от Рыцаря-Монарха!
На этот раз он улетел далеко, пролетев добрых 400 метров, и рухнул прямо в сельскохозяйственное поле, погрузившись в землю почти наполовину!
Ли Циньву, занятый «приготовлением хаоситского шашлыка», вздрогнул от сильной вибрации почвы. Шампуры, воткнутые у него за спиной, с грохотом посыпались на землю.
Ли Циньву, разрубив одним ударом меча бросившегося на него воина Хаоса, повернул голову в сторону, откуда пришла вибрация.
Когда он увидел, как рыцарский доспех Луки лежит в земле, едва подавая признаки жизни, его зрачки резко сузились.
В этот момент еще один хаосит бросился к Ли Циньву с криком:
— Я бросаю тебе вызов!
— Вызов я тебе сейчас устрою, ублюдок!
Ли Циньву рванул вперед и одним ударом разрубил его пополам!
Пользуясь инерцией, он, подобно разъяренному тигру, врезался в живую стену из хаоситов и принялся неистово рубить направо и налево!
Все шло к дуэли, но Ли Циньву внезапно взбесился. Хаоситы не поняли, что на него нашло, но, подняв оружие, окружили его и начали атаковать.
Ли Циньву чувствовал, как со всех сторон на него обрушиваются разномастные удары: длинные боевые топоры, булавы, моргенштерны — все это гулко колотило по его доспехам.
Но ему было плевать. Он обезумевшим зверем размахивал длинным мечом, кромсая воинов Хаоса, вставших у него на пути, и неумолимо прорывался вперед.
Рыцарский доспех Луки валялся всего в 200 метрах впереди. Он пробивался сквозь толпу, желая как можно скорее узнать, в каком состоянии брат.
Из-за такой высокой частоты атак его силы таяли на глазах!
Однако Ли Циньву не обращал внимания. Он продолжал неистовый рывок, и, когда выносливость была на исходе, он воспользовался функцией голосового ввода, чтобы принять энергетический напиток и восстановить силы до максимума!
Он напоминал проходческий щит, неустанно прорубающий путь вперед.
Наконец, измазанный в крови с ног до головы, Ли Циньву израсходовал весь запас энергетических напитков. Энергия его силового меча тоже была на исходе, он стал тупеть.
Он наконец прорвался сквозь бескрайнее море хаоситов и добежал до места, где упал Лука!
Слуги Темных Богов не осмеливались приближаться к рыцарскому доспеху — мощь этой машины была слишком велика, им с ней не совладать.
К тому же, пока две рыцарские машины сражались, они старались держаться подальше, что сыграло на руку Ли Циньву, позволив ему приблизиться к Луке.
К этому моменту Лука наполовину ушел в землю, окруженный бескрайними золотыми волнами пшеницы.
От дуновения ветра золотое море колосилось, и рыцарский доспех, лежавший лицом в небо, оказался словно укрыт этим пшеничным океаном.
Ли Циньву тяжело дышал несколько мгновений, затем снял шлем — пот градом лился изнутри.
Разгребая ногами золотую пшеницу, он подошел к корпусу машины и взобрался на огромную металлическую голову.
На краю металлической головы зияла огромная рваная рана — копье пробило машину насквозь.
Увидев эту страшную пробоину, Ли Циньву охватила тревога. Неужели Лука мертв?
Он наклонился и постучал пальцами по электронному оку размером с таз.
— Лука! Лука! Ты еще жив?!
Прошло некоторое время, но машина молчала. Она лежала среди золотой пшеницы, безмолвная, словно уснувшая.
Ли Циньву поднял взгляд и посмотрел вдаль: разъяренный Рыцарь-Монарх, тяжелой поступью агрессора, медленно приближался.
Ли Циньву снова постучал по электронному оку на голове машины.
— Лука! Лука! Ты жив?! Враг идет!
В ответ — тишина. Смертельная тишина.
Рыцарь-Монарх подходил все ближе, и вокруг уже начали собираться воины Хаоса.
Ли Циньву вздохнул: — Лука, это конец? Пусть твоя душа отправится...
Молитва Ли Циньву не успела закончиться, как он внезапно увидел, как электронное око машины резко сжалось, словно сфокусировалась камера.
— Ш-ш-ш... Я еще не умер... Ш-ш-ш... но... Ш-ш-ш... машина сильно повреждена...