Глава 579: Пси-пощёчина
В изменчивом Варпе частица сознания бога Хаоса Тзинча неотрывно следила за Ли Циньу.
Ранее Ли Циньу особым способом узурпировал демона и нанёс удар Кхорну, что искренне порадовало Тзинча.
Тзинч терпеть не мог Кхорна — обычный грубиян, не более.
Когда-то он уже узурпировал одного из высших демонов из свиты Кхорна и совершил нападение на самого Кхорна.
Ли Циньу поступил так же, они оказались на одной волне, и Тзинч был в восторге от хитроумного плана Ли Циньу.
Он захотел прибрать эту игрушку к рукам, вступил в спор с Императором и забросил его в свой мир-библиотеку.
И теперь всё развивалось согласно его замыслу, приближаясь к финалу!
В той Книге Истины действительно были записаны 999 принадлежавших ему заклинаний.
Более того, в книге содержалась самая чистая его сила; он намеренно сделал этот ход в расчёте на то, что в будущем это пригодится.
И настал момент воспользоваться этим!
Стоило Ли Циньу коснуться книги, как его сила хлынула бы прямо в тело Ли Циньу, превращая того в свою игрушку!!
В своём дворце бог Хаоса Тзинч разразился безумным хохотом.
Энергия, которую он вложил в книгу, была невероятно мощной и чистой.
Как только рука Ли Циньу коснётся книги, энергия вольётся в его тело, и во что именно превратится Ли Циньу, даже он сам не знал.
Именно это чувство неизвестности так забавляло бога Хаоса, известного своими интригами.
Один глаз Тзинча сквозь причудливое марево Варпа не отрываясь следил за рукой Ли Циньу.
Вот рука Ли Циньу медленно коснулась Книги Истины, и в следующее мгновение Ли Циньу должен был превратиться в нечто вроде пуффа!
Однако этого не случилось. Когда рука Ли Циньу легла на Книгу Истины, мощный поток золотой энергии хлынул из его ладони, устремившись обратно в книгу!
Золотая энергия столкнулась с энергией Варпа, хранившейся в Книге Истины, и начала стремительно её переделывать!
Тзинч опешил. Его взор в Варпе увидел, что за спиной Ли Циньу стоит человек — невероятно величественный мужчина!
Этот черноволосый мужчина в лавровом венке вливал свою силу в тело Ли Циньу!
Мужчина повернул голову и бросил взгляд в сторону Тзинча — взгляд равнодушный и холодный.
Тзинч судорожно вдохнул: «Анафема! Когда он успел явиться?!»
Почему Анафема так опекает обычного смертного? Сначала отобрал его у меня, а теперь передал ему часть своей первородной силы!
Чем же этот смертный заслужил такую благосклонность Анафемы!!
Изначально Тзинч планировал превратить Ли Циньу в пуффа, сделав его своей марионеткой.
Но сейчас он мгновенно отбросил эти мысли, разорвал любую связь своей энергии с Книгой Истины и отказался от неё.
Он не смел противостоять Анафеме. Не так давно Анафема проявил невероятную мощь, вселившись в одного из своих сыновей, Жиллимана, и нанёс удар другому богу Хаоса — Нурглу.
Сейчас Империум Человечества наполняется силой, ведь примархи постепенно возвращаются, как это сделали Жиллиман и Лев Эль'Джонсон.
Воскрешение этих сыновей Императора, истинных живых богов, стало мощным стимулом для Империума!
Моральный дух людей на миллионах миров невероятно поднялся, и этот подъём отразился в Варпе: холодное солнце, олицетворяющее Императора — Владыку Человечества, стало сиять ещё ярче!
Император сейчас в гораздо лучшем состоянии, чем прежде, и может выделять больше сил на борьбу с богами Хаоса.
Если Тзинч не проявит благоразумие и посмеет тронуть Ли Циньу, Император не побрезгует повторить историю с Нурглом и нанести тот же удар Тзинчу!
В этот момент всё тело Ли Циньу излучало золотой свет: Император спроецировал частицу своего основного сознания в Ли Циньу и одолжил ему часть своей первородной силы.
Неистовая золотая психическая энергия, проходя через тело Ли Циньу как через проводник, хлынула в Книгу Истины, очищая этот осквернённый артефакт Варпа.
Тзинч был в ярости, ведь в этой Книге Истины содержалась частица его силы.
Теперь Книга Истины была очищена, а значит, он навсегда лишился 999 заклинаний, и его предел силы был слегка урезан.
Хотя для бога Хаоса такого масштаба эта потеря почти незаметна, но факт остаётся фактом: предел был урезан, он стал слабее, и это невосполнимая утрата!
Не смея выйти против Императора и способный лишь строить козни исподтишка, Тзинч, сидя в своём Лабиринте, нервно грыз пальцы.
«Не злись, не злись, это часть плана, это всё часть плана...»
Тем временем в библиотеке Тэнсюкаку золотое сияние вокруг Ли Циньу стало угасать.
Бурлившая вокруг него золотая психическая энергия приходила в норму.
Ли Циньу понимал, что его «оседлал» Жёлтый старик, который, будучи крайне занятым человеком, очистил книгу Хаоса и, похоже, уже собирался уходить по своим делам.
Ли Циньу почувствовал, что это уникальный шанс: ведь сам Император вселился в него!
Он точно услышит, если он что-то скажет, поэтому Ли Циньу должен обратиться к Повелителю Человечества. Он закричал:
«Жёлтый старик, не спеши уходить!! У меня к тебе вопрос: правда ли, что ты та самая римская волчица?»
Император Человечества, или Жёлтый старик, считался старейшим из Вечных и оставил множество следов в истории. Многие исторические личности, предположительно, были лишь его аватарами, с помощью которых он формировал современное человечество.
Например, легенда о римской волчице, основавшей Рим; кто-то говорил, что Цинь Шихуанди тоже был Жёлтым стариком, или что философы вроде Сократа — тоже его воплощения.
Ли Циньу было очень любопытно, он надеялся, что Жёлтый старик ответит ему хоть парой слов.
Ведь это был правитель миллионов миров, такая важная персона! Если бы он перекинулся с ним парой слов, Ли Циньу потом мог бы хвастаться перед кем угодно.
Но после того как Ли Циньу задал вопрос, он почувствовал, что золотая психическая энергия в его теле иссякает — Жёлтый старик покидал его тело, так и не ответив. Ли Циньу занервничал: «Чёрт, неужели так сложно сказать хоть слово?»
Поэтому он поспешно закричал:
«Жёлтый старик, не сбегай!! Ты правда используешь свои женские версии для вербовки во всех мирах? И что тебя связывает с неким морским членистоногим? А ты знал, что кто-то использует ИИ, чтобы генерировать твои эротичные арты в женском обличье?!»
После того как Ли Циньу выпалил эту серию вопросов, он почувствовал, что золотая энергия, стремительно покидавшая его тело, на мгновение замерла.
А затем последний остаток энергии сгустился в пси-оплеуху и влепил Ли Циньу по лицу.