Так окончательно сложилось трёхстороннее соглашение людей, зугов и кошек.
Когда старый вождь зугов выходил из главной башни храма Ултара, Джили и ещё несколько молодых зугов поддерживали его с двух сторон.
В истории племени он мог остаться величайшим преступником.
А мог — величайшим героем.
Возможны оба варианта.
Сейчас же старик хотел только отдышаться и успокоить сердце.
Зуги, включая злого зуга, понуро покинули храм, затем Ултар и вернулись в своё логово в Зачарованном лесу.
Им предстояло выбрать группу соплеменников, которые при возвращении «Тяньсюань» отправятся вместе с людьми на Землю работать.
Некоторые кошки тоже вышли из башни, унося по одному-два листа кошачьей мяты.
Они не успели далеко отойти, как их окружили соплеменники и устроили настоящую свалку за ароматные листья.
Тем временем Гу Цзюнь и остальные оставались в главном зале, стараясь выведать у старого полосатого кота и Атала как можно больше тайн.
Ньярлатхотеп — божество, которому поклоняются кошки Страны Снов?
— Нет! — услышав это имя, старый полосатый кот, чёрный кот и остальные явно испытали отвращение.
Полосатый кот не стал скрывать причину.
Оказалось, Ньярлатхотеп — заклятый враг их народа, существо, которому поклоняется другая, тёмная ветвь кошек Страны Снов.
— Ньярлатхотеп — не что-то одно, — объяснил старый кот. — У него множество лиц. Иногда он является и в Стране Снов. Многие существа, которых можно назвать богами, боятся его. Все его последователи — люди, кошки или кто угодно — любят разрушать, уничтожать и играть чужими жизнями. Можете считать их силами хаоса.
Часть этого Гу Цзюнь, Юй Чи и остальные уже знали.
А вот о тёмных кошках Страны Снов услышали впервые.
— Что до божества нашего народа, тут секрета нет, — продолжил полосатый кот. — Это богиня-кошка Баст.
Юй Чи мгновенно оживился.
Баст!
Та самая кошачья богиня древнеегипетской мифологии, богиня войны Нижнего Египта.
Её изображали женщиной с кошачьей головой, считали покровительницей дома, тепла и радости, защитницей от болезней и зла.
В мифах Баст и змей хаоса Апеп тоже были врагами и постоянно сражались.
— Капитан Гу, капитан Гу… — Юй Чи торопливо пересказал всё это Гу Цзюню.
Рейнс Нельсон, лучше остальных участников «Тяньсюань» разбиравшийся в древнеегипетской мифологии, добавил известные ему сведения.
Гу Цзюнь задумался.
Одна из догадок начинала получать подтверждения.
Возможно, древние египтяне знали о Ньярлатхотепе задолго до них.
Если записать услышанное имя латиницей, оно, скорее всего, выглядело бы как Nyarlathotep — именно такую форму предполагали исследователи.
Само звучание явно напоминало египетские имена.
Окончание «-hotep» в них обычно связывают со значением «удовлетворённый» или «умиротворённый». Например, имена четырёх фараонов Amenhotep — Аменхотеп I, II, III и IV — можно понимать как «Амон доволен».
Амон здесь — солнечный бог Амон-Ра, которого в пересказанной Юй Чи версии мифа называли братом-близнецом и смертельным врагом змея хаоса Апепа.
Амон-Ра. Ньярла. И «-hotep».
Если Nyarlathotep означает «тот, кем доволен Ньярла», то кто такой Ньярла?
«Я — Ползучий Хаос. Я — тот, кем доволен Ньярла».
Получается, даже сам Ньярлатхотеп кому-то служит?..
Гу Цзюнь попытался спросить об этом старого полосатого кота и Атала.
— Есть ли над Баст и Ньярлатхотепом ещё более высокие существа?
— Конечно, — кот не стал уходить от ответа. — Но и мы знаем мало. И вам не стоит в это вмешиваться. Впрочем, в легендах о Рэндольфе Картере говорится… Картер однажды был обманут Ньярлатхотепом и чуть не оказался перед существом более высокого порядка. Но понял, что всё это сон, и успел покинуть Страну Снов, просто пробудившись.
О Рэндольфе Картере старый кот мог рассказать лишь обрывки.
С тех событий прошло так много времени, что даже он никогда не видел Картера лично.
По легенде, Картер поднялся на высочайшую гору Страны Снов — Кадат — и позднее отвоевал свой Город Заката у земных богов.
Так называемые «земные боги» отличались от существ вроде Ньярлатхотепа и Баст. Это были божества, с которыми смертные ещё могли соприкасаться напрямую.
По словам кота, их сила была значительно слабее даже Великих Древних.
Однако всё это оставалось легендами: без подробностей, без ясной причинно-следственной цепи и без достоверного финала.
О богах и Кадате можно было спросить и у обычных жителей Ултара. Для них это были просто местные мифы Страны Снов.
Участники «Тяньсюань» слушали с всё возрастающим волнением.
Если рассказы правдивы, Рэндольф Картер был невероятно силён.
Сам факт его существования показывал: предел человеческих возможностей может быть намного выше, чем они представляли.
Но именно поэтому внутри оставалось и сомнение.
Правда ли это?
Или легенды всё преувеличили?
— Рэндольфа Картера я помню, — вдруг произнёс Атал, долго хранивший молчание.
Люди и даже некоторые кошки удивлённо посмотрели на него.
На древнем морщинистом лице великого старейшины появилось выражение воспоминания.
— Тогда он напоил меня лунным вином зугов и выведал слишком много того, о чём мне не следовало говорить. Очень особенный был человек. И необычная сила в нём действительно была.
Значит, Картер жил не тысячи лет назад.
Атал, которому было уже несколько сотен лет, лично принимал его здесь.
Эти слова резко повысили доверие Гу Цзюня к самой фигуре Картера.
А вместе с ним — и к Городу Заката, и к Фонду.
Более того, выходило, что Город Заката, возможно, вообще находится где-то в Стране Снов.
— Смотри к свету и никогда не отчаивайся! — Юй Чи оказался даже взволнованнее Гу Цзюня.
Он отлично понимал значение слов Атала.
Их миру отчаянно требовалась помощь, которой можно по-настоящему доверять, не ожидая каждую секунду подвоха и не боясь, что в конце тебя всё-таки обманули.
Это стало ещё одним огромным результатом экспедиции.
Но дальше, сколько бы люди ни пытались выведать подробности, Атал замолчал окончательно.
На всякий случай старик даже отказался от еды и питья: сидел неподвижно, чтобы его снова не напоили.
Он утверждал лишь, что знает о Картере не больше кошек и не представляет, что случилось с ним позже.
— Ньярлатхотеп — большая неприятность, — вместо него продолжил старый полосатый кот. — Но интересов у него множество, да и время для таких существ течёт иначе. Если вы сами не будете его призывать, он может снова вспомнить о вас через год. А может через десять тысяч лет. Или через миллион.
Усы старого кота слегка напряглись.
— Вы говорите, что призвали Шуб-Ниггурат против Хаоса, а затем она рассыпалась в порошок и разлетелась по миру.
Он помолчал.
— У Шуб-Ниггурат огромная жизненная и репродуктивная сила. Но такая сила способна искажать. Мотылёк не выдержит жизненную силу собаки. Человек тоже не способен без последствий вместить намного больше жизненной силы, чем ему положено.
Голос кота стал тяжёлым.
— За помощь сегодня наш народ даст вам добрый совет. Готовьтесь. Человечество ждёт огромная перемена.
Остальные кошки тоже стали серьёзнее.
Гу Цзюнь нахмурился.
На самом деле оба мира и без предупреждения давно понимали, что последствия ещё впереди.
— И это, вероятно, будет не похоже на ваши прежние бедствия, — добавил полосатый кот. — Болезнь и эпидемия уничтожают жизнь. Шуб-Ниггурат не уничтожает жизнь. Она размножает её и заставляет развиваться. Но давление, которое приносит такая сила, тоже может стать катастрофой.
После этого кот, как и Атал, отказался говорить дальше.
Во-первых, его знания были ограничены.
Во-вторых, слишком много откровений не приносило кошкам никакой пользы.
Над будущим снова сгущалась неопределённая туча.
Гу Цзюнь, Юй Чи, Фэн Пэйцянь и остальные чувствовали её почти физически.
Человечество только что пережило угрозу уничтожения, но по-прежнему дрейфовало в бескрайнем тёмном океане.
А У Шиюй пока решила не забивать голову далёким будущим.
Её текущая задача — наладить отношения с кошками.
Работа подходила ей идеально.
Лежать вместе, греться на солнце и нюхать кошачью мяту.