В ту же ночь руководство Управления Небесной Тайны экстренно обсуждало новость, которую принёс Джили.
Что именно представляют собой кошки Ултара, дядя Тун и остальные знали не больше Гу Цзюня.
Поэтому главным стало его свидетельство:
это вид со сверхъестественными способностями, относиться к нему как к обычным животным нельзя.
А значит, просьба зугов несёт множество неизвестных рисков.
В малом масштабе — безопасность отряда, который пойдёт в Ултар. Не выбросят ли людей, как рассказывал Джили, куда-нибудь в небо?
В большом — не получит ли человеческая цивилизация нового врага.
Или точнее, нового врага-кошку.
Причём очень неприятного.
Нужно было продумать и взаимодействие с Бюро Тайн.
Гу Цзюнь участвовал в совещании и предложил:
— Отправить небольшую группу в Ултар. По предложению Шиюй сначала попробовать поговорить с кошками, потом найти великого старейшину Атала и выяснить, можно ли уладить конфликт между ними и зугами. Если вопрос главным образом в дани из тетеревов, возможно, люди смогут взять её на себя.
Если удастся решить всё мирно, получится не только союз с зугами — можно будет установить отношения и с кошками Ултара.
К тому же Ултар не был таким опасным местом, как Дом Червей.
Это тихий живописный городок.
Если бы он находился на Земле, из него легко сделали бы туристический рай для бесконечного потока молодых людей, ищущих «место, где отдыхает душа».
Сильные кошки означают и другое:
их дом защищён.
Культисты не смогут просто прийти и устроить там что захотят.
Можно съездить в Ултар как в путешествие, поговорить с Аталом, послушать его советы…
Причин рискнуть было достаточно.
Если получится — прорыв будет огромным.
Большинство руководителей склонялось к согласию, но обсуждения продолжились и на следующий день.
К ним присоединились Цзэн Чаньцзюнь и ещё несколько высокопоставленных представителей Бюро Тайн.
Гу Цзюнь в этот день на совещания не ходил.
Днём он продолжал заниматься командной работой и сопровождал Юй Чи с остальными в Чилинь — город уже восстановили, и прежняя жизнь постепенно вернулась.
А вечером Гу Цзюнь вернулся на базу Мобэй и отправился в анатомический зал.
Последние полмесяца, с момента запуска новой системы, он при любой возможности развивал исследовательскую способность «Анатомия» и тем самым усваивал силу Города Заката.
В основном — вскрывая остатки летающих полипов.
К этому моменту опыт достиг 1500/5000.
Уровень: 1/9.
Даже отдельные части тел были огромными.
Одно щупальце летающего полипа превышало по объёму несколько человеческих тел.
Ещё до того как Гу Цзюнь подключился к работе, анатомическая группа получила немало результатов — и столкнулась с проблемами, которые решить не смогла.
Ни специалист по анатомии Сяо Хуэйвэнь, ни сотрудники с опытом заклинаний вроде Цай Цзысюаня не могли объяснить биологический механизм крика, полёта и невидимости этих существ.
Точно так же человечество до сих пор не понимало, как глубоководные способны нырять на такие глубины.
Приходилось относить это к аномальной силе.
Название «летающий полип» оказалось на удивление удачным.
Существо не было млекопитающим.
У него отсутствовали сосуды, позвоночник и другие типичные структуры.
Пока его условно относили к стрекающим — одной из самых ранних ветвей эволюции многоклеточных животных.
Как и у стрекающих, основная структура состояла из наружного и внутреннего зародышевых слоёв и гастроваскулярной полости.
То, что можно было условно назвать кожей, мышцами и нервной тканью, при вскрытии выглядело как груды липкого студня или волокон.
Одних этих тканей явно недостаточно, чтобы летать.
По мнению Гу Цзюня, ключ скрывался в нервной системе.
Всё тело летающего полипа было буквально пронизано мельчайшими синапсами — их намного больше, чем у обычных стрекающих.
Синапсы, эффекторы, нейроны и другие элементы вместе могли создавать естественные биологические эффекты, которые человек пока воспринимает как сверхъестественные.
Но даже это не объясняло всего.
Желеобразная масса и волокна на столе составляли не весь организм.
Часть физиологии летающего полипа, похоже, вообще не относилась к наблюдаемой материи.
Возможно, тёмная материя или нечто подобное.
Дэн Симэй почувствовала это одной из первых.
Ван Жосян после восстановления и завершения проверок тоже немедленно подключилась к анатомической работе и пришла к похожему ощущению.
Но пока это оставалось гипотезой.
Проверить её было нечем.
Трупы летающих полипов создавали для анатомов гораздо более сильное психическое давление, чем тела гулей или глубоководных.
Команде приходилось постоянно работать сменами и использовать камни Знака Старцев для очищения, иначе состояние людей быстро ухудшалось.
Сяо Хуэйвэнь несколько месяцев держался на переднем крае этой работы и успел первым закрепить названия множества тканей и органов.
Многие структуры можно было назвать обычными терминами стрекающих — эпидермальный слой, мезоглея и так далее.
Поскольку строение оказалось сравнительно простым, а времени было достаточно, почти все части тела уже получили привычные названия.
Менять их никто не собирался.
Поэтому, увидев входящего в зал Гу Цзюня в защитном костюме, Сяо Хуэйвэнь улыбнулся совершенно спокойно.
Больше никаких ужасных непрофессиональных терминов вроде прошлых «чешуйчатых сухожилий».
Это были чешуйчатые сосуды, а не сухожилия.
Но старый Сяо недооценил судьбу.
Гу Цзюнь всё-таки умудрился найти новое.
То ли благодаря восприятию, то ли наблюдательности, то ли чистому везению — под микроскопом он заметил в телах нейронов одного участка желудочной полости особый тип дендритов.
Статистический анализ подтвердил: по форме они действительно отличались от дендритов других клеток этой полости.
У разных нейронов дендриты и без того могут сильно различаться, а на микроскопических изображениях сеть выглядела хаотичной и почти неразличимой.
Тем более функция большинства нейронов летающего полипа оставалась неизвестной, поэтому раньше исследователи не делили их настолько подробно.
Но здесь дендриты имели почти одинаковую форму и аномально большое число ответвлений.
Гу Цзюню даже привиделась картина:
когда желудочная полость расширяется и сжимается, эти дендриты связывают возбуждение разных нейронов, направляют его к телам клеток и вызывают мощный разряд.
Будто в ушах снова прозвучал тот свирепый вой.
И появилась гипотеза:
— А если это ткань, отвечающая за звук?
У стрекающих нет отдельных органов дыхания и голосового аппарата. Желудочная полость сообщается с окружающей средой через рот.
Летающий полип устроен похожим образом.
Если его вой действительно выходит через рот, источник должен находиться либо в ротовой зоне, либо в желудочной полости.
В ротовой зоне ничего подобного команда пока не находила.
Поэтому Гу Цзюнь предложил назвать этот тип дендритов «ревущими дендритами».
Улыбка Сяо Хуэйвэня застыла.
Внутри самого анатома внезапно проснулось желание зареветь.
На небо.
На землю.
На Гу Цзюня.
Неужели нельзя придумать название хоть с каплей профессиональной анатомической красоты?
«Фонаторные дендриты», например?
В тот вечер Гу Цзюнь проработал за столом три часа.
Опыт «Анатомии» вырос до 1800/5000.
Новое задание так и не активировалось.
Он чувствовал, что на летающих полипах ещё можно получить немало опыта, предел далеко.
Если бы позволили, он с удовольствием несколько дней подряд не отходил бы от анатомического стола.
Но утром третьего дня после сообщения Джили срок, установленный племенем зугов, почти истёк.
Руководство двух миров приняло совместное решение.
Человечество отправит объединённую группу в Страну Снов.
Цель — прибыть в Ултар и попытаться договориться с кошками.