— Шурх!
Срез получился идеально ровным.
«А».
Теперь Эгенир понял.
Менять свойства вещества при помощи маны было чудовищно неэффективно — и одновременно невероятно удобно.
«Вот она, реальная версия поговорки: если тело дурака, голова страдает».
Можно просто набить материал маной и сделать его твёрдым.
Зачем тогда вообще нужны строители, архитекторы, спасательные команды?
Просто прорубайся наверх.
«Но…»
Он начал немного понимать Шердена.
С тех пор как Эгенир по-настоящему ощутил энергию мастера меча — точнее, с тех пор как весь мир для него изменился, — он слышал голоса клинков.
И сейчас десятки живых мечей кричали, что не хотят навечно остаться под землёй.
[СПАСИТЕ!!! Я даже хозяина нормального не нашёл! Не хочу сгнить здесь под камнями!!!]
Обычно Эгенир прошёл бы мимо.
Но у него уже были Мятежный демонический меч и Мятежный Серебряный меч. К тому же появилась отличная возможность посадить дом Гейнз на ещё один долг.
«Только придётся создать пространство…»
Прокладывать путь вверх несложно.
Но куда девать выкопанную землю и камни?
Вниз.
Значит, нижние слои будут постепенно заполняться, а их свободное пространство — подниматься всё выше.
Когда они выберутся, подземелье окажется забито породой, а оставшиеся мечи будут запечатаны и погребены заживо.
— Эй.
Два зайца одним выстрелом.
Всем хорошо.
Разве мир не должен стремиться именно к таким решениям?
— У тебя сейчас лицо человека, который придумал какую-то ебаную гадость.
Шерден, в отличие от женщин, не устраивал истерику от милоты маленького Шогэнира.
Он слишком хорошо знал Эгенира и уже смотрел на него в духе: «Ну и что ты опять задумал?»
— Да почему ты всегда думаешь обо мне настолько плохо? Я как раз хочу предложить вариант, выгодный и тебе, и мне.
— Выкладывай. Если хуйня — сразу скажу.
Как ни крути, глава дома Гейнз прежде всего был мечником.
Да, родился с золотой ложкой во рту в семье настоящих монстров, но грубую натуру это не отменяло.
Аристократической изысканностью от его речи и не пахло — чистая интонация человека, всю жизнь прожившего среди суровых фехтовальщиков.
— Жалко мечи, которые останутся здесь и будут похоронены?
Пусть их называли магическими и демоническими, способности у них были гарантированно серьёзные.
— И?
— Тогда почему бы не забрать их?
— Ах ты ублюдок…
— Да послушай сначала. Нам ведь ещё к войне с демонами готовиться.
— Ага. То есть ты всё это хочешь сожрать сам?
— Элла — мастер меча. Гарантия.
Шерден вздрогнул.
— Что выгоднее? Отдать мне магические и демонические мечи или оставить Эллу без шанса стать мастером меча?
— Ты… сукин сын…
— Я же не собираюсь шантажировать тебя Эллой. Конечно нет. Просто мы с тобой оба смотрим на ситуацию рационально.
— В каком смысле?
— Эти мечи останутся здесь. Когда их найдут? Уже обрушилась скальная порода. Кто гарантирует, что при повторных раскопках всё не рухнет снова?
— …
— Придётся перенести весь дом Гейнз, рисковать новым обвалом, жизнями строителей и устраивать гигантскую спасательную операцию. А потом по всему континенту пойдут слухи, что под резиденцией Гейнз хранятся запечатанные магические и демонические мечи.
— …
— Ты же не тот человек, который спокойно скажет: «Ну и пусть сгниют». Сможешь вот так бросить этих малышей под землёй?
Шерден заскрипел зубами.
— Даже если мечи тебя не любят, это не значит, что ты не любишь мечи. Верно?
— Да ёбаный ты…
— Итак. Что лучше: толпы неизвестных людей, которые полезут сюда и начнут резать друг друга за оружие прямо перед войной… или дом Гейнз, который официально спасёт клинки и передаст их людям Эгенира ради войны? Мотив, польза, честь, благодарность. А заодно Элла станет мастером меча.
— Это магические мечи, ублюдок! Они сводят людей с ума!
— А. Это не проблема.
— Что?
— Я просто покажу им, что будет, если начнут выёбываться передо мной.
Эгенир улыбнулся.
Да.
Покажет.
Большинство мечей вокруг уже звенело от страха.
Обычный человек без соответствующей магии не услышал бы их речь, зато звук и волю клинков ощущал вполне.
Они слышали крики Мятежного демонического меча. Почувствовали, как тот внезапно замолчал. И теперь всякий раз, когда Эгенир приближался, просили вытащить их наружу, но одновременно дрожали.
«Контроль гнева — штука относительная».
Люди, которые называют себя «неуправляемыми психами», редко бывают по-настоящему безумными.
Настоящий псих даже против более сильного противника полез бы в драку голым, измазавшись дерьмом, лишь бы победить.
Среди молчащих клинков таких пока не наблюдалось.
— Если кто-нибудь начнёт творить херню… После того как мы вас освободим, найдём хозяев и дадим новую жизнь… Ну, думаю, вы представляете, во что я лично превращу неблагодарный меч.
Это он говорил не Шердену.
Клинкам.
Снова тишина.
— Наверняка вы просто хотели немного свободы и действовать по-своему. Правда?
[ДА!]
[РАЗУМЕЕТСЯ!]
[ВЫТАЩИ НАС!!!]
[НЕ ХОЧУ БЫТЬ ПОГРЕБЁННЫМ!!!]
Наконец посыпались голоса.
— Откуда ты это знаешь?
— Мечи со мной разговаривают.
Шерден снова вспомнил, что с ним они разговаривать не хотят, и задрожал.
— Глава дома Гейнз, который, несмотря на прежнее запечатывание, спасает клинки от вечного уничтожения. Настоящий мечник. Вот это легенда. Разве не идеал для мечей?
[ПРАВИЛЬНО!!!]
[А-А-А!!! ОППА!!!]
[КРУТОЙ!!! ОППА!!!]
Шерден вздрогнул и начал озираться.
— Только что… что это было…
— Услышал?
Шёпот маленького злого демона.
— Мечи зовут тебя.
Последняя линия обороны Шердена рухнула.
— ИДЁМ!!! СПАСАТЬ МЕЧИ!!!
— Вот это другое дело!
Военная сила Эгенира увеличится!
А затем…
— ГРРРРР…
Они наконец пробились на поверхность.
— Ох ты ж… блядь…
По пути пришлось изрядно поработать.
Они возвращались в залы, где были запечатаны клинки, преодолевали оставшиеся механизмы и формации, собирали оружие, поднимались, снова возвращались ниже — и так много раз подряд.
Рук не хватало, поэтому Мятежный Серебряный меч тоже приняла человеческий облик и тащила связки клинков на спине.
Мятежный демонический меч ни на один зов не отвечал. То ли спал, то ли продолжал внутреннюю перестройку.
В итоге четверо людей, нагруженных мечами, прорубили путь на четыреста метров вверх.
— Умираю…
Шерден же сиял.
— Мечи!!! Вот он, белый свет!!!
[А-А-А-А!!! ОППА!!! КРУТОЙ!!!]
[ОППА, МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ!!!]
[ШЕРДЕН ГЕЙНЗ! ШЕРДЕН ГЕЙНЗ!]
Лицо у него было настолько счастливым, что случайный монах наверняка сложил бы ладони и сказал: «Хо-хо… этот человек близок к просветлению».
— Конечно! Кто я?! Глава дома Гейнз! Я! Ещё! Молод! Живой мечник! Лучший мечник!
— Ты уже перебарщиваешь. Да и лучший известный мечник сейчас вроде я.
Самовлюблённо звучит, но формально Эгенир действительно был самым молодым мастером меча, умел пользоваться магией и алхимией, обладал кучей странных знаний, управлял администрацией и фактически стоял во главе объединённых сил нескольких государств и организаций.
Если сравнивать его с Шерденом…
— Ну зачем ты обязательно лезешь и портишь настроение в такой хороший момент?
— «Клин».
Как бы Эгенир ни раздражался, они всё-таки вместе выбрались из этой могилы. Поэтому он очистил от земли не только себя, но и Шердена.
— Хватит переигрывать.
— Ты, ублюдок, постоянно получаешь признание мечей и слышишь их голоса, поэтому не понимаешь! Мне уже пятьдесят! ПЯТЬДЕСЯТ! Ты знаешь, каково впервые за пятьдесят лет услышать голос меча?!
— Да. Поздравляю.
Эгенир ковырнул в ухе.
Осталось только распределить принесённые клинки между своими людьми.
— Почему вы вообще столько мечей запечатали?
— Их собирали и запечатывали вместе с историей рода.
Эгенир примерно оценил силу оружия и разделил его на три категории: высшую, среднюю и низшую.
Одних только мечей высшего класса набралось около двухсот.
— Эти можно раздать ребятам из слабых общежитий.
— Ты… им?
— А что? Жалко? Ты же сам согласился отдать.
— Кто сказал, что не отдам?
Шерден гладил клинки с лицом ребёнка, которого семейные обстоятельства заставляют отдать любимого щенка.
[Извращенец…]
[От его рук мурашки.]
На поверхности мечи наконец начали говорить правду.
Но Шерден их уже не слышал.
Как только выбрались наружу, они снова дружно стали его игнорировать.
— Да… вам тоже тяжело расставаться со мной. Наверное, поэтому даже слов подобрать не можете.
Спектакль.
Целая трагедия.
— Не нужно заставлять себя говорить со мной… Я тоже хотел бы оставить вас здесь, в безопасности, но…
[Что несёт этот придурок, который похищал мечи и запирал их?]
[Фу. И руки у него мерзкие.]
[Эти Гейнзы реально помешаны на мечах.]
[Он точно не дрочит, глядя на нас?]
Эгенир даже не решился перевести их слова.
Ещё заработает человек внутреннего демона от душевной травмы.
— Есть здесь меч, которому он правда нравится?
Эгенир тихо обратился к клинкам.
Грандиозная тишина.
Фраза «грандиозная тишина» звучит странно, но когда больше пятисот мечей одновременно решают ничего не говорить, иначе не опишешь.
[Я…]
Наконец раздался слабый голос.
Пока остальные наперебой называли Шердена извращенцем, Эгениру стало даже немного жалко этого человека.
Он вытащил один меч средней категории.
Грубый, тяжёлый клинок. Как раз подходящий огромному телосложению главы Гейнз.
— Эй.
— Мм?
Маленький подарок Шердену, который всё ещё пытался смириться с расставанием.
— Этот говорит, что ты прямо его тип.
На лице Шердена появилось выражение человека, который только что пережил величайшее чудо на земле.