Владения барона Дэймона оказались именно такими, как и ожидалось.
— Лорд!
— О боже! Лорд вернулся!
Вид десятков хижин, выстроившихся на вырубленной в лесу поляне, и наспех сколоченный деревянный частокол для защиты от незваных гостей не оставляли сомнений: это было не что иное, как бандитское логово.
Конечно, там были поля, расчищенные под посевы, и бродили куры с гусями, но атмосфера мало чем отличалась от того времени, когда это место было обычным притоном разбойников.
— Ха-ха-ха! Ваш лорд выбрался наружу и немного подзаработал~
— Да здравствует лорд!
Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: сельское хозяйство здесь лишь второстепенный источник дохода, а основной — поборы с проезжающих.
Вполне естественно, что горное поселение не могло прокормиться одним лишь земледелием.
— Атмосфера здесь приятная.
— Но это всё ещё просто бандитское логово.
Иэн проворчал это не совсем серьезно, и Беленка криво усмехнулась.
— Разве они не отличаются от обычных разбойников? Они не убивают каждого встречного.
— Даже если вымогают деньги?
— Если рассматривать это как плату за проезд, то не так уж и плохо. В конце концов, это местные жители, и они же присматривают за монстрами в округе. Когда дороги станут безопаснее, купцов прибавится, и доходы вырастут.
— Добродетельный цикл.
Эта эпоха сама по себе была лишена фундамента.
Начав как бандитское убежище, со временем это место могло превратиться в достойный город.
И имя Дэймона тоже могло стать знаменитым.
Как только Иэн и его отряд прибыли в «горный отель» Дэймона, началось захватывающее распределение комнат, исполненное в истинно средневековом духе.
— Все, заходите в любой дом, какой приглянется!
"...?"
Поскольку в этом крошечном владении не могло быть гостиницы, это означало просто вломиться в первый попавшийся дом и заночевать там.
— Спасибо! Лорд!
— Хе-хе. Пошли быстрее!
Для Иэна такой способ распределения жилья был до абсурда нелепым.
Можно было бы назвать это гостевым проживанием, но проблема заключалась в том, что оно было принудительным.
Однако Иэн был единственным, кому это показалось странным.
Средневековые люди, словно это было самым естественным делом на свете, открывали двери чужих домов, где никогда не бывали, и входили внутрь в грязной обуви...!
Вы что, ребята, из вселенной GTA сбежали?
Это было не просто грубо, это было бесстыдно.
И всё же никто в округе не посмел возразить решению лорда.
Они лишь склоняли головы и готовились принять внезапных гостей, как будто это было в порядке вещей.
— Волшебник Иэн! Вы остановитесь в нашем доме!
Барон Дэймон в какой-то момент совершенно естественно обнял Иэна за плечи.
Возможно, привычка приобнимать за плечи перед вымогательством денег была записана в человеческой ДНК.
— Я?
Иэн поначалу заколебался, подозревая, что барон Дэймон что-то замышляет.
Слишком охотно согласиться, а потом разочароваться — это само по себе доставило бы лишних хлопот.
Однако, как и подобает барону, который ничего не смыслил в благородстве, Дэймон тут же помрачнел.
— Нет, это было лишь предложение... Если вам не по душе скромная хижина, я ничего не могу поделать... Но это лучший дом здесь...
Иэн поспешил успокоить барона.
— Я просто хотел узнать, удобно ли вам будет меня принять. Галадин тоже со мной.
— Галадин? А что он делает?
— Э-э... ну, он умный человек?
— По мне, так он довольно туповат.
Проницательность барона Дэймона была пугающе острой.
Подобно тому, как знания отличаются от мудрости, наличие знаний не обязательно означает, что человек мудр.
Барон Дэймон считал, что Галадину чего-то не хватает, и в какой-то степени он был прав.
— Если барон приглашает, то я с радостью приму приглашение.
— Ха-ха-ха! Тогда оставайтесь у нас!
Слушая это, можно было подумать, что сосед предлагает вам остаться на ночлег.
— Познакомьтесь и с нашей волшебницей!
Её звали Кира?
Иэн на мгновение встретился взглядом с Кирой.
Кира держалась как типичная раздражительная и истеричная волшебница.
Она была совершенно равнодушна к Иэну, словно даже не признавала его существования.
Если бы у Иэна не было опыта общения с магами, он мог бы обидеться, но, уже встречав подобных, он не принял её безразличие близко к сердцу.
Волшебники просто такие странные.
Эредит по меркам Иэна считалась нормальной, но на самом деле, по средневековым меркам, она была немного странной.
Она была равнодушна к мирским делам, обладая при этом мощной магией.
Волшебница Мани тоже была эксцентричной личностью.
Само приготовление супа с чесноком в качестве шутки было далеко от нормального мышления.
Хорошо, что Иэн был корейцем, иначе это было бы похоже на подачу риса в супе с мятным шоколадом в качестве гостеприимства.
А еще был профессор Инглан.
Пойманный на расхищении гробниц.
Ха. Иэн покачал головой.
Если посмотреть с этой стороны, состав волшебников был легендарным.
Действительно... Единственным нормальным волшебником могу быть только я, [Иэн Эредит Рэйвен]...!
Единственный здравомыслящий волшебник, несомненно. Ч.Т.Д. (Что и требовалось доказать)[1].
Иэн удовлетворенно кивнул, довольно улыбаясь.
Бросив взгляд на Иэна, который хихикал про себя, Кира проворчала.
Все волшебники — кучка чудаков.
Этот парень, похоже, тоже не в своем уме???
Осмотрев то, что могло быть либо гостевым домом, либо просто жильем, Иэн вышел, чтобы осмотреть владения.
Там он наткнулся на Беленку, которая слонялась неподалеку.
— Я слышала, Иэн. Ты в итоге остановился в доме барона?
— Так вышло.
— Хм. Понятно.
"..."
Что она теперь задумала?
Иэн пристально посмотрел на Беленку.
Основываясь на своем опыте, он знал: когда кто-то так тянет слова, обычно у них есть что-то конкретное на уме.
— Я осмотрела дома. Учитывая, что это маленькое владение, место для ночлега не самое лучшее.
Иэн согласно кивнул.
Сочетание горной местности, маленькой деревни и средневекового образа жизни создавало идеальный шторм нищеты, даже по средневековым меркам, демонстрируя ужасающие условия жизни.
Во-первых, жизнь в горах означала, что хищники и плотоядные животные свободно разгуливают вокруг, из-за чего невозможно было позволить скоту пастись без присмотра.
Это была не такая уж густонаселенная деревня, чтобы позволить себе отдельную охрану.
Прежде всего, по ночам становилось холодно, что ускоряло расход дров.
Жители этого горного владения придумали гениальный способ решения этих проблем...
[А что, если завести скот внутрь? Проблема решена, верно?]
Это был гениальный ход.
Но в то же время — дьявольская идея.
Это защищало скот от хищников и позволяло использовать тепло их тел для обогрева, но...
Приходилось спать под одной крышей с животными!
Терпеть запах! Шум!
Даже средневековые люди не любили есть и спать под одной крышей со скотом.
Естественно, они хотели разделить жилые помещения.
Но здесь у них не было даже средств для этого...
Глушь среди глуши, самое дно сельской жизни.
Большинство домов здесь были устроены так, чтобы есть и спать вместе с животными.
Только в трех домах были отдельные хлева, это были «нормальные» сельские дома.
И один из этих трех был домом барона Дэймона.
Иэн понял, на что намекает Беленка.
Она хотела сменить жилье.
— Почему? Недовольна своим ночлегом?
— Не мне жаловаться, но это доставляет неудобства.
Кхм. Беленка прочистила горло.
— Иэн. Взывая к дружбе, которую мы разделяли до сих пор, не мог бы ты оказать мне любезность и поменяться со мной местами...
— Нет. Я не планирую меняться. Возвращайся.
— Тск.
Беленка, получив немедленный отказ, уверенно заявила:
— В таком случае, согласно нашему контракту, я потребую от своего нанимателя законных привилегий рыцаря.
Вспомнила о контракте вместо дружбы.
— Поменяйся со мной жильем.
Иэн просто пожал плечами.
Это была законная просьба.
Беленка сражалась за Иэна и взамен получила гарантии различных прав. Это был типичный рыцарский контракт.
Будучи искусным рыцарем, она редко нуждалась в использовании этого права, потому что все хорошо о ней заботились.
Однако нынешняя ситуация была немного сложной.
Хорошие условия были распределены между священником, Галадином и Иэном...
Будучи прежде всего рыцарем, а также женщиной, Беленка чувствовала себя немного неловко, настаивая на своем.
Но и оставаться в обычных домах Беленка тоже не хотела.
— Это неожиданно.
— Что теперь?
— Я бы подумал, что Беленка из тех, кто с радостью зарывается в овечью шерсть и крепко спит...
— Что ты вообще обо мне думаешь?
Беленка посмотрела на Иэна с недоверием.
Каждый раз, когда Иэн говорил нечто подобное, это ранило её нежное сердце, словно она была чувствительной старшеклассницей.
Какая (рыцарская) старшеклассница захотела бы спать в хлеву/помещении, которое пахнет навозом?
Ну, это не то, что скажешь старшекласснице, способной разрубить человека пополам двуручным мечом.
— Тебе стоит попробовать поспать, зарывшись в овечью шерсть. Ты хоть знаешь, как сильно они воняют?
— Э-э. Я видел это в детстве. В наших владениях был человек, который разводил овец.
"..."
Точно. Этот парень. Он же сын фермера...!
Беленка иногда забывала об этом, потому что Иэн обычно держался так опрятно.
— В любом случае. Я официально прошу как мой наниматель, Иэн, подготовить для меня мягкую постель и чистую пижаму. Это всё.
— Ну. Я поговорю с бароном. Если дела пойдут не очень...
— Тогда я буду спать в твоей комнате.
"?!"
— Что. Почему?
Беленка сказала это с невозмутимым (слегка обиженным) выражением лица.
— Если тебе не нравится, скажи сейчас.
— Нет, дело не в том, что мне не нравится, но...
Иэн был озадачен.
Он задавался вопросом: действительно ли это нормально?
Обеспечение жильем и питанием рыцаря было естественной обязанностью лорда.
Хотя это было временно, Иэн, который присягнул на верность Беленке, должен был решить её жилищный вопрос.
'Может, нам просто поспать вместе?'
Самым беспроблемным решением было просто поселить Беленку в спальне Иэна.
Барон выделил Иэну хорошую комнату, и там было достаточно места, чтобы оба могли комфортно разместиться.
Единственная проблема...
Иэн, выходец из восточной страны, известной своим этикетом и принципом «мужчинам и женщинам не сидеть вместе после семи лет», находил идею сожительства с женщиной несколько... сложной.
На самом деле, даже по средневековым меркам это считалось несколько... сложным.
Хотя никто не стал бы говорить об этом открыто, за спиной поползли бы шепотки, намекающие на что-то... сложное между Иэном и Беленкой.
Дело не в том, что слухи запятнали бы репутацию Иэна или Беленки...
Но от мысли о лице Люси он почувствовал себя немного виноватым.
Слухи непредсказуемы, и к тому времени, как они достигли бы ушей Люси, они могли превратиться в: «О боже, я слышала, у них есть ребенок~».
Было просто проще договориться о раздельном размещении.
Поэтому Иэн отправился искать комнату волшебницы Киры, надеясь спросить, есть ли способ разместить Беленку.
Как волшебница, пользующаяся доверием барона, она занимала самую большую комнату в доме барона.
— Кира, ты здесь?
На него снизошло озарение.
Подождите, дом барона?
Он остановился у барона и собирался попросить разделить комнату?!
Хотя барон Дэймон был заметно беден, даже с учетом этого, дом средневекового дворянина был действительно убогим по современным меркам.
Хотя Талиан-холл был великолепным особняком.
— Минуточку!
Изнутри донеслись глухие звуки.
Иэн кивнул.
А, она убирает свою комнату, потому что у неё гость.
Классическое женское поведение (комната — свинарник).
Имея сестру, Иэн знал это слишком хорошо.
Крайне редко женщины живут в чистоте. Они просто овладели искусством скрывать свой беспорядок...!
Поэтому Иэн терпеливо ждал, пока Кира закончит уборку(?) своей комнаты.
Чуть позже.
— Хм. Хм-хм.
Кира встретила Иэна, скрестив руки на груди.
— Что случилось так внезапно? Волшебник? Я думала, мы не пересечемся во время твоего пребывания во владениях.
"...?"
— Почему ты стоишь там как идиот? Ты позвал меня сюда, чтобы что-то сказать, или я могу идти?
Увидев, что Кира с самого начала перешла на неформальный тон, Иэн забыл всё, что собирался сказать.
Он был шокирован.
Даже Люси использовала формальную речь, когда они впервые встретились!
А тут она, не какой-то старый волшебник, а, похоже, одного с ним возраста, просто извергает неформальную речь?
Привыкнув к средневековой фэнтезийной жизни волшебника, Иэн слил свой косплей и повседневную жизнь воедино.
Его повседневная жизнь была похожа на метод актерской игры.
И аспект «волшебства», над которым Иэн работал больше всего, заключался в «эксцентричности».
Сам того не осознавая, Иэн воплотил «эксцентричность волшебника», которую так обожали средневековые люди, почти как пассивный навык.
Перед Иэном предстала волшебница, которая была совершенно невежлива.
Волшебник Иэн не собирался это терпеть.
Иэн стер все вежливые замечания, которые подготовил-
И начал действовать в привычной манере волшебника.
— Но Кира, ты меня знаешь?
— ... А?
— Мы ведь разговариваем впервые, разве нет? Когда мы успели встретиться, чтобы ты была такой грубой-
Ахаха. Значит, мы уже друзья! Я даже не знал, что у меня есть такой грубый друг! Типично для волшебника, верно! Ха-ха-ха!
— Э-э, ну...
— Почему ты вдруг заговорила так официально? Мы ведь друзья, не так ли? Эй, я терплю твою грубость, потому что мы друзья, иначе тебя бы уже закололи~
"..."
— Но Кира, у меня есть одна просьба. Раз уж мы друзья, ты ведь можешь её выполнить, правда?
Кира почувствовала, как по спине пробежал холодок, когда Иэн обрушил на неё шквал бессвязных слов.
Посмотрите на эти глаза, полные безумия...
Этот парень, он не в своем уме!
'Какой странный волшебник!'
Все волшебники такие?
Я никогда не встречала настоящего волшебника, так что не знаю!
[1. raei: В математических или логических доказательствах «Ч.Т.Д.» традиционно пишется в конце демонстрации, чтобы обозначить, что то, что требовалось доказать, было успешно продемонстрировано. По сути, это способ сказать: «Я доказал то, что собирался доказать». ]