В замке Девоси каждый день стоял шум.
Казалось, после того как барон пришел в себя, стало только громче.
По какой-то причине священники и монахи перекрикивали друг друга, и никто не хотел уступать.
Их споры почти всегда вращались вокруг ценности [Евангелия от Марка].
— Разве духовенству подобает так ссориться?
Озадаченный Иэн задал вопрос священнику из Талиана.
Священник из Талиана неловко улыбнулся и ответил: — Это теологический диспут, так что... ничего не поделаешь.
В принципе, монахам не положено спорить со священниками, поскольку последние обладают большим авторитетом в словах, будучи признанными 13 Святыми за совершение таинств.
Монахи же просто чрезмерно увлечены Верой Небес.
Если священники — это профессиональное духовенство, то монахов можно считать фанатами-любителями Веры Небес.
В этом и заключается разница между профессионалом и любителем.
Однако это не значит, что священники всегда могут просто подавить монахов.
Хотя монахи не уполномочены совершать таинства, они также проводят жизнь в практике и следовании небесным учениям.
Обе стороны сильны, поэтому споры неизбежны.
— Священник — это наставник, а монах — практик. Нелегко однозначно сказать, кто прав, а кто виноват.
В некотором смысле священники подобны отцам, чья задача — учить и вести за собой паству.
Напротив, монахи подобны старшим сыновьям, которые учатся и растут самостоятельно, живя так, чтобы воплощать учения в жизнь.
Представьте, что однажды старший сын приносит ранобэ под названием [Неужели Святой Марк слишком силен?] и начинает раздавать его детям.
Если отец кричит: — Почему тебе нравится такая плохая книга?
А старший сын парирует: — Что ты понимаешь, папа! Ты просто старый ворчун! — Нет, это уже слишком драматично.
В любом случае, ситуация неизбежна.
Как бы священники ни ненавидели [Евангелие от Марка], они не могут полностью игнорировать волю монахов.
«Я так и знал. Если останусь здесь подольше, то сойду с ума».
Иэн быстро решил, что пора рвать когти.
Теперь, когда делать было больше нечего, оставалось только покинуть замок.
Внезапно Такарион поднял большой шум, из-за чего уйти стало неловко, но сейчас казался подходящий момент, чтобы улизнуть.
— Кира, ты не знаешь, где Беленка?
— Да, она ела.
— Снова? Она же только что ела.
После того как оборотень Льюис перебил всех лютоволков, рыцари в одночасье остались без работы.
Все они в итоге стали охранниками замка.
Каждый день только и делали, что играли да ели...
Поскольку битва только что закончилась, рыцари не тренировались.
Бездельничающие рыцари демонстрировали свой аппетит на ежедневных пирах.
Беленка попалась в эту ловушку и застряла в пищевом аду.
— Впрочем, эти рыцари...
Иэн цокнул языком, думая о глупых рыцарях.
Он задавался вопросом, что общего у обжорства с хорошим умением сражаться.
Но поскольку рыцари верят, что быть презираемым — это катастрофа, они готовы поставить на кон жизнь ради таких пустяков, как «много есть».
— Пойдем. Заберем Беленку и отправимся к барону.
— А, хорошо. Но, возможно, нам придется подождать, пока закончится банкет...
— Неважно. Просто вытащи ее оттуда, как-нибудь.
Иэн направился в обеденный зал замка.
В зале было шумно из-за собравшихся рыцарей.
— Беленка, ты много съела?
— ...Иэн?
Как только Иэн прибыл в обеденный зал, он заметил Беленку.
Ее глаза были полузакрыты, пока она поглощала гору мяса.
Почему-то, глядя, как она набивает себя мясом, он не почувствовал ни малейшей зависти.
— О! Лорд Иэн! Вы пришли навестить нас!
— Давай! Садись! Эй! Принесите бокал!
Рыцари быстро освободили место для Иэна, тепло приветствуя его.
— И леди Кире место...
— Я в порядке. Я слежу за фигурой.
Когда Кира слегка улыбнулась, рыцарь отступил с глуповатым выражением лица.
Затем, повернувшись обратно с невозмутимым лицом, Кира в очередной раз доказала, что является мастером актерской игры.
— Слежу за фигурой...
Выражение лица Беленки стало мрачнее.
Она была благословлена телом, которое нелегко набирало вес, но даже у этого есть пределы; ежедневное переедание неизбежно ведет к полноте.
И все же категорический отказ от участия в пирах был проблематичен из-за важности поддержания отношений среди рыцарей...
И тут это случилось.
— А-а-аргх!
Услышав неожиданный крик, Беленка повернула голову.
В общем обеденном зале был только один человек, способный устроить такую сцену.
— Вы, сумасшедшие ублюдки! Вы что, решили меня отравить? Ларабель! Это Ларабель вас подговорила!
— Нет, с чего ты это взял? Вдруг?
— Вы, ребята, правда это едите?! Вы называете это мясом!
Это был не кто иной, как Иэн Эредит Рэйвен.
Иэн, который взял мясо руками, вскоре содрогнулся, испытав адские муки.
Ах! Эта вонь! Эта текстура!
Что, черт возьми, едят эти ублюдки!!!
— Аха-ха! Это были свиные яички. Полезно для мужской силы!
— Фу!
Не все мясо одинаково.
Мясо, которым рыцари объедались на пиру, было субпродуктами, свежими с бойни.
После многодневного марафона пиров все хорошие куски закончились!
Поэтому они экономно жарили и ели даже менее привлекательные части...
Иэн как раз присоединился к ним в этот момент.
— Быстрее, выпей алкоголя. Это убьет вонь.
Иэн в неистовстве приложился к пиву.
Затем, после отрыжки...
Запах свиной мочи поднялся у него к горлу.
Иэн почувствовал, что сейчас упадет в обморок.
— Вонь исчезает? Что исчезает!
— Исчезнет. Еще после десяти кружек...
А. Он имел в виду, что исчезнет сознание.
Причина запаха? Мозг, который получает обонятельные сигналы.
Если отключить мозг, то и вонь исчезнет!
«Глупые рыцари...! »
Не в силах больше терпеть, Иэн прибег к своему секретному оружию.
Порошок чили.
Острота обладает магическим свойством делать даже самое плохое мясо довольно вкусным.
Это факт, доказанный [Евангелием от Свиной Грудинки].
Иэн запихнул в рот горсть свиной шкурки, покрытой чили.
Наконец-то облегчение. Комфорт.
Мирная улыбка заиграла на губах Иэна.
Да. Вот какой должна быть еда.
— Что ты только что съел?
Рыцари, заинтригованные странной реакцией Иэна, подошли к нему.
— Это порошок чили, он острый. От него можно даже заплакать.
Это не шутка.
Наивные северяне могут заплакать, как девчонки, если съедят перца.
— Ха-ха-ха! Это слишком смешная шутка! Как может храбрый рыцарь плакать из-за еды...
Рыцарь зачерпнул горсть порошка чили, посыпал им мясо и запихнул в рот.
Иэн даже не успел его остановить.
— Нет, ты насыпал слишком много...
— А-а-аргх!
— ...Даже я не могу есть это в таком количестве.
Рыцарь рыдал навзрыд.
Он плакал, как девчонка.
— Воды... дайте воды, пожалуйста...!
Гул.
Рыцари, пировавшие в зале, окружили Иэна.
Они подошли, гадая, из-за чего поднялся шум, и... о боже.
Это был полный хаос.
Рыцарь, рыдающий навзрыд, и Иэн, смотрящий на него с сочувствием.
— В чем дело! Что происходит!
— Покажите, что вы увидели!
Пока их товарищ умирал, на лицах рыцарей расцветал смех.
В эти лишенные стимулов средневековые времена даже такие события были дофаминовыми вечеринками.
Ха-ха-ха! Посмотрите туда! Рыцарь плачет из-за еды?!
Супер весело.
Вот что такое фестиваль, что такое банкет.
— Он заплакал после того, как съел это?
— Не может быть! Этого не может быть!
— Дайте мне попробовать... А-а-аргх!
— Как это может быть так... А-а-аргх!
Рыцари один за другим ели порошок чили Иэна, кричали и катались по полу.
После того как они вдоволь посмеялись друг над другом, пришла их очередь плакать и выть.
— Помогите мне...
— Воды, пожалуйста...
Иэн наблюдал за хаосом, разворачивающимся в банкетном зале, и усмехнулся.
Он не планировал этого, но банкет был фактически окончен.
— Беленка. Давай потихоньку уходить.
Беленка шмыгнула носом.
Что это? Она тоже съела порошок чили?
— Не нужно тратить драгоценные магические ингредиенты ради меня...
Беленка быстро поняла, почему Иэн превратил банкет в хаос.
Точно... чтобы спасти Беленку из пищевого ада! (нет).
— Я снова у тебя в долгу.
И все это из-за щепотки порошка чили.
Хотя было жаль тратить порошок чили, в конце концов, это была всего лишь еда.
Увидев забавное зрелище, он был вполне доволен.
— Ладно, допустим, так оно и есть, и пойдем к барону.
Барон Девоси, поднявшийся с постели больного, чувствовал себя превосходно — прекрасно ел и жил в своё удовольствие.
Замок погрузился в хаос исключительно из-за того, что барон был прикован к постели.
Теперь, когда барон был здоров, причин для такого хаоса не было.
Леди Серена и леди Кэтрин помирились и довольно неплохо ладили.
Впрочем, под суровым взглядом барона у них действительно не оставалось другого выбора, кроме как помириться.
— Добро пожаловать, лорд Иэн.
Барон Девоси не мог не улыбнуться, когда видел Иэна.
Не довольствуясь тем, что прогнал мага, который погрузил замок в хаос, Иэн также спас жизнь барону.
Человеческая жадность не знает границ; барон даже начал фантазировать о том, как было бы здорово, если бы Иэн женился на его дочери и обосновался в замке.
Ах! Я хочу зятя-мага!
— Рад видеть, что вы поправляетесь.
— Ха-ха! Это все благодаря вашей заботе.
Иэн в последний раз проверял здоровье барона, на случай, если возникнут какие-либо непредвиденные осложнения.
Однако после наблюдения за ним в течение недели проблем не обнаружилось.
— Хорошо видеть вас здоровым. Итак, я подумывал отправиться в путь...
— Ух, внезапно мой желудок...
— Не несите чушь, ваше превосходительство.
Замечание Иэна заставило барона усмехнуться.
Быть откровенно грубым с дворянством было одной из привилегий мага.
— Итак, вы наконец уезжаете. После того, как воспламенили сердце моей дочери.
— Я?
Иэн, вспомнив дочь леди Серены, Манет, склонил голову набок.
Пока он жил в замке, Манет ходила за ним по пятам.
Но, кроме того, что она ходила за ним, она больше ничего не делала.
— Она часто говорит, как впечатляет ваша магия.
— Хм. Думаю, я действительно впечатляю.
Кира слегка кивнула, ее мочки ушей покраснели, а Беленка посмотрела на Иэна с недоверчивым выражением лица.
— Ха-ха! Вы действительно забавный! Итак, как насчет того, чтобы стать магом нашего замка...
— Я вынужден отказаться.
— Дослушайте до конца, прежде чем отвечать! Если вы останетесь, я отдам вам руку моей дочери...
— Я рад, что отказался заранее.
— Вы действительно не интересуетесь Манет. Она такая красивая девушка.
Барон перестал шутить. По тому, насколько Иэн был непоколебим, было ясно, насколько он решителен.
— Я поговорил с Галадином. Я отложил для вас немного денег на дорогу, заберите их, когда будете уезжать.
— Спасибо, барон.
Леди Серена и леди Кэтрин также присоединились к разговору.
— Мы каждая добавили немного от себя.
— Я буду молиться, чтобы вас ждало только хорошее.
Иэн попрощался с ними с легким сердцем.
— Ну что ж, я пойду...
Как только Иэн собирался покинуть комнату барона, он заколебался, заметив странный предмет.
На столе лежало что-то, чего он раньше не видел, но это странным образом притягивало его.
— Барон, что это?
Барон естественно взял его и протянул Иэну.
— Это реликвия, которую принес Такарион.
— Реликвия?
Реликвия. Буквально, священный объект.
Однако то, что он священный, не обязательно означало, что он обладает какой-либо магической силой.
Все, что было связано со святым, называлось реликвией.
Ложка, которой пользовался святой? Реликвия.
Одежда, которую носил святой? Реликвия.
Волос святого? Реликвия.
Конечно, использование ложки, которой пользовался святой, не дало бы силы изгонять демонов. Ложка — это просто ложка.
Большинство реликвий были просто антиквариатом.
Но иногда, очень редко, объект, действительно пропитанный тайнами небес, называли реликвией.
С легким любопытством Иэн осмотрел реликвию.
— Похоже на страусиное яйцо.
— Какое яйцо?
— О, яйцо монстра.
«Реликвия», которую принес Такарион, была белой, круглой и легкой.
Слишком легкая для яйца монстра, она больше походила на полый камень.
— Будьте осторожны. Если оно упадет и разобьется, даже я не смогу найти вам оправдание.
— Я буду настолько осторожен, насколько смогу.
Иэн ответил безразлично, осматривая реликвию.
Он не был дураком.
Зачем ему неосторожно обращаться с таким дорогим на вид предметом и рисковать его разбить?
«Мне кажется... в нем что-то есть...»
Иэн осмотрел реликвию со всех сторон. Интуиция, отточенная изучением тайн, подсказывала ему, что в этом простом белом камне скрывается нечто большее.
И тут это случилось.
[...освободи меня.]
"???"
[...пожалуйста, отправь меня обратно.]
Это было не воображение.
Иэн услышал голос.
Хрусть!
— Нет, лорд Иэн!
— Реликвия Такариона!
— ...А?
Трещины распространились по поверхности «реликвии».
Внезапно птичья голова просунулась сквозь трещины и выскочила наружу.
— Пип?
"..."
"..."
И барон с женой, и группа Иэна на мгновение лишились дара речи.
— Скуок, скуок!
Птичья голова начала кричать.
— Лорд Иэн! Что вы наделали!
— Нет, барон, вы сами видели! Я ничего не делал!
Комната погрузилась в замешательство.
Не только группа Иэна была в замешательстве.
— Маг Иэн уничтожил реликвию!
— Нет, это не так! Он высидел реликвию!
— Маг Иэн высидел реликвию!
Духовенство также пришло в смятение.
— Это чудо?
— Чудо вылупления?
— Может быть! Неужели маг Иэн все это время был святым?
Услышав слухи, Такарион выскочил из своей комнаты.
«Святой? Неужели святой?»
Не он, Такарион, с золотыми руками, а какой-то маг становится святым???
«Невозможно!»
Такарион немедленно побежал по коридору, его живот трясся.