Люциус, выходец из бывшей Золотой империи, ныне Священной Империи, был вампиром.
Ему повезло родиться в семье дворянина, и он получил образование, чтобы пойти по стопам отца и стать имперским администратором.
Точнее говоря, он начал, но не закончил.
— Черт возьми! Сыт я этим по горло! Люциус, смотри мне, никогда не становись им!
Имперский администратор, если выражаться терминами Чосона[1], был кем-то вроде местного губернатора.
Это была почётная должность, даруемая по воле Императора; нужно было хорошо управлять регионом, чтобы доказать свои способности и, возможно, стать высокопоставленным чиновником — короче говоря, это был путь к официальной карьере.
Каждый дворянин хотел стать высокопоставленным чиновником Империи. Отец Люциуса не был исключением.
Но отец Люциуса забросил эту почетную должность и сбежал от нее.
Как ни смешно, все дело было в деньгах.
Должность имперского администратора была бездонной ямой для денег.
Многим дворянам приходилось покрывать расходы на содержание города из собственного кармана... налогоплательщиков вокруг было мало, только рабы да дворяне.
После уплаты налогов Императору денег не оставалось, и администраторы были вынуждены покрывать дефицит из своих средств.
Как страна могла нормально функционировать, если частные лица должны были нести бремя городских бюджетов?
Здравомыслящие дворяне один за другим уходили в отставку, запирались в своих поместьях и вели праздную жизнь, развлекаясь с рабами, как и другие аристократы.
Отец Люциуса поступил так же.
Он хотел работать на благо Империи, но реальность была полным бардаком.
— Больше я не могу! Люциус! Живи как хочешь!
— Да, отец!
Вслед за своим богатым, праздным отцом Люциус тоже начал жизнь, ежедневно проматывая деньги.
Он предавался пьянству и женщинам, коллекционировал экзотические предметы из других стран и даже призывал магов, чтобы изучить их тайны.
Он завел дурных друзей, убивал слуг в подобии Колизея и даже стрелял в людей из лука ради забавы.
Люциус был смутьяном, но не выдающимся.
Большинство дворян Золотой империи были на его уровне.
Страна была обречена на гибель из-за этого.
Проводя каждый день в погоне за удовольствиями, Люциус услышал о мрачном будущем от мага, с которым иногда общался.
— Что?! Мир подходит к концу?
Если Империя падет, мир закончится.
Тогда всех ждал окончательный суд.
Люциус побледнел.
— Глядя на грехи, что я совершил... мне точно не попасть на Небеса!
Маг прошептал.
Словно голос дьявола.
— Как насчет того, чтобы стать вампиром?
— Вампиром?
— Если вы дадите мне небольшое вознаграждение, я могу превратить вас в вампира, лорд Люциус.
Стать вампиром означало выжить даже после разрушения мира, избежав оков смертности.
— Разве не лучше жить в бегах от Бога, чем вечно страдать в аду?
— Хорошо! Преврати меня в вампира!
Люциус, боясь ада, оскорбил Бога и стал вампиром.
Освободившись от оков смертности, он решил спрятаться глубоко под землей, пока не закончится весь суд, а затем проснуться, когда мир будет разрушен.
И так он погрузился в долгий сон...
— А?
Спустя столетия Люциус проснулся в замешательстве.
Почему солнце все еще светит?
Разве мир не должен был быть разрушен???
В панике Люциус начал расследование и вскоре наткнулся на шокирующую информацию.
Империя действительно пала, но эти проклятые жрецы воскресили разрушенную Империю, словно с помощью какой-то магии вуду.
Теперь она называлась Священной Империей.
— Эти чертовы жрецы!
Во времена Золотой империи жрецы были такими же коррумпированными, как и дворяне.
Те, кто боялся суда, должно быть, отчаянно создали новую Империю.
Люциус, думавший, что суд закончился, впал в отчаяние при виде все еще ярко сияющего солнца.
— Мне конец!
Теперь, без остатка жизненной силы, ему нужно было пить кровь.
Как долго ему придется прятаться от солнца? 100 лет? 200 лет? 1000 лет?
Люциус глубоко отчаялся...
И это отчаяние стерло то немногое, что осталось от его человеческого сердца.
— Ах, посмотрим, кто победит.
Будь то 10 000 лет или миллион, он будет пожирать людей, как только они появятся, и избегать суда.
Он стал идеальным монстром.
— [Тьма, будь моим союзником.]
Люциус, теперь вампир, мог повелевать тьмой, словно она была частью его самого.
Он изучил язык Марониуса и, подобно тьме, стал существом, которое ненавидит солнце.
Он использовал магию, чтобы охотиться на людей.
Милосердие? Ничего подобного.
— Эти люди все равно попадут на Небеса, когда умрут, верно? Пусть их драгоценный Бог позаботится о них.
В течение нескольких дней Люциус безжалостно пожирал людей.
Он не думал о последствиях. Его единственной целью было поедание людей, наполнение себя жизненной силой.
Становление вампиром сделало магию Люциуса невероятно мощной.
Он был магом, сведущим в Темной магии, Магии льда и Призыве.
Проклятое тело вампира в сочетании с мощной магией сделало его грозным противником, с которым простые сельские жители не могли справиться.
Голодный вампир мог легко пожрать целую деревню.
Но то ли по совпадению, то ли как часть странных планов пространственно-временных магов...
В домене барона Дэймона оказался маг Иэн.
Он был читером из другого мира, который промышлял мошенничеством с помощью Окна статуса.
Тот факт, что мошенница Кира была поймана Люциусом, не был совпадением.
Люциус — выдающийся темный маг.
Он мог видеть сквозь тьму и даже чувствовать объекты, движущиеся в невидимых местах, настолько он был чувствителен к тьме.
— Сегодняшний завтрак — эта девчонка.
Люциус облизнулся, глядя на Киру.
Женщина, идущая одна посреди ночи? Она словно умоляла, чтобы ее съели.
Он без колебаний бросился на Киру.
— А-а-а!
Испугавшись, Кира пронзительно закричала и упала на задницу.
— О?
Это тривиальное действие спасло Кире жизнь...
Женственный голос Киры возбудил похотливое сердце Люциуса.
Вампиры импотентны. Их тела прокляты таким образом.
Они не могут чувствовать радость от еды, сна или даже от объятий женщины.
Только удовольствие от кровососания.
Они наслаждаются лишь ощущением жизненной силы, напитанной солнечным светом, наполняющей их разлагающиеся тела.
Однако, глядя на Киру, сидящую с неловко расставленными ногами, Люциус почувствовал отвращение.
Отвращение ментальное, а не физическое.
Люциус был распутником, с юности жаждавшим многих женщин. Он был гордым человеком Империи — с пристрастием к похоти.
Несмотря на то, что становление вампиром искоренило физические удовольствия, чувство завоевания и наслаждение, которое он испытывал от насилия над женщинами, глубоко врезались в его память.
Да, для Люциуса изнасилование было... [игрой ностальгии].
Не то чтобы очень весело, но что-то, что иногда привлекало его, потому что вызывало воспоминания о прошлом.
— Она довольно симпатичная.
Люциус искоса посмотрел на рыжие волосы Киры.
Для деревенщины она выглядела довольно неплохо.
Честно говоря, даже когда он был человеком, он не спал с женщинами такой внешности.
Она могла бы соперничать с лучшими проститутками, но Люциус, запершись в своем поместье, почти никогда не прикасался к женщинам из больших городов.
На вид она казалась девушкой, сбегающей из деревни, чтобы спастись от вампира.
Какой смысл убегать, совсем одной?
Люциус медленно протянул руку к Кире.
И тут это случилось.
— Назад, монстр!
Закричала Кира, вытаскивая палку из-за пояса.
Когда она быстро чиркнула палкой, искры посыпались, словно из фонтана!
— А-а-а!
Внезапно увидев перед собой пламя, Люциус запаниковал и отшатнулся.
Что это? Магия огня! Это магия огня?
Он на мгновение испугался, но вскоре понял, что не чувствует от нее никакой мистерии.
Эта палка, производящая пламя, была... просто мусором.
— Ха, ха-ха-ха!
Лицо Люциуса покраснело.
Смущенный, он не забыл весело рассмеяться, как будто ничего не произошло.
Если бы Иэн это видел, он бы точно высмеял его за то, что тот полный ботаник.
— Думал, ты провернешь какой-то трюк... Значит, жители Империи сделали довольно интересную игрушку?
Конечно, фейерверк Киры не подействовал на вампира.
Это напугало его, но не более того.
— Отец...!
Кира подумала, что все кончено.
Поэтому она просто села на землю.
Однако,
Это самое действие спасло Киру еще раз.
Вжух!
Стрела пролетела прямо над головой Киры.
— Аргх!
Стрела пронзила предплечье Люциуса.
Из рваной раны сочилась черная кровь, источая зловонный, гнилой запах.
— Кира!
— ...Иэн?!
Кира не могла поверить своим ушам.
Этот голос... Это был голос того чокнутого мага!
Кира обернулась.
Там были наемники с факелами и женщина-рыцарь в черных доспехах.
И там был маг Иэн.
Переполненная эмоциями,
Кира закричала, наполовину играя, наполовину искренне.
— Ты опоздал, идиот!
— Даже когда я прихожу, ты жалуешься!
Иэн, Беленка и наемники появились, прорезая тьму.
Они последовали прямо за Кирой, как только она исчезла.
К счастью, они не опоздали.
— Если ты нашла вампира! Ты должна была сказать нам, а не гнаться за ним!
— ...Э-это был мой выбор!
Иэн покачал головой.
Боже, маги всегда такие упрямые.
Пока Люциус шатался, Беленка с невероятной скоростью бросилась на него, размахивая мечом.
Иэн ожидал, что Беленка легко усмирит вампира.
В конце концов, ее боевые навыки были первоклассными, судя по тому, что он видел до сих пор.
Однако, вопреки ожиданиям, Беленка с трудом справлялась с вампиром.
Фехтование Беленки было острым, но физические способности вампира были равны или даже превосходили навыки владения мечом Беленки.
— Мне нужно как-то помочь...
И тут Иэн увидел возможность.
Вампир, возбужденный битвой с Беленкой, выпалил странное проклятие.
— Вы, проклятые верующие! Так жаждете встретиться со своим Богом, да!
Проклятые верующие...
Иэн ухмыльнулся, услышав проклятие вампира.
Проклятие отражает комплексы человека.
Люди проклинают то, что их «расстраивает», именно из-за этого.
Иэн легко сделал вывод из фразы «Так жаждете встретиться со своим Богом, да!», что этот вампир сильно боится своего неизбежного суда.
Иэн немедленно начал вести себя как маг.
То есть он начал насмехаться.
— Что это? Трудно расслышать слова неудачника, боящегося Бога~
— Ты, ты, ты... прямо сейчас...!
— Давай, пей кровь сотни и тысячи дней~ Но какой в этом толк? Когда умрешь, прямиком в ад, верно? Забронирован полный курс средневековых пыток до самого последнего суда, верно?
— Ты... ублюдок!
Услышав насмешки Иэна, Люциус на месте закашлялся кровью.
Это было не просто фигуральное выражение; его буквально вырвало кровью.
У вампиров есть привычка выплевывать гнилую кровь, когда они возбуждены.
Люциус был искренне задет насмешками Иэна.
Он уже жалел, что стал вампиром...!
— Черт, если бы я знал, что мир не кончится, я бы умер достойно, ублюдок!
Люциус закричал голосом, полным искренней агонии.
— Я убью тебя!
Глаза Люциуса закатились.
Это означало, что он больше ничего не видел.
Несмотря на то, что Беленка преграждала ему путь, он проигнорировал ее и бросился на Иэна.
Беленка не упустила бы такой возможности.
Она взмахнула своим длинным мечом и отсекла руку Люциуса.
С глухим стуком рука была чисто отсечена.
Но Люциус, чей мозг был пропитан безумием и яростью, не остановился.
На этот раз Иэн был ошеломлен.
— Эй! Вампир! Твоя рука...!
— Заткнись! У меня никогда не было руки!
— Какого черта ты несешь! Ты сумасшедший!
Беленка, по-видимому, не ожидавшая, что он бросится даже без руки, тоже закричала от удивления.
— Иэн! Будь осторожен!
Кира была так же напугана.
— Что мне делать!
Беленка была слишком далеко, а наемники только начали бежать к Иэну.
— Я должна что-то сделать...!
Кира хотела как-то помочь Иэну...
Но она не знала, что делать.
Поэтому Кира применила свою единственную специальность и единственный навык.
Шоу фейерверков.
Особой цели не было.
Это было скорее решение, принятое из соображений, что сделать хоть что-то лучше, чем ничего.
— Иэн!!!
Я помогу тебе!
Вжух! Фвуш!
Столбы пламени эффектно взметнулись вверх.
Это было совершенно бесполезно, но пламя было великолепным.
Иэн, словно завороженный пламенем, тупо смотрел на фонтан фейерверков Киры.
Это было не потому, что он был ошеломлен.
Это было потому, что ему в голову пришел образ.
Горящее пламя?
Но это была не мистерия огня, о которой он думал. Взрыв пламени не мог остановить камикадзе-атаку Люциуса.
То, что вспомнил Иэн, было частью документального фильма, который он видел в прошлой жизни.
Пламя. Столбы. И...
Солнечный взрыв.
Массивный космический взрыв, превращающийся в теплый свет, пронесся в его сознании.
Почти бессознательно Иэн вытащил свой магический меч из-за пазухи.
Анор-лсил, магический меч, наполненный силой солнца.
Он еще не знал, как высвободить силу меча... но вид этого взрыва навел его на мысль.
Разве солнце изначально не было сущностью, которая взрывалась и горела, как те столбы огня?
Образ взрывающегося солнца и образ стреляющего пламени слились воедино.
Иэн вытянул Анор-лсил, наполняя его волей мага, и громко крикнул.
— [Взорвись!]
В этот момент,
От лезвия Анор-лсил взорвалось блестящее сияние, напоминающее дневной свет в полдень!
— А-а-а-а!
Гнев небес обрушился на проклятое существо.
Солнечный свет, созданный магией, сжег тело Люциуса.
— Как...! Солнце...! Свет...!
Под воздействием солнечного света тело вампира превратилось в черный пепел и рассыпалось.
Иэн раздавил голову Люциуса каблуком.
— Мастерство искусных фей.
Среди рассеивающегося пепла Иэн медленно погладил магический меч.
Почему-то лезвие стало немного теплее.
[1. Pickhead7: Чосон, официально Великое государство Чосон, было последним династическим королевством Кореи, просуществовавшим чуть более 500 лет.]