Глава 102: Роль уроков
Как и ожидалось, шестикурсники во время обеда разнесли новости о том, что было на уроке.
Ученики собрались в Большом зале и с радостным смехом обсуждали, какие роли они будут исполнять.
Даже преподаватели размышляли над этим разделением на три роли.
— Если они встретят врага в одиночку, не проиграют ли они из-за разницы в силе? Например, если «контроллер» лишен атакующих способностей?
Филиус Флитвик первым задал вопрос Твелу, но и остальные преподаватели за учительским столом украдкой наблюдали за ним.
— Разделение на три роли — это, по сути, лишь склонность. Освоившись, они смогут перенимать способности других ролей у своих товарищей по команде, что позволит им стать универсалами, при этом оставаясь мастерами в чем-то одном.
Твел намеренно повысил голос, чтобы его слышали не только преподаватели, но и студенты в первых рядах.
В конце концов, в магическом мире даже при узкой специализации нельзя допускать перекосов в бою, иначе противник легко воспользуется очевидными слабостями.
Он не собирался совершать подобных глупых ошибок.
— Дети после выпуска не смогут держаться вместе, есть ли смысл в таком способе формирования команд для них? — задала свой вопрос профессор Макгонагалл, вдохновившись примером Филиуса Флитвика.
— Главное — приучить студентов к командной работе. Вы же знаете, что разрыв в боевой мощи волшебников в магическом мире на самом деле огромен.
— Сильные Мракоборцы могут легко победить обычных волшебников, превосходящих их числом в несколько раз.
А для директора Дамблдора вопрос о том, сколько Мракоборцев он может победить, зависит только от его настроения.
— Пожалуйста, не говори так, я всего лишь старик в почтенном возрасте, — Дамблдор застенчиво отмахнулся.
Но, очевидно, никто из присутствующих преподавателей не принял это всерьез. Твел продолжил громко говорить:
— Поэтому развитие навыков командной работы позволит им в любой момент сработаться с кем угодно, а не только с постоянными напарниками.
Это нужно в первую очередь для того, чтобы при встрече с более сильным противником они не оказались беспомощны перед лицом поражения.
Преподаватели понимающе закивали.
Сила никогда не бывает абсолютной, она познается в сравнении.
Пока они сталкиваются с сильными противниками — будь то волшебники или магические существа — им нужно сопротивляться сообща.
Если все студенты научатся сотрудничать, то, выйдя в большой мир, они будут крепче связаны школьной дружбой.
И в случае опасности их способность к сопротивлению будет выше.
— По-моему, вы просто нагнетаете страх, — внезапно произнесла профессор Чарити Бербедж, преподаватель магловедения. — В магическом мире так долго царит покой, откуда взяться такому количеству опасностей, к которым нужно готовить студентов?
— К тому же, вы постоянно твердите о врагах, врагах... Но единственные враги, с которыми этим детям приходится сталкиваться, — это садовые гномы!
Поскольку профессор Чарити Бербедж считала, что Дурмстранг дискриминирует маглов, она всегда была в натянутых отношениях с Твелом.
Однако одна её точка зрения вызывала у Твела одобрение: она считала, что между волшебниками и маглами нет никакой разницы.
Эта идея равенства навлекла на неё немало критики со стороны волшебников, ведь в магическом мире многие, даже не будучи сторонниками теории чистоты крови, всё равно считали, что волшебники обладают выдающимися способностями и стоят выше маглов.
Поэтому она была частым гостем на страницах «Ежедневного пророка» —
обе стороны часто вели там полемику.
Однако это одобрение не означало, что Твел будет терпеть предвзятые обвинения.
— Постоянно находясь в школе, вы, возможно, и не видели ничего опаснее гномов, но это не значит, что студентам, которые после выпуска пойдут работать в разные сферы, не придется столкнуться с гораздо большими опасностями, вплоть до смертельной угрозы.
— Тогда, может, попросите профессора Твела показать нам, что такое смертельная опасность?
— Как раз в моем кабинете есть...
— Довольно, вы двое, — Дамблдор прервал их спор. — Всё, что полезно для студентов, может стать частью школьной программы, и Твел действует из лучших побуждений.
— А Твел, Чарити тоже права: не стоит забывать и об обычной учебной программе.
Раз уж директор взял на себя роль миротворца, они прекратили спор.
Но студенты не унимались.
— Фред, впредь будь почтительнее, иначе я заведу тебя в ловушку!
Джордж Уизли, словно начальник, с важным видом похлопал Фреда Уизли по плечу.
— Как пожелаете! — Фред Уизли склонил голову, словно слуга. — Позвольте мне помочь вам с обедом!
Он выхватил у Джорджа куриную ножку и, не побрезговав следами от зубов, откусил сразу половину.
Увидев пустую руку, Джордж на пару секунд застыл.
— Мерзавец! Позволь мне, великому «координатору», преподать тебе урок!
Гермиона с отвращением отодвинула книгу, которую читала, чтобы в неё не попали крошки хлеба.
— Вы ведь еще даже не начали учиться, откуда вы знаете, какая роль вам подходит?
— Какая бы ни была роль, я все равно не смогу её исполнить.
Сидящий рядом Рон достал свою палочку, едва сдерживая слезы.
И без того потрепанная палочка теперь сломалась пополам, и даже скотч не помогал — колдовать было невозможно.
На утреннем уроке Трансфигурации он уже успел убедиться в этом.
Но он только что натворил дел дома, так что просить денег на новую палочку, да даже просто написать письмо, у него не хватало духу.
— Профессор Твел, кажется, разбирается в палочках. Может, спросишь у него? — предложила Гермиона.
— Забей. Для профессора это сущие копейки, не стоит даже голову ломать.
Хотя в прошлом семестре их отношения с профессором стали ближе, Рон всё ещё немного побаивался его.
— Фух, — Гарри устало опустился рядом с ними. — Узнали что-нибудь интересное?
— В курсе Защиты от Темных искусств появились новые темы, — Гермиона пододвинула хлеб к Гарри. — А ты где был? Почему только сейчас пришел?
Перед входом в Большой зал их перехватил первокурсник по имени Колин Криви. Точнее, перехватил он Гарри.
Поэтому они, руководствуясь принципом «пусть лучше пострадает друг, чем я», поспешили войти, чтобы послушать сплетни.
— Даже не спрашивай. Этот Колин хотел получить мое фото с автографом, но нас увидел Малфой.
— И ладно бы только это, так еще и Локонс появился, словно фото с автографом — это заклинание призыва, и заставил меня сфотографироваться с ним.
— Ну и ты дал ему автограф? Я про Колина, — подколол Рон.
Гермиона даже закрыла книгу и с усмешкой посмотрела на Гарри.
— ...Нет! — с отчаянием в голосе воскликнул Гарри.
— Ладно, — Гермиона взглянула на часы. — Есть автограф или нет, нам пора на урок!
Она с восторгом аккуратно уложила учебники в сумку и заботливо похлопала по ней.
Троица направилась в класс.
Рон посмотрел на подпрыгивающую от нетерпения Гермиону.
— Ты так ждешь урок Локонса? А я вот мечтаю, чтобы у нас вел профессор Твел!
— Профессор Локонс! — надулась Гермиона. — Хотя уроки профессора Твела тоже неплохи, но профессор Локонс тоже заслуживает внимания!
— Не стоит спорить, — Гарри указал на задние ряды класса. — Главное, чтобы на этом уроке были и Локонс, и профессор Твел.
Твел с улыбкой поприветствовал их.