Глава 429: Внутреннее совещание
Бабаджиде удивленно открыл рот; если бы не поджимало время, он бы с удовольствием обсудил эту тему с Твелом как следует.
— Хотя такие легенды ходили всегда, я, честно говоря, о таком не слышал. И что же ты увидел?
— Сложно описать, — Твел с усмешкой покачал головой.
— Она словно говорила мне, что между нашим изучением магии и тем, как маглы изучают технологии, нет никакой разницы. И то, и другое — лишь попытка постичь фундаментальные законы этого мира...
Бабаджиде молча остановился — впрочем, еще и потому, что они уже подошли к дверям конференц-зала.
— Надеюсь, это не галлюцинации от чрезмерного волнения перед встречей?
— Возможно.
Твел безразлично пожал плечами, не пытаясь заставить его понять свое недавнее странное ощущение.
Видя это, Бабаджиде решил больше ничего не говорить. Он тихонько приоткрыл массивные двери и принялся шепотом наставлять Твела насчет правил поведения на собрании.
— Я специально поставил твое выступление вторым, сразу после своего. Надеюсь, реакция присутствующих не будет...
Он замялся, внезапно вспомнив, какой мощный удар по его мировоззрению был нанесен некоторое время назад.
— ...слишком бурной.
— Возможно.
Твел снова ответил уклончиво, но на его лице заиграла уверенная улыбка.
В этот раз он собирался говорить не о каких-то предварительных зондированиях почвы. После года подготовки и с учетом ситуации, складывающейся в его пользу, он не собирался упускать такой шанс!
Бабаджиде с обреченным видом вздохнул. Стоило ему подумать о том, что он еще даже не стал главой Конфедерации, а уже должен противостоять угрозам со стороны Волан-де-Морта и маглов, как у него тут же начинала болеть голова.
«Неудивительно, что Дамблдор так легко слинял...»
Конечно, это было лишь ворчание, вызванное недавней суматохой. В тот момент, когда он распахнул двери и предстал перед собравшимися, его выражение лица вновь стало привычно мягким и спокойным. Он снова превратился в того самого лидера, которому, помимо Дамблдора, в Конфедерации доверяли больше всего.
— Доброе утро, господа.
Бабаджиде отпустил руку Твела и широким шагом направился к центру зала.
Это было большое квадратное помещение. Из-за узких и высоких окон солнечный свет почти не проникал внутрь, поэтому даже днем на старинных подсвечниках вокруг горели свечи.
В их свете виднелись ряды сидений, расставленные по кругу с двумя разрывами. Места были заняты представителями более чем двухсот стран и регионов, а также сотрудниками, занимающимися внутренними делами Конфедерации.
До того как Бабаджиде заговорил, в зале стоял шум, словно на оживленном магловском рынке — представители вели «горячие» дискуссии.
Но стоило раздаться ясному голосу Бабаджиде, как на секунду воцарилась тишина.
А секунду спустя шум вспыхнул с новой, еще большей силой!
— Бабаджиде, ты вообще понимаешь, что означает присутствие здесь магла?!
— Международная конфедерация магов теперь намерена пойти на уступки маглам и поделиться с ними всем, что есть в магическом мире?
— Или ты хочешь стать вторым Геллертом Грин-де-Вальдом, а Дамблдор снова приведет сюда маглов?
...
Твел, воспользовавшись суматохой, нашел свое место и с интересом наблюдал, как старые волшебники, словно из пулемета, засыпали Бабаджиде вопросами.
На прошлогоднем собрании эти люди вели себя далеко не так агрессивно.
Честно говоря, именно такое состояние соответствовало его представлениям о Конфедерации. Прежняя дряхлая атмосфера совершенно не вызывала у него интереса.
Бабаджиде, ничуть не смутившись, прошел в центр круга и с улыбкой обвел взглядом присутствующих.
— Вопрос о госпоже Модести будет решен на этом заседании, но прежде я прошу вас успокоиться.
Будучи давним членом Конфедерации, Бабаджиде, хоть и был моложе многих представителей, пользовался авторитетом, не уступающим никому.
Вскоре шум в зале стих, и все взоры устремились на него.
Бабаджиде удовлетворенно кивнул.
— Итак, переходим к первому пункту повестки дня: выборы главы Международной конфедерации магов...
— Мы и так знаем, в чем дело, Бабаджиде, — громко и нетерпеливо произнес один из старых волшебников.
Твел взглянул в ту сторону. Ого, старый знакомый — Кватрейн, который в прошлом году на собрании выступал против него.
В их переписке Кватрейн казался вполне рассудительным, кто бы мог подумать, что спустя два года он остался таким же вспыльчивым.
— Дамблдора сместили глупые политики. Конечно, он сам не захотел сопротивляться этому решению, вот мы и оказались в такой неприятной ситуации.
Похоже, никто не хотел спорить, и Кватрейн разошелся еще больше.
— Именно. Поэтому мы должны уважать решение Альбуса и как можно скорее выбрать нового главу. В конце концов, Конфедерации срочно нужно решать проблемы, которые может создать Тот-Кого-Нельзя-Называть...
Когда он наконец замолчал, Бабаджиде попытался продолжить, но его снова быстро перебили.
— Хватит пустой болтовни. В Конфедерации нет никого, кто мог бы сравниться с тобой, Бабаджиде. Мы единогласно согласны избрать тебя новым главой.
Кватрейн сказал это еще более нетерпеливо, и на этот раз никто не стал ему возражать — наоборот, присутствующие с усмешкой рассмеялись.
— Хотя мне не по душе вспыльчивость Кватрейна, я считаю, что в этот раз он прав.
Чжоу Я с улыбкой посмотрела на Бабаджиде. Это был первый раз, когда он выглядел немного смущенным перед такой аудиторией.
— Э-э... думаю, нам все же стоит следовать процедуре. Например, я сначала изложу свои идеи, затем мы обсудим их...
— Очевидно, что наше обсуждение уже завершено.
Кватрейн ни капли не заботился о том, чтобы сохранить лицо новому главе, которого сам же и поддерживал.
— Давайте перейдем к следующему пункту. Мне гораздо интереснее послушать Тэвейэра Фоули, который сменил Дамблдора. Давайте узнаем, какие идеи он принес нам спустя год, раз уж он притащил сюда магла!
Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы, вновь вызвав шумные споры в зале.
Присутствующие представители отлично помнили прошлогоднее выступление Твела. В конце концов, с тех самых пор им, старым костям, приходилось постоянно переписываться и ломать голову над будущим Международного статуса о секретности.
И хотя выводы были не слишком благоприятны для них, волшебников, это доказывало, что их усилия не были напрасны.
А теперь магл, ставший причиной споров, был приведен сюда этим самым Тэвейэром Фоули, которому предстояло снова выступить с речью!
При мысли о суматохе последнего года они устало потерли свои заметно ноющие спины.
Неужели в этот раз будет еще острее, чем в прошлый?!
Они думали об этом с некоторой горечью.