Глава 96: Визит на дом
Середина летних каникул.
Рано утром Драко Малфой возбужденно проснулся в своей мягкой кровати, и от его летней лени не осталось и следа.
Быстро умывшись, он зацокал ногами, побежав в гостиную на первом этаже.
— Добби, ингредиенты для обеда готовы?
— Доброе утро, юный господин Малфой, — Добби поспешно спрятал перебинтованные пальцы. — Всё уже готово. Как только я закончу готовить завтрак для хозяев, я приступлю к готовке.
Драко очень хотелось сказать, чтобы он начинал готовить обед прямо сейчас, но урчащий живот не мог позволить ему остаться без завтрака.
— Хорошо, но помни: это должен быть роскошный, вкусный обед, понял?
В этот момент его мать, Нарцисса Малфой, прикрыв рот рукой и зевая, вошла в гостиную.
— Драко, разве Твел не говорил, что придет ближе к полудню?
Малфой немного помялся, но наконец нашел подходящий предлог.
— Ну... нужно же подготовиться заранее! Отец сам сказал, что это официальная встреча с наследником другого чистокровного рода, к ней нужно отнестись серьезно!
Сказав это, он торжественно кивнул, чтобы придать своим словам веса.
— Но проблема в том, — Нарцисса указала на его нижнюю часть тела, — что у тебя ширинка расстегнута.
Драко опустил взгляд, поспешно отвернулся, чтобы застегнуть ширинку, и когда повернулся обратно, его лицо уже пылало от стыда.
Нарцисса села за обеденный стол и похлопала по стулу рядом с собой.
— Не нервничай. Давай, расскажи мне, что это за человек такой — профессор Твел.
— Кстати говоря, с тех пор, как тот министр ушел с поста, люди из рода Твелов редко появлялись на публике.
— Министр магии? — Драко послушно сел рядом и с любопытством спросил: — У профессора в родне был такой человек?
— Да. Если говорить о родстве, то тот министр был его дедом. Просто из-за пассивного противостояния Геллерту Грин-де-Вальду он пробыл на посту всего десять лет, после чего его сместили.
С тех пор род Твелов редко вмешивался в дела магического сообщества. Даже в период правления Темного Лорда они не заявляли открыто о присоединении к нам.
Малфой с удивлением посмотрел на мать.
— Значит, они были на противоположной стороне?
Нарцисса неопределенно кивнула.
— Не обязательно. Думаю, после отставки министра, из чувства обиды, он запретил потомкам рода вмешиваться в подобные дела.
— А может, они сохраняли нейтралитет из-за обиды на светлых волшебников? — оптимистично предположил Малфой.
— Но как бы то ни было, Темный Лорд исчез, — Люциус вошел в гостиную и серьезно напомнил им обоим.
За разговорами время постепенно приближалось к полудню. Добби, подгоняемый Драко, уже приготовил обед и только ждал прибытия Твела.
Как раз когда Драко в четвертый раз проверял свой внешний вид, Люциус внезапно произнес:
— Твел уже у ворот, Драко. Иди, проводи его внутрь.
Поместье Малфоев было огромным, и Твел, переместившись с помощью аппарации, оказался лишь у главных ворот снаружи.
До входа в дом оставался еще длинный путь.
Поэтому, когда Драко подбежал к нему, он был запыхавшимся.
— Про... профессор, — он вытер лоб, но не забыл о манерах. — Позвольте, я провожу вас.
— Благодарю, — Твел с улыбкой кивнул.
Чтобы не утомлять бегающего туда-сюда Драко, он намеренно замедлил шаг.
— Как успехи с домашним заданием на лето?
— Э-э... — в голове Драко тут же всплыл образ еще даже не открытого портфеля. — ...Задания довольно сложные, я выполнил только около половины.
Твел сразу раскусил его уловку, но не стал разоблачать, лишь слегка улыбнулся.
На самом деле, Драко не знал одного жестокого факта — профессора никогда всерьез не проверяют летние домашние задания!
Проявив заботу о физическом и душевном здоровье ученика, Твел издалека увидел стоящих перед входом в дом чету Малфоев.
Ускорив шаг, Твел сделал вид, будто впервые видит Люциуса, и с энтузиазмом пожал ему руку.
— Большое спасибо за приглашение.
Вот она, так называемая «благородная этика». Твел в детстве тоже практиковал подобное.
Но его родители всегда были ленивы, и он сам относился к таким любезностям без особого трепета.
Конечно, это не означало, что он вел себя невежливо.
После порции формальных любезностей они вошли в особняк.
По сравнению с консервативным родом Твелов, Малфои были, очевидно, гораздо более именитыми.
Или, вернее сказать, Малфои были самым знатным из ныне существующих магических родов.
Твел и сам не понял, как за разговорами они оказались за обеденным столом. В любом случае, как гость, он пассивно принимал любезное гостеприимство хозяев.
За едой и напитками они не переставали беседовать.
— Кажется, я редко вижу твоих родителей в магическом мире. Чем они обычно занимаются? — с любопытством спросил Люциус.
Родители Твела проводили в мире маглов больше времени, чем дома, не говоря уже о магическом мире.
— Они, хм, любят путешествовать, даже я вижу их нечасто, — он выбрал более мягкую формулировку.
Нарцисса с легкой завистью произнесла:
— Я бы тоже хотела иметь столько времени и душевного спокойствия, но, к сожалению, семейных дел слишком много.
Твелу очень хотелось спросить, какие такие дела могут быть у обычного чистокровного рода.
Ведь, на его взгляд, с заботой домашних эльфов и отсутствием работы, чем она вообще может быть занята?
Даже такая занятая женщина, как Молли Уизли, в свободное время успевала вязать свитеры и читать книги.
Однако этот вопрос был бы слишком бестактным, поэтому он подавил свое любопытство.
— Кстати, мне очень любопытно: почему ты решил пойти преподавать в Хогвартс, да еще и на такую должность, как защита от темных искусств? — Люциус задал вопрос, который мучил его два месяца.
Проклятие этого предмета существовало еще с тех пор, как он сам учился в школе, и за десятки лет ни один профессор не смог нарушить закон «одного года».
На такую опасную должность обычно претендуют либо искатели острых ощущений, либо люди с какими-то скрытыми целями.
В любом случае, глава чистокровного рода, подобный ему, никогда бы за это не взялся.
— Ради обучения. Сам знаешь, величайший волшебник в мире находится в Хогвартсе, и рядом с ним всегда можно многому научиться.
Твел не совсем лгал: его трансфигурация продолжала совершенствоваться именно благодаря наставлениям Дамблдора.
А что касается Тайной комнаты основателя, философского камня, крестражей и прочего — это были лишь дополнительные бонусы~
Даже будучи когда-то на противоположной стороне, Люциус был вынужден признать, что сила Дамблдора в этом мире непревзойденна.
— Значит, ты, должно быть, часто общался с Дамблдором?
— Довольно часто.
Разве может быть иначе, если каждую неделю приходится выслушивать его наставления?
— О чем вы обычно беседуете?
Твел приподнял бровь и, сделав вид, что говорит небрежно, ответил:
— О многом. О трансфигурации, мощных заклинаниях, секретах преподавания, а также о возможности воскрешения Волан-де-Морта...
— Бряк.
— Что-то случилось?
Хотя он этого не видел, Твел чувствовал, что его нынешняя улыбка должна быть очень яркой.