Глава 43: Канун Дня всех святых
Большой зал.
Праздничный ужин всегда был самым ожидаемым событием в Хогвартсе, даже если речь шла о мрачном Дне всех святых.
В честь праздника Большой зал был тщательно украшен:
Профессор Макгонагалл с помощью трансфигурации создала на стенах множество скелетов и призраков;
Филиус Флитвик выпустил тысячи живых летучих мышей, которые летали по стенам и потолку Большого зала;
Рубеус Хагрид «вырастил» партию огромных тыкв, которые после вырезания превратились в фонари.
Если бы внутри не горели огромные свечи, возможно, многие влюбленные парочки захотели бы спрятаться там, чтобы устроить тыквенное свидание;
Твел тоже немного поколдовал, позволив под потолком Большого зала парить множеству причудливых призраков.
Однако, в отличие от настоящих призраков замка, они больше напоминали привидения из магловских фильмов — простыни с прорезями для глаз, да и выражения лиц у них были крайне гротескными.
Скорее милыми и забавными, чем пугающими.
— Внутри этих привидений спрятаны награды для вас. Если вы попадете в них, как в игре со светящимися шарами, они будут светиться, а из них посыплются сладости!
Едва он закончил говорить, как с длинных столов во все стороны полетели разноцветные лучи, устремляясь к потолку.
Но уже через секунду юные волшебники пожалели об этом.
Как только привидения были разбиты, конфеты дождем посыпались вниз, барабаня по их головам.
Юные волшебники в мгновение ока бросились врассыпную, прикрывая головы сумками, дрожа от страха, словно мыши, за которыми охотится кот.
За исключением Квиррелла, все преподаватели сидели за столом учителей, с нескрываемым злорадством наблюдая за суматохой среди учеников и издавая ехидные смешки.
Через некоторое время все привидения были уничтожены, и конфеты перестали сыпаться.
— Ха-ха, — Дамблдор встал, не в силах сдержать смех. — Большое спасибо профессору Твелу за этот предпраздничный розыгрыш. А теперь, пусть ужин начнется!
Рон, который как раз наклонился, чтобы собрать конфеты, заметил, что длинный стол, еще мгновение назад усыпанный сладостями, внезапно оказался заставлен всевозможными деликатесами, такими же обильными, как и на пиру в честь начала учебного года.
Гарри подобрал несколько конфет, но вскоре бросил это занятие и сел на место, чтобы попробовать их.
— Эти конфеты на самом деле мягкие, немного похожи на жевательный мармелад.
Рон запихнул полную охапку конфет в свою сумку и с довольным видом похлопал по ней.
— Пожалуй, я их приберегу. Возможно, это единственный раз, когда мне удалось получить награду от профессора Твела.
После этих слов руки окружающих студентов, уже было потянувшиеся к оберткам, замерли. Особенно старшекурсники: они принялись судорожно запихивать в сумки каждую конфету, которая попадалась на глаза, из-за чего даже возникло несколько споров.
В их воображении это были конфеты, приготовленные профессором Твелом специально для них!
— По сравнению с конфетами, я бы лучше хотела получить такое привидение, они такие милые~
Одна старшекурсница со Слизерина крепко сжимала в руке две конфеты — всё, что ей удалось получить, разбив то милое привидение.
Как только все конфеты были разобраны, студенты переключили внимание на блюда праздничного ужина.
— Теперь эта противная Грейнджер не только пропустит ужин, но и останется без конфет, — злорадно заметил Рон.
Соседка Гермионы по комнате, Лаванда Браун, недовольно нахмурилась.
— Не говори так о Гермионе, она ведь до сих пор прячется в женском туалете и плачет!
Рон недоуменно почесал затылок: — Плачет? А почему она плачет?
— Да всё из-за вас, вы целыми днями говорите о ней гадости за ее спиной. Да и в спальне она в последнее время была не особо веселой.
— Но с ее характером трудно не вызывать неприязнь.
— Э-э, — Лаванда на мгновение запнулась. — Она ведь тоже хочет как лучше, просто иногда выражается слишком прямо.
— Ты называешь это...
— Бум!
Двери Большого зала внезапно распахнулись с таким грохотом, что, казалось, мог обвалиться потолок. Квиррелл ворвался внутрь, уткнувшись головой вперед; его тюрбан съехал набок, чуть не обнажив затылок.
Он подбежал к Дамблдору, поправил головной убор и испуганно пролепетал: — В подземелье... тролль. Я... я подумал, что должен сообщить вам.
Сказав это, он бросил быстрый взгляд на Твела и с глухим звуком рухнул без чувств.
В Большом зале воцарился хаос. Гарри и Рон переглянулись, и не успели они произнести ни слова, как кто-то озвучил их собственные мысли.
— Гермиона в женском туалете в подземелье, что с ней будет?! — Лаванда в ужасе схватилась за лицо, оставив на коже красные следы от ногтей.
Рону и Гарри было не до смеха, ведь они сами были напуганы не меньше ее!
— Профессора! Нужно найти профессоров! — Гарри мгновенно пришла в голову идея. — Профессор Твел такой сильный, он точно сможет справиться с троллем и спасти Гермиону!
Рон тут же согласился, и они вместе с Гарри, пользуясь всеобщей паникой, пробрались к столу преподавателей, где нашли Твела, который внимательно разглядывал Квиррелла.
Гарри тяжело дышал, прежде чем выпалить: — Профессор Твел, Гермиона... Гермиона всё еще в подземелье!
— Вы должны спасти ее, иначе она погибнет!
— Не волнуйтесь, с Гермионой ничего не случится.
Твел подошел к Дамблдору, который пытался навести порядок, и прошептал ему на ухо: — Директор, я хочу отвести учеников в подземелье и провести для них урок с использованием тролля.
Дамблдор удивленно повернулся: — Справиться с троллем легко, но можешь ли ты гарантировать безопасность студентов?
Конечно, на Защите от темных искусств учеников обучали противостоять опасным существам, но он еще никогда не слышал, чтобы тролля использовали в качестве учебного пособия.
— Я гарантирую, что студенты не пострадают. Напротив, такого грозного противника они, возможно, не встретят за все семь лет обучения.
Поразмыслив, Дамблдор спросил: — В таком случае, ты возьмешь старшекурсников?
Твел кивнул в сторону Квиррелла, который все еще лежал на полу.
— Да ну их, разве старшекурсники не находятся под присмотром профессора Квиррелла?
Дамблдор с улыбкой покачал головой: — Хорошо, я поручу Перси отвести учеников третьего курса и младше в подземелье.
Твел остался доволен и удалился. Ему еще нужно было подготовиться — по крайней мере, сделать так, чтобы тролль вел себя послушно.
Выйдя из Большого зала, Твел зашагал в сторону подземелий.
Здесь было так же мрачно и холодно, как и в тот день, когда он только прибыл в Хогвартс.
Поэтому по пути он зажег несколько факелов, освещая коридоры и лестницы, ведущие в подземелье, чтобы развеять пробирающий до костей холод.
Едва он закончил, как услышал испуганный крик.
Тролль появился!
Следуя за звуком, он подошел к женскому туалету. Дверь была выломана, и изнутри беспрепятственно доносились выкрики заклинаний.
Заглянув внутрь, он увидел огромное чудовище, стоявшее у входа в туалет, сжимая в руке такую же огромную дубину.
Его тело было ростом добрых двенадцать футов, кожа — серая и грубая, как гранит, но такая же прочная.
Однако в сравнении с телом голова казалась крошечной, словно драже «Берти Боттс», что выглядело крайне нелепо.
А его плоские, огромные, покрытые мозолями ступни, казалось, были придавлены чем-то невидимым, из-за чего он с трудом отрывал их от пола, делая каждый шаг.
Гермиона же сидела, сжавшись в углу, крепко сжимая палочку обеими руками и непрерывно выпуская магию в сторону тролля.
Неизвестно, от страха или от истощения магических сил, но ее решительное личико было бледным, а по лбу градом катился пот.