Глава 157: Предупреждение эльфа Добби
Загнанный в угол и лишившийся дара речи Локонс не смог сохранить самообладание; он в панике потянулся к тому месту, где должна была быть палочка.
Но не успел он до нее дотронуться, как его поразил красный луч. Локонс не только не схватил палочку, но и вся его ладонь тут же распухла.
— А-а-а! —
Он издал жалкий вопль, настолько пронзительный, что Твел невольно нахмурился.
— Не стоит так позориться, скоро… уже скоро начнется урок, —
Мальволио скривил губы и снова взмахнул палочкой, исцелив всё сильнее распухавшую ладонь Локонса.
Однако Локонс принял это за спасительную соломинку: не дожидаясь, пока рука полностью восстановится, он с мольбой посмотрел на Дамблдора и Твела.
— Директор Дамблдор, помогите мне, я же ваш ученик! —
— Уверяю тебя, Министерство магии отнесется к тебе справедливо и беспристрастно, — вздохнув, ответил Дамблдор.
Видя состояние Локонса, он уже понял, что тот действительно совершил непростительное преступление.
Дамблдору больше не хотелось на это смотреть, и он отодвинул стоявшего в дверях здоровяка.
Он лишь кивнул Гарри и его друзьям и молча зашагал прочь.
Локонсу ничего не оставалось, как просить о помощи Твела.
— Твел, помоги мне! Я столько для тебя сделал, не можешь же ты просто смотреть, как меня уводят? Мне ведь еще нужно составлять для тебя экзаменационные билеты! —
Твел легко рассмеялся.
— Прости, но ты уже составил все билеты на этот учебный год, так что ты мне больше не нужен. —
— … — Локонс впервые в жизни возненавидел свое усердие.
Однако у Мальволио не было терпения продолжать с ним препираться. Он четко и быстро применил заклинание оцепенения, после чего приказал своим людям подхватить Локонса под руки и вытащить вон.
Не став больше общаться с Твелом, он свирепо взглянул на стоявших за дверью Гарри, Рона и Гермиону и тоже зашагал прочь.
В кабинете остался только Твел.
Он заботливо собрал все вещи в сундук, однако фотографии на стенах вели себя не слишком покладисто.
Они громко кричали о своей невиновности и даже угрожали предать огласке всё, что здесь произошло.
И не сомневайтесь: Локонс проделал немалую работу в международном магическом сообществе, особенно с фотографиями. Кто-то, может, и не знал, кто это такой, но лицо Локонса на снимках наверняка видел каждый.
Впрочем, это не имело значения. Мальволио не стал бы делать того, в чем не уверен. Раз уж он пришел арестовывать, значит, у него были и веские доказательства, и продуманные методы работы с общественным мнением.
За такое крупное дело он, вероятно, сможет получить орден Мерлина.
Волан-де-Морт получает орден — Твелу казалось, что этот мир становится всё более странным.
Твел с усмешкой вышел из кабинета.
— Что вы здесь делаете? —
Едва выйдя, он увидел дрожащую троицу.
— Я… я… что мы собирались сделать? — Рон поспешно обратился за помощью к Гермионе.
Гермиона сердито зыркнула на него, глубоко вздохнула и произнесла:
— Мы пришли, чтобы извиниться перед вами. —
— Если бы не вы, Гарри не смог бы благополучно выбраться из Тайной комнаты, а мы… мы подозревали вас. Нам ужасно жаль. —
Она закусила губу, на её лице читалось глубокое ракаяние.
Как они могли подозревать такого замечательного профессора? Это было просто недопустимо!
— Помните, что я говорил в прошлом году? Не судите о человеке поспешно, — серьезно напомнил им Твел.
Он не хотел становиться козлом отпущения — эту роль лучше оставить Северусу Снейпу.
Троица тут же опустила головы, устыдившись настолько, что не могла вымолвить ни слова.
— Ладно, пойдемте ко мне в кабинет, расскажете, с чего это вы вдруг решили меня подозревать? — Улыбка Твела разрядила обстановку.
— Насколько я помню, я не делал ничего особо предосудительного, верно? —
Легкомысленные Гарри и Рон тут же с энтузиазмом подняли головы и наперебой затараторили о своих подозрениях.
— Конечно, нет! Вы же не Северус Снейп. —
— Просто то, что вы изучаете, профессор, слишком пугает. Исследования Невилла, Гермионы и прочих… трудно было не заподозрить неладное. —
Твел открыл дверь и с усмешкой ответил:
— Это всего лишь обычные научные исследования. Если бы вы были знакомы с магловской наукой, то знали бы, что это пустяки. —
Конечно, для магического мира исследования души и человеческого тела по-прежнему оставались запретной темой.
Поэтому Твел постарался как можно легче перевести тему.
Гарри и Рон не стали углубляться — они и не любили это делать — и послушно закивали.
Гермиона хотела было что-то сказать, но, вспомнив свои недавние подозрения, промолчала, снедаемая чувством вины.
— Садитесь. Тыквенный сок подойдет? —
Троица послушно кивнула и уселась на маленький диванчик.
Твел заметил, что к нему в кабинет заходит всё больше людей, и одного стула уже не хватало, а трансфигурировать каждый раз новые стулья было невежливо.
Поэтому он вынес сюда диван, на котором больше всего любил лежать, когда читал по вечерам.
— Заметил, что вы все так полюбили тыквенный сок. А чай, который я приготовил, уже два года никто не трогал. —
Твел придвинул стул и сел напротив них, прихватив с собой четыре больших бокала с тыквенным соком.
Однако кое-какие мелкие существа, по-видимому, были недовольны тем, что им не досталось сока, и издавали громкое «бум-бум».
Рон необъяснимо вздрогнул и, указывая на клетку, накрытую черной тканью, спросил:
— Профессор, что там? —
Твел обернулся.
— А, это маленькие существа, с которыми вы уже знакомы и с которыми познакомитесь еще ближе. —
— Значит, мы увидим их на уроке? — Рон от удивления и восторга вытянул шею, словно надеясь разглядеть что-то сквозь черную ткань.
— Именно так, — кивнул Твел. — Но мне любопытно: вы подозревали меня только из-за моих исследований? —
Хотя у него действительно были скрытые цели, он не думал, что эти юные волшебники могли их разгадать.
Или же он где-то допустил оплошность?
При этой мысли лицо Твела невольно стало серьезнее.
Однако Гарри, Рон и Гермиона приняли это за недовольство профессора и даже отдернули руки, потянувшиеся к бокалам.
— На самом деле… главным образом из-за Добби. —
Гарри подумал, что раз профессор ни в чем не виноват, то можно рассказать ему о Добби.
— В тот вечер, когда напали на Колина, перед тем как вы пришли в больничное крыло, туда заглядывал Добби. —
Твел знал, что в каноне действительно был такой момент. Он кивнул, предлагая Гарри продолжать.
Получив поддержку, Гарри осмелел.
— Добби не только сказал мне, что всеми силами пытался выгнать меня из школы, чтобы защитить… —
— Он еще сказал, что вы летом очень мило беседовали с отцом Малфоя, и посоветовал мне держаться от вас подальше. —
— Конечно, как оказалось, Добби ошибся, — поспешно добавил Гарри.
Твел вспомнил об этом эльфе.
Оказывается, он совершил ту же ошибку, что и Волан-де-Морт — недооценил эльфа.
Домовые эльфы, конечно, сильнее других эльфов, но по сравнению с волшебниками разница в силе очевидна.
В целом, это существа с высоким нижним порогом силы, но очень низким потолком, и их магическая система отличается от волшебнической.
Однако именно из-за того, что их магия иная, некоторые обычные ограничения на них не действуют.
Поэтому они зачастую могут быть полезны в самых неожиданных ситуациях.
Похоже, рост силы и спокойная жизнь породили в нем высокомерие.
Твел мысленно пообещал себе относиться к эльфам и другим существам с большим вниманием.