Глава 555: И правда, Роулинг
Однако Твела удивило то, что, дослушав первую историю о Философском камне, Джоан всё это время выглядела совершенно незаинтересованной.
Даже в самом конце, услышав, как Гарри в одиночку столкнулся с Квирреллом, захмелевшая Джоан крайне недовольно хлопнула по столу.
— Ты же сказал, что они всего лишь первокурсники? Даже если я не училась в Хогвартсе, я знаю: первокурсники, даже если их трое против одного профессора, — это верная смерть!
Её голос звучал совершенно бесцеремонно, и громкий крик быстро привлек внимание окружающих.
— И за счет чего этот Гарри Поттер вообще осмелился в одиночку пойти против профессора и Темного Лорда, который вселился в него?!
— Гарри Поттер? Что с Гарри? — наконец появилась мадам Росмерта и, заинтересовавшись, подошла к ним.
После того как Корнелиус Фадж целый год поливал его грязью, Барти, конечно, не собирался, подобно Руфусу Скримджеру из оригинального сюжета, использовать Гарри для создания собственного образа борца с Волан-де-Мортом, но определенные шаги по оправданию Гарри и изменению общественного мнения в магическом сообществе он, безусловно, предпринял.
Поэтому сколько бы непонимания Гарри ни встретил вначале, столько же уважения, возникшего из чувства вины, он получал теперь!
Если бы Джоан продолжила поносить Гарри, то, думаю, даже в присутствии Твела ей было бы трудно оставаться в баре…
— Моя подруга пьяна, будьте добры, принесите ей что-нибудь от похмелья, — с досадой объяснил Твел.
Кто бы мог подумать, что кто-то может опьянеть от Сливочного пива!
Мадам Росмерта подозрительно взглянула на стол: содержание алкоголя в Сливочном пиве настолько низкое, что его даже нельзя назвать алкогольным напитком, его разрешено покупать даже ученикам Хогвартса.
Но в баре пьяные посетители — явление частое, поэтому она лишь недоуменно пожала плечами и ушла.
— Я не пьяна!
Джоан произнесла самую типичную фразу пьяницы, но, судя по выражению лица, она, похоже, была вполне в себе.
Хм, скорее, это была стадия «пьяного дебоша»…
— Ты взрослая, поэтому привыкла мыслить категориями выгоды, рисков и безопасности, — Твел был вынужден мягко и успокаивающе сказать.
— А Гарри и его друзьям всего одиннадцать. В критический момент, когда вот-вот должен был возродиться Темный Лорд, способный погубить бесчисленное множество жизней, то, что они не запаниковали, уже делает их взрослее большинства сверстников.
— К тому же, они победили, разве нет?
Некоторые поступки троицы Гарри, если смотреть на них со стороны, конечно, выглядят незрелыми, но ожидать от трех одиннадцати-двенадцатилетних детей модели поведения взрослых — еще более незрело.
Поэтому даже захмелевшая Джоан в этот момент не смогла найти, что возразить, и принялась маленькими глотками пить принесенный напиток от похмелья.
— О, а это тоже вкусно! — она с удивлением подняла бокал, в котором бледно-голубой напиток искрился на солнце.
Находить вкусным напиток с примесью зелий…
Твел не знал, правильно ли он поступил, пригласив Джоан окунуться в магическую жизнь. Если он вырастит пухленькую Роулинг, то это будет его грехом…
Видя, что Джоан немного протрезвела, Твел поспешил высказать свои требования, иначе он опасался, что она снова напьется этим напитком.
— В общем, ты не должна мерить поступки Гарри и остальных мерками взрослого человека. В них должен быть юношеский задор, похожий на тот, что был в «Юном Киде».
— Конечно, у каждого из них есть свои проблемы: безрассудство Гарри, неуверенность Рона, нелюдимость Гермионы.
— Ты можешь описывать это как хочешь, но недостатки иногда становятся достоинствами…
— Я знаю. Правильное безрассудство превращается в храбрость, неуверенность можно назвать осторожностью, а нелюдимость — хладнокровной рациональностью.
Трезвая Джоан, конечно, понимала в проработке персонажей больше, чем Твел, поэтому, когда речь зашла об этом, её уверенность в себе сразу стала очевидной.
— Никто не захочет читать о персонажах, которые сплошь состоят из добродетели. Такие люди нереалистичны. Только постоянные конфликты между персонажами и внутри них самих привлекают читателей!
Говоря это, Джоан все больше воодушевлялась, словно убеждая саму себя, и, наоборот, находила очарование в истории о «Гарри Поттере».
— Можно добавить правильные сюжетные повороты, например, этот профессор Снейп. Такой язвительный, значит, в будущем он точно окажется хорошим парнем!
— А еще все эти чудесные… — Джоан, не мигая, смотрела на напиток на столе, — …явления магического мира.
— Если последующий сюжет не развалится, то это будет определенно популярнее серии «Юный Кид»!
«Юный Кид» в её исполнении был идеальным главным героем детской книжки. Хотя магия привлекала внимание многих, влияние и популярность требовали времени.
Конечно, та переписанная работа Локонса была именно в таком стиле…
Но история Гарри Поттера — другое дело. Та же чудесная магия, но внутренние конфликты и рост персонажей выражены гораздо ярче, что определенно заставит подростков-читателей глубже погрузиться в сюжет!
— Но… — Джоан, придя в себя после приступа возбуждения, с любопытством посмотрела на довольного Твела.
— Я слышала, ты профессор Хогвартса. Почему в той истории, которую ты рассказал, нет тебя?
— Кхм-кхм, — Твел был застигнут врасплох этим поворотом и её проницательностью.
— В общем, я ни за что не позволю, чтобы мой образ появился в этой книге!
— А? — тон Джоан заметно упал. — Впрочем, верно. Если бы ты был в Хогвартсе, то, наверное, просчитал бы того Волан-де-Морта на раз-два?
Эмм…
Твел вспомнил жалкую участь Волан-де-Морта в том году и не мог не восхититься Джоан: как автор, она обладала поразительной наблюдательностью!
— В любом случае, твоя цель — написать историю «Гарри Поттера». План я тебе предоставлю, а детали — это уже на твое усмотрение!
Пока она не отходит от плана, мелкие ошибки в сюжете не так важны. К тому же, судя по тому, как уверенно Джоан рассуждала, она уже почти разгадала модели поведения персонажей.
Остается только сказать: и правда, женщина по фамилии Роулинг!
Поняв это, Джоан, конечно, не отказалась. Или, вернее, когда дело было сделано, она еще более бесцеремонно махнула рукой официанту.
— Принесите мне все напитки, что есть в вашем баре! И еще, подавайте всё самое вкусное, что у вас есть!
В итоге, когда Кэтлин, уставшая от покупок и заметившая, что Барти и Миллисента Булстроуд уже не могут держать пакеты с покупками, вернулась, она застала свою мать, которая, напившись в стельку, вовсю ругала своего бывшего мужа…