Глава 268: Верные гоблины готовы служить вам изо всех сил
Как только сделка была заключена и Ингус отправил гоблинов пересчитывать мешки с драгоценными камнями и запасы валюты, Твел, словно внезапно что-то вспомнив, небрежно озвучил свою цель.
— Да, кстати, мне еще нужно заглянуть в сейф Беллатрисы Лестрейндж.
Рука Ингуса, поднятая для жеста, замерла, и он с ироничным интересом обернулся к Твелу.
— Невозможно! — первым делом выкрикнул Крюкохват. — Только Лестрейндж может войти в свой собственный сейф, это правило, на котором держится Гринготтс!
— Даже если мы только что заключили крупную сделку, которая может продлиться много лет?
Крюкохват взглянул на полные мешки с драгоценными камнями у себя в руках и тут же заколебался.
Ему очень хотелось сказать, что он хочет и эти камни получить, и правила Гринготтса не нарушать.
Но, приняв во внимание недавнюю угрозу Твела, а также…
…слишком уж щедрую оплату!
— Мистер Твел, ваша цель сегодня на самом деле — госпожа Лестрейндж, верно?
Ингус усмехнулся, снова сел на место, возвращаясь к атмосфере недавних переговоров.
— Если быть точным, то ради одной вещи в ее сейфе, — прямо признался Твел.
В разговоре с таким старым лисом, как он, скрытность лишь вызывает подозрения, так что лучше сразу выложить карты на стол.
— Вы уверены, что эта вещь все еще находится в сейфе?
— Более чем.
— В таком случае, пусть Крюкохват проводит вас. — Ингус бросил взгляд на Крюкохвата.
В его голосе звучало такое равнодушие, будто они обсуждали погоду, а не незаконное вскрытие сейфа клиента.
— Но если госпожа Лестрейндж узнает… — с беспокойством спросил Крюкохват.
В Гринготтсе случались присвоения сейфов, но только когда было достоверно известно, что владелец мертв и наследников не осталось.
— У нее не будет шанса узнать об этом. А если она когда-нибудь выйдет из тюрьмы, мистер Твел наверняка не откажется помочь нам уладить эту маленькую неприятность.
Ингус хитро улыбнулся Твелу.
Эта улыбка ясно давала понять: если Лестрейндж заявится к ним, гоблины ни за что не станут скрывать его личность.
— Разумеется, мы же деловые партнеры, — Твел безразлично поднялся и ответил ему такой же теплой улыбкой.
Улыбка Ингуса мгновенно исчезла. Помолчав немного, он устало махнул рукой.
— Иди, Крюкохват, проводи этих «партнеров».
«Жадность», — с горечью подумал Ингус. Если гоблины когда-нибудь и погибнут, то только из-за своей алчной натуры.
Но отказываться он не собирался.
Да и кто из гоблинов устоит перед блеском золотых монет и драгоценных камней?
Крюкохват теперь не мог отказаться. Молча взяв небольшую сумку, он пошел вперед, выводя их из кабинета обратно в главный зал.
В отличие от того времени, когда Твел только пришел, здесь, где и так было немноголюдно, теперь остались только они втроем.
— Сейчас уже время, когда гоблины заканчивают работу.
— Кстати, а чем вы занимаетесь после работы? — с любопытством спросил Твел.
В обычной жизни он был довольно домоседливым волшебником, и за те редкие разы, когда выбирался в бары или подобные места, почти не встречал гоблинов.
Крюкохват открыл перед ними старинную дверь, за которой показался узкий каменный коридор, освещенный факелами по обеим сторонам.
— А как ты думаешь? То же самое, что и волшебники после работы. Хватит смотреть на нас как на диковинку!
Коридор представлял собой крутой спуск, вдоль которого тянулись рельсы.
Сказав это, Крюкохват свистнул, и по рельсам к ним помчалась вагонетка, точно остановившись прямо перед ними.
— А я вот правда не знаю, что делают обычные волшебники по вечерам. Я обычно читаю книги. Вы тоже?
Твел, словно любопытный ребенок, оглядывался по сторонам и продолжал расспрашивать, забираясь в вагонетку вслед за остальными.
Вагонетка была не слишком просторной, но и тесноты не ощущалось.
Крюкохват молча посмотрел на него.
— Глаза гоблинов нужны для того, чтобы оценивать драгоценные камни, а не для чтения книг!
Он резко дернул рычаг, и они помчались по рельсам.
Проехав некоторое расстояние, пути начали разветвляться, образуя под землей сложную сеть, похожую на лабиринт.
Но вагонетка, казалось, знала дорогу и без управления Крюкохвата уверенно везла их вперед.
— В богатых семьях обычно есть кузнечный горн, чтобы ковать интересные гоблинские изделия. Конечно, сейчас материалы найти трудно, поэтому все делают лишь всякие мелочи вроде значков.
— А в свободное время гоблины либо пьют и болтают, либо исследуют древние магические тайны, обнаруженные днем.
— И это тоже один из источников богатства Гринготтса.
Холодный воздух со свистом проносился мимо, отчего у Твела даже заболели глаза.
Он небрежно взмахнул рукой, и заклинание «Протего», накрывшее всю вагонетку, отсекло ледяной ветер.
— Доходно?
Крюкохват был поражен изяществом этого заклинания и лишь спустя некоторое время пришел в себя.
— Раньше было неплохо, но теперь, когда раскопано всё больше руин, добычи становится всё меньше.
— А если у меня есть заказ на магическое изделие из железа, которое я хочу поручить гоблинам, и материалы мы предоставим сами, вы возьметесь? — с интересом спросил Твел.
Теперь, когда у него появились деньги, его больше не пугала высокая стоимость работ гоблинов.
Но Крюкохват никогда не встречал настолько щедрого клиента, что на мгновение даже растерялся.
— Э-э, я не уверен в их мнении… Думаю, вряд ли?
В этот момент, по мере того как они спускались все глубже под землю, перед ними показался дракон.
Похоже, они добрались до самых глубоких сейфов Гринготтса.
Чешуя дракона посерела и местами отслаивалась от старости, в его мутных розоватых глазах читалась безнадежность. Задние лапы были скованы тяжелыми кандалами, а толстые цепи уходили к огромным кольям, глубоко вбитым в каменный пол.
Дракон, видимо, заметил их, резко повернул израненную голову и издал рев, от которого затряслась вагонетка, а следом за ним вырвался поток обжигающего пламени.
Но то ли из-за большого расстояния, то ли из-за того, что «Протего» Твела было слишком мощным, жар до них совсем не дошел.
— Не беспокойтесь, я его усмирю.
Крюкохват поспешно достал из своей сумки какие-то маленькие металлические инструменты, которые при встряхивании издавали мелодичный звон.
Однако Твел и остальные не стали их брать, а с интересом разглядывали дракона, не выказывая ни капли страха.
Еще бы, каждый из них троих мог в одиночку завалить здорового дракона, не запыхавшись, что уж говорить об этом израненном существе.
Крюкохват смущенно убрал звенелки. В этот момент вагонетка плавно остановилась перед дверью сейфа, покрытой сложными узорами. Странно, но это была деревянная дверь.
Крюкохват первым вышел из вагонетки и приложил руку к центру двери.
— На ней наложено столько заклинаний, что я даже не могу все распознать. Знаю только одно: если кто-то, кроме гоблина Гринготтса, сделает так, дверь втянет его внутрь, и он застрянет там навсегда, — с гордостью сказал Крюкохват.
Твел на этот раз не стал спорить, а лишь одобрительно кивнул, наблюдая, как дверь сейфа исчезает.
Заклинаний на ней действительно было немало, и если бы он необдуманно прикоснулся к ней, не разобравшись, ему бы не поздоровилось.
Почувствовав личность Крюкохвата, дверь исчезла, и перед глазами Твела открылся глубокий проем.
— Люмос.
Под потолком появился яркий световой шар, осветивший каждый уголок сейфа.
Твел увидел груды золотых монет, золотые кубки, серебряные доспехи, шкуры диковинных зверей, прозрачные флаконы с зельями и даже череп, на котором все еще красовалась корона.
Мальволио, казалось, не мог больше ждать и шагнул внутрь первым.
— Только простые заклинания огня и дублирующие чары. Кстати, как выглядит этот кубок Пуффендуя, о котором ты говорил?
Он принюхался и сразу определил наложенные чары.
— Все просто: это тот, на который не наложено никаких заклинаний, — усмехнулся Твел, указывая на золотой кубок, стоявший в углу.