Глава 11: Судьбы учителя и ученика, сплетенные воедино
«Бам! Бам! Бам!»
Раздались три громких удара в двери замка, после чего профессор Макгонагалл вошла в зал, ведя за собой группу первокурсников.
Первокурсники встали между столом преподавателей и столами учеников, лицом к студентам и спиной к профессорам.
Профессор Макгонагалл аккуратно поставила перед первокурсниками табурет на четырех ножках и положила на него старую, потрепанную волшебную шляпу.
Под озадаченными взглядами первокурсников шляпа пошевелилась, на ее полях разошлась широкая щель, словно рот, и она внезапно запела:
«Вы, может, скажете, я некрасива»,
«Но не судите по внешности вы»,
«Коль найдете шляпу, что лучше на вид»,
«Я готова себя проглотить».
……
«Это Распределяющая шляпа. Она умеет читать мысли юных волшебников, определять их качества и распределять по факультетам», — пояснил Филиус Флитвик, опасаясь, что Твел не поймет сути церемонии.
«Довольно любопытно. Но в Дурмстранге вещи, способные заглядывать в чужой разум и обладающие собственным сознанием, обычно...» — Твел задумался, подбирая подходящее слово. — «...не совсем нормальны».
Филиуса Флитвика позабавило это замечание, и он весело рассмеялся: «Только не говорите этого Распределяющей шляпе».
«Говорят, это шляпа самого Годрика Гриффиндора. Просто она слишком долго пылилась в кабинете директора, заскучала и теперь только и делает, что сочиняет песни к началу учебного года».
«А как она обрела способность мыслить — это вопрос к четырем основателям».
После того как песня закончилась, под бурные аплодисменты всего зала Распределяющая шляпа поклонилась каждому из четырех столов, а затем замерла, став обычной шляпой, и принялась ждать, когда к ней подойдут дети.
Профессор Макгонагалл вовремя подошла к шляпе со свитком пергамента в руках.
«Кого я назову, тот пусть выйдет вперед, наденет шляпу, сядет на табурет и ждет распределения!» — громко объявила она, а затем зачитала первое имя из списка.
«Ханна Аббот!»
Девочка с двумя золотистыми косичками, спотыкаясь, вышла из строя.
Твел не знал эту девочку, но фамилия Аббот была ему знакома — это был род чистокровных волшебников.
Через некоторое время Распределяющая шляпа вынесла вердикт.
«Пуффендуй!»
За самым длинным столом в Большом зале разразились бурные аплодисменты, некоторые ученики даже повскакивали со своих мест, чтобы пожать руку Аббот.
Церемония распределения не прерывалась из-за ликования; точнее, эти приветственные крики были неотъемлемой частью ритуала.
Твел наблюдал за тем, как первокурсники проходят распределение, чувствуя себя туристом, который пришел посмотреть на легендарное событие магического мира.
Особенно забавно было наблюдать за круглолицым мальчиком, который, услышав, как Распределяющая шляпа выкрикнула «Гриффиндор», вскочил и убежал, даже не сняв ее с головы.
В итоге ему под общий хохот пришлось вернуться и вернуть шляпу.
По мере продолжения церемонии зал оглашался новыми и новыми аплодисментами, пока не прозвучало одно имя.
«Гарри Поттер!»
В Большом зале мгновенно воцарилась тишина. Когда Гарри вышел из толпы, почти все присутствующие устремили взгляды на эту худенькую фигурку.
За четырьмя столами одновременно поднялся гул перешептываний.
«Поттер... Это тот самый Поттер?»
«Ты видел шрам у него на лбу?»
«Как думаешь, на какой факультет он попадет?»
Твел, знавший ответ, с интересом наблюдал за Дамблдором.
При упоминании имени Гарри выражение лица старика изменилось, и он даже слегка подался вперед.
Было очевидно, что он придает особое значение этому распределению.
Церемония для него длилась долго, намного дольше, чем для остальных первокурсников.
Никто не знал, о чем Гарри беседовал с Распределяющей шляпой. Известно было лишь, что спустя долгое время — возможно, полчаса — шляпа наконец раскрыла свой рот.
«Гриффиндор!»
Гарри, все еще сидевший в шляпе, наконец выдохнул. Его ноги слегка дрожали, когда он встал, в голове была пустота, но, к счастью, он не забыл вернуть шляпу на место.
«Думаю, вы слышали это имя. Но я не ожидал, что Поттер окажется не на нашем факультете, Когтевране», — с некоторым недовольством заметил Филиус Флитвик.
«Вне зависимости от факультета, он все равно будет вашим учеником, разве нет?» — с улыбкой ответил Твел.
Церемония распределения завершилась, и Дамблдор произнес: «Олухи! Пузыри! Остатки! Уловка!», после чего начался первый праздничный пир в этом учебном году.
Не успел Твел проанализировать это, как с удивлением обнаружил, что пустые тарелки перед ним внезапно наполнились вкуснейшей едой.
«Это магия еды, оставленная Пенелопой Пуффендуй. Она не создает пищу из ничего, а доставляет ее с кухни прямо на столы», — заботливо пояснил Филиус Флитвик, развеяв сомнения Твела.
Твел действительно был не знаком с подобным видом магии.
Магия еды? Может ли она усилить силу?
Однако таинственность Хогвартса в этот день раскрылась перед Твелом во всей красе.
Это совсем не то, что смотреть фильм. Когда ты находишься внутри, будучи при этом искусным волшебником, ты по-настоящему ощущаешь изящество и тонкость различных заклинаний.
Блюда на пиру были приготовлены домовыми эльфами. Хотя среди них были традиционные британские рыба и чипсы, имелось также множество аппетитных жареных стейков, курицы и прочих деликатесов.
Это оказалось намного лучше, чем он ожидал.
Еда в Дурмстранге была далека от изысканности, в основном там преобладали блюда с резким вкусом или соленья.
Прибыв в Хогвартс, Твел уже приготовился целый год питаться рыбой и картошкой.
Неудивительно, что слава Хогвартса гремит громче, чем слава Дурмстранга — одна только кухня чего стоит, она гораздо популярнее на международном уровне.
После основного блюда подали десерты — любимую часть трапезы Твела.
В прошлой жизни он обожал сладости, и после перемещения в этот мир эта привычка никуда не делась.
Он с большим интересом попробовал каждый вид мороженого, каждый пирог и каждый пудинг.
И правда, если десерт не слишком приторный, то он не может быть невкусным.
С наслаждением доев последнюю ложку лимонного пудинга, Твел остро почувствовал, что кто-то наблюдает за ним.
Проследив за взглядом, он увидел, что Гарри пристально смотрит в его сторону, а затем болезненно хватается за шрам на лбу.
Твел поднял бокал, прикрываясь этим жестом, но при этом бросил взгляд на профессора Квиррелла, сидевшего неподалеку.
Неужели это влияние души Волан-де-Морта?
Похоже, их связь глубже, чем он предполагал.
Душа — поистине глубокая и сложная дисциплина.
Твел слегка задумался об этом.
Однако на этот раз Гарри смотрел не на Квиррелла и не на Северуса Снейпа, а прямо на него, Твела.
Твел поднял бокал и с улыбкой встретился взглядом с любопытным Гарри.
Оказывается, он узнал, что он профессор. Однако так быстро проникнуться предубеждением к Северусу Снейпу... Что ж, они действительно пара учитель и ученик, чьи судьбы сплелись воедино.