Глава 231: Великий идеал
Дамблдор на мгновение притормозил.
Он действительно ясно чувствовал, что методы Твела были более мягкими, и по сравнению с некоторыми его собственными методами, их даже можно было назвать весьма дружелюбными.
Именно поэтому он выбрал разговор в качестве способа допроса, ведь он действительно не мог до конца понять замыслы Твела.
Если бы тот хотел стать Темным Лордом, ему вовсе не нужно было жертвовать своими интересами или тратить столько сил на поддержание дружеских, почти приятельских отношений со своими подчиненными.
Даже Геллерт Грин-де-Вальд, общаясь с подчиненными, держался свысока.
Но если у него нет амбиций, то к чему все эти действия? Не от скуки же он плетет интриги?
— Тогда зачем ты подталкиваешь магическое сообщество к обсуждению маглов?
— Неужели твоя светлая голова не задумывалась о том, что радикально настроенные волшебники могут начать вредить маглам из-за этого?!
— Или, может, ты не осознаешь, какую угрозу будет представлять магический мир, если маглы узнают о существовании магии?
После разрыва с Грин-де-Вальдом Дамблдор твердо встал на сторону защиты интересов маглов, с подозрением относясь к власти и методам достижения целей любой ценой.
Его нынешняя настороженность по отношению к Твелу была основана на тех же причинах.
Честно говоря, учитывая силу и потенциал Твела, он несомненно однажды сменит его на посту самого могущественного волшебника магического мира.
И тогда он уже никак не сможет помешать действиям Твела.
Поэтому Дамблдор должен был убедиться, что Твел не собирается вредить ни маглам, ни волшебникам, и что он не поведет магический мир по пути, ведущему к неминуемой гибели!
Да, Дамблдор уже ясно осознавал, что магловские технологии угрожают выживанию волшебников.
Хотя он всегда защищал и маглов, и волшебников, он не был настолько наивен, чтобы считать, что маглы не представляют угрозы для магического сообщества.
Коварство человеческих сердец он понимал с самого начала…
Однако у Твела возникло странное чувство.
«Разве это не те мысли, которые я пытался до вас донести? Почему теперь вы используете их, чтобы допрашивать меня?»
Впрочем, это косвенно доказывало, что их с учителем усилия наконец-то принесли плоды.
— И что дальше? Мы так и будем, словно крысы, прятаться в канализации, дожидаясь, пока маглы придумают крысиный яд и перетравят нас всех?
— Раз уж вы заметили мои действия, то скажу прямо: я хочу создать силу, способную противостоять маглам, насколько это возможно!
Твел резко хлопнул по столу, вскочил и подался вперед, встречаясь взглядом с удивленными глазами Дамблдора.
— Если магический мир захочет сразиться с маглами, мы станем самым острым копьем!
— Если магический мир захочет скрыться от преследования маглов, мы станем самым прочным щитом!
— У нас есть только одна цель: защитить магический мир!
Спасибо Салазару за то, что дал ему такой великий повод.
Твел довольно подумал про себя.
Что же касается того, что он тайно манипулирует общественным мнением и событиями в магическом мире…
«Ой, в последнее время голова совсем не варит, забыть о мелких деталях — это вполне нормально!»
(≖ᴗ≖)✧
Дамблдор нахмурился, не зная, что ответить.
Причина, названная Твелом, была настолько великой, что в нее было трудно поверить.
Если бы Твел сказал, что его не интересуют власть, деньги и прочие выгоды, Дамблдор, возможно, и поверил бы.
Но… хлопотать ради будущего магического мира?
В это он поверить не мог.
Однако возразить ему было еще сложнее.
Не мог же он отрицать всё только из-за чьих-то благих намерений?
Похоже, заметив колебания Дамблдора, Твел мягко выпрямился.
— Я знаю, что вы не понимаете, на самом деле почти никто этого не понимает.
— Я трачу время и силы, прохожу через всевозможные трудности, не ради славы и не ради выгоды. Так ради чего?
— На самом деле всё просто: исключительно ради самого себя.
— Я на самом деле очень эгоистичный человек, но при этом обладаю даром предвидения будущего, который сильнее, чем у кого бы то ни было! — он уверенно вскинул голову.
Не говоря уже о Дамблдоре, даже Фоукс, заразившись этой уверенностью, завороженно уставился на него.
— Я ясно предвижу: —
— Однажды маглы смогут с помощью науки обнаружить магию, раскрыть наши чары и построить математическую модель для каждого заклинания.
— Что тогда будут делать волшебники?
Твел смотрел на Дамблдора сверху вниз.
— Альбус Дамблдор, как глава Международной конфедерации магов, вы прекрасно знаете, что волшебники создали Международную конфедерацию магов и ввели Международный статус о секретности, чтобы защитить себя.
— Но сейчас времена снова меняются, Дамблдор. Пришло время сделать выбор!
Дамблдор был вынужден закрыть глаза и глубоко вздохнуть.
Впервые он почувствовал от Твела столь острый напор.
Раньше Твел всегда вел себя мягко и учтиво, будучи настоящим английским джентльменом, и хотя иногда позволял себе шалости, он всегда знал меру.
Но теперь Дамблдор по-настоящему осознал, что стоящий перед ним молодой человек — больше не тот ученик, которого нужно наставлять.
Как в плане идей, так и в плане силы, он уже обрел право вести диалог на равных!
Дамблдор открыл глаза, в них больше не было ни капли пренебрежения.
Однако он не стал отвечать резкостью на резкость, напротив, его лицо стало гораздо мягче.
— Реальный мир не так прост, Твел.
— Те, кто следует за тобой, преследуют свои цели. Они не поймут твоих идей по-настоящему.
— Они следуют за тобой только потому, что твоя сила достаточно велика и они могут извлечь из этого выгоду.
— Даже если поначалу они полны энтузиазма, что будет, когда война закончится или страсти улягутся?
— Они начнут взвешивать потери и приобретения, считать выгоду.
— И тогда, если только ты не подавишь их силой, все твои прекрасные замыслы рассыплются в прах!
— Но как только ты начнешь подавлять их силой, твои изначальные намерения изменятся…
Видя, что Дамблдор начал принимать его философию, Твел мягко опустился на стул.
— Я знаю, поэтому я всегда поддерживаю с ними дружеские отношения, пытаясь помочь им осознать кризис, в котором оказался магический мир.
— Я никогда не рассчитываю на то, что все согласятся со мной, и никогда не надеюсь, что те, кто согласен, будут поддерживать меня безоговорочно.
— Но, как вы и сказали, если мы сможем привести магический мир к лучшему будущему, число желающих последовать за нами будет только расти.
Дамблдор помолчал некоторое время.
— А что, если магический мир выберет консерватизм?
— …
Твел об этом действительно не задумывался.
В его планах, даже если большая часть магического сообщества действительно предпочла бы спрятаться, он бы исказил факты.
Более того, под его влиянием такого варианта просто не могло существовать!
Но он мог бы воспользоваться ситуацией!
— Вот поэтому я всегда и стремился заручиться вашей помощью.
— Учитель тоже говорил, что в моих идеях иногда бывают пробелы, и постоянно советовал мне учиться у вас, утверждая, что именно вы — тот наставник, который лучше всего подходит для моего обучения!
Твел с надеждой посмотрел на Дамблдора.