Глава 286: Странная ложа
Твел отбросил мысли и с удивлением взглянул на Бэгмена.
Раньше он лишь слышал, что репутация Людо Бэгмена в глазах окружающих оставляет желать лучшего, но даже не подозревал, что тот настолько проницателен в отношении всех движений Министерства магии.
— Кстати, не хотите поспорить? Ставлю десять галлеонов: независимо от того, когда Фадж уйдет в отставку, у Барти точно не будет шансов стать министром!
Бэгмен с энтузиазмом вытащил свой кошель, но Твел с первого взгляда понял, что внутри почти не осталось звенящих монет.
Неизвестно, то ли у него действительно не было денег, то ли он уже спустил их на ставки...
Что ж, причина плохой репутации найдена.
Впрочем, пари так и не состоялось: во-первых, здесь лишь немногие понимали ситуацию в Министерстве магии, а во-вторых...
Матч вот-вот начнется!
— Время вышло, давайте скорее выдвигаться!
Сириус Блэк переоделся в темно-зеленую мантию. В его облике сочетались зрелость, наложенная годами, и юношеский задор на лице; никто, взглянув на него, не поверил бы, что этот человек провел двенадцать лет в Азкабане.
Семья Уизли тут же поднялась, на их лицах сияли такие же взволнованные улыбки.
Бэгмен вспомнил, что он глава Отдела магических игр и спорта, и что на матче ему еще предстоит поработать.
Поэтому он поспешно попрощался с ними и, едва выйдя за дверь, не успев даже её закрыть, аппарировал, совершенно не заботясь о требовании Министерства магии ограничить использование магии в лагере.
Впрочем, закрывать её было и не нужно, так как Джинни вместе с Гарри, его друзьями и близнецами Уизли вошла внутрь, неся охапку купленных сувениров.
Рот Гарри растянулся в улыбке, казалось, она застыла на его лице навсегда.
— Сириус Блэк, я купил тебе телескоп и еще кое-какие шарфы...
— Ну все, сынок, — мистер Уизли прервал его, — давай раздадим подарки, когда уже сядем в ложе!
Под его предводительством Твел последовал за толпой к другой стороне леса, именно туда, где находился стадион.
Ночь уже опустилась, но в небе над лесом плыли яркие фонари, освещая им путь.
Все вокруг смеялись, крепко сжимая в руках покупки и громко обсуждая ожидания от матча.
Окружающие вели себя так же, превратив лес, который должен был быть тихим, в шумное место, откуда то и дело доносились восторженные песни.
Даже несмотря на то, что Твел любил тишину, он не испытывал неприязни к этой суматохе.
В подходящее время должна быть и подходящая атмосфера; нет нужды требовать, чтобы всё подстраивалось под твои предпочтения.
Пройдя почти двадцать минут, они наконец добрались до одного из входов на стадион, где стояла ведьма из Министерства магии и проверяла билеты.
Сириус Блэк и мистер Уизли сразу же достали приготовленные билеты, но когда дошла очередь до Твела, он неловко пошарил в пустых карманах.
Он помнил, что нужно взять билет для Сириуса Блэка, но, кажется, забыл взять свой собственный...
Но в этот момент Синтия заботливо вышла из стадиона.
— Я как раз собиралась пойти в палатку поискать тебя, не ожидала, что ты придешь так рано. Вот билет этого джентльмена, — она протянула его ведьме.
Ведьма, даже не взглянув, посторонилась.
— Первый класс, проходите прямо наверх, это будет ложа высшего уровня.
— Моя сотрудница, — тихо пояснила Синтия, после чего непринужденно поздоровалась с мистером Уизли.
Это удивило Твела даже больше, чем его собственная забывчивость с билетом.
— Когда это ты успела так сблизиться с мистером Уизли?
Пока все поднимались наверх, Твел и Синтия, отстав на шаг, тихо заговорили.
— Я со многими в Министерстве магии в хороших отношениях, — с гордостью ответила Синтия.
— Чтобы легче было действовать, я давно перезнакомилась со всеми старыми сотрудниками и перспективными новичками из каждого отдела.
— Мальволио выбрал путь подкупа, а я предпочитаю заводить как можно больше знакомств. Возможно, наши отношения неглубоки, но когда эти два метода дополнят друг друга, что бы ты ни захотел провести через Министерство магии, огромное количество людей будет следовать твоей воле!
— Ц-ц-ц, — Твел с усмешкой покачал головой, — чувствую, что с вашим усердием я выгляжу так, будто вечно бездельничаю.
Синтия улыбнулась, и её глаза превратились в полумесяцы.
— Это потому, что ты отвечаешь за ключевые узлы. Чем тебе легче, разве это не значит, что наше дело идет успешнее?
— Какое еще дело? — Корнелиус Фадж, позади которого шел Мальволио, невесть откуда возник рядом.
— Дело по поддержанию мира во всем мире, — Твел с улыбкой посмотрел на него.
После истории с Сириусом Блэком и законом против оборотней Фадж давно считал Твела и Синтию людьми Дамблдора, поэтому притворяться дружелюбным сейчас было бы слишком фальшиво.
Конечно, Твел не возражал против поддержания видимости дружеских отношений.
Фадж поперхнулся, в его глазах мелькнуло недовольство, но он не подал виду.
— Тогда не буду мешать вам беседовать, увидимся позже в ложе.
Его улыбка исчезла в тот же миг, как он отвернулся, и он, ведя за собой Мальволио, направился вниз к выходу.
— Он, кажется, стал более зрелым, — заметила Синтия.
— Нет, он просто становится всё больше похож на заправского политика, — Твел отвел взгляд от его спины.
— Пойдем, они, должно быть, уже в ложе.
Обзор из ложи высшего уровня на самом деле был не таким уж и хорошим; игроки в основном летали в средней и верхней части стадиона, так что можно сказать лишь, что здесь было комфортнее, чем на большинстве других мест.
В конце концов, у большинства мест не было мягких позолоченных кресел.
Кресел в ложе было немного, около двадцати с лишним, расставленных в два ряда.
Только семья Уизли занимала шесть мест, плюс Сириус Блэк, Гарри, Гермиона, а также Твел и Синтия, и, наконец, семья Малфоев из трех человек — половина мест здесь принадлежала людям Твела.
И это еще не считая тех чистокровных, которыми управлял Люциус, что должны были вот-вот подойти...
Похоже, дела у них шли неплохо: семья Малфоев была облачена в роскошные мантии.
Внешние мантии по-прежнему были в стиле магического мира, но вот одежда под ними... Твел все время ловил себя на мысли, что этот модный стиль больше напоминает магловские предметы роскоши.
— Говорят, Люциус сейчас очень интересуется магловским миром, пытается пробовать жить как магл и даже маскируется под них, когда выходит на улицу, — с усмешкой сказала Синтия.
— С тех пор как Люциус осознал, что ему придется порвать с образом Пожирателя смерти, он изучает, как лучше влиться в наше общество, чтобы сохранить свое положение среди чистокровных семей.
Твел невольно усмехнулся и поздоровался с Люциусом.
Люциус поначалу хотел было скривиться, увидев семью Уизли, но, заметив за ними Твела, тут же изменился в лице и расплылся в улыбке, чем вызвал крайнее изумление у мистера Уизли.
Тот-то уже приготовился обменяться с Люциусом колкостями.
Но раз уж обошлось без лишних проблем, он просто повел детей искать места.
В течение следующих получаса в ложу то и дело заходили люди. Согласно воспоминаниям Твела, большинство из них были выходцами из чистокровных семей или высокопоставленными чиновниками Министерства магии, а иногда и тем, и другим одновременно.
Однако среди них не было тех чистокровных, которых он собирался арестовать руками Барти.
Впрочем, оно и понятно: хотя мозги у этой компании были не такими радикальными, как у тех, что сидели в Азкабане, лучше они не были.
У таких людей была общая черта: их влияние в мирное время определенно не дотягивало до билетов в ложу высшего уровня.
Именно поэтому Твел мог со спокойной душой расправляться с ними.
Толку от них никакого, любят создавать проблемы, да еще и хотят, чтобы он их содержал — где это видано?
Однако некоторые из вошедших чистокровных, похоже, осознавали, что Люциус — их босс, а Твел — босс Люциуса.
Но об этом нельзя было распространяться, поэтому они лишь скованно садились на свои места, одаривая каждого из компании Твела натянутыми улыбками.
Семья Уизли, Сириус Блэк и остальные тоже почувствовали эту странную атмосферу и постепенно притихли.
В такой ситуации на шумном стадионе вдруг оказалась эта тихая ложа...