Глава 92: Изменения в диадеме
В течение следующей недели, если не считать редких поездок домой, Твел проводил время в Лютном переулке, изучая некоторые артефакты, что были у него в руках.
Диадему, Философский камень и кольцо с Воскрешающим камнем.
Это были знаменитые в магическом мире ценные предметы, и продажа любого из них могла бы поправить финансовое положение семьи Уизли.
Однако в его глазах исследовательская ценность была важнее простых денег.
Только вот за неделю исследований они с Мальволио так ни к чему и не пришли.
Сначала — диадема.
Твел в очередной раз попытался надеть её на голову.
……
— В сказках всё врут! — спустя десять минут он в раздражении швырнул диадему на стол, где её перехватил сидевший напротив Мальволио.
— Если бы эта диадема действительно была полезна, мой оригинал не стал бы делать из неё крестраж, — насмешливо заметил он.
— С твоими-то мозгами, даже если бы ты превратил в крестраж настоящую сокровищницу, я бы не удивился, — парировал Твел.
Учитывая характер Волан-де-Морта, превращение диадемы с особыми магическими свойствами в крестраж было вполне возможным.
— Эй, не нужно нас путать, — Мальволио бросил диадему перед Твелом. — Это делал Том Реддл, какое отношение это имеет ко мне, Мальволио?
Твел молча окинул его взглядом и стал ощупывать изящную диадему, которая вновь обрела свой первоначальный вид.
Время не оставило на ней следов: после того как осколок души исчез, корона сияла так же ярко, как и тысячу лет назад.
Конечно, он понятия не имел, выглядела ли она так на самом деле тысячу лет назад.
Надпись на диадеме была отчетливо видна:
«Остроумие — величайшее сокровище человека».
Честно говоря, каждый студент Когтеврана знал этот девиз, но проблема была в том, что он до сих пор не знал, как ею пользоваться.
— Раз не получается изучить, так и забей, — Мальволио взял Философский камень и повертел его в руках. — Лучше изучи этот камень, по крайней мере, магия в нём существует на самом деле.
Он взял маленькую железную ложку, лежавшую на столе, и осторожно положил Философский камень на один её край.
……
— Пф-ф, — Твел не сдержал смешка. — Ну и что ты там «изучил»? В итоге даже жизненную силу внутри него активировать не можешь!
Мальволио покраснел, по примеру Твела бросил Философский камень на стол, и тот ударился о лежавшую рядом диадему.
Именно в этот момент тонкая нить жизненной энергии потянулась к диадеме, излучая слабое магическое колебание.
Это колебание было едва уловимым, словно дуновение весеннего ветра, но ни Твел, ни Мальволио не были обычными волшебниками, поэтому они мгновенно сосредоточили внимание на диадеме.
— Она поглощает жизненную силу, но обратной магической отдачи нет, — нахмурившись, сказал Мальволио после того, как понаблюдал некоторое время.
На самом деле, диадема не только не давала магической отдачи, но и поглощенная жизненная сила словно исчезала, как будто только что хлынувшая энергия была лишь плодом их воображения.
Диадема оставалась всё той же диадемой.
— Это можно считать хоть каким-то изменением, всяко лучше, чем полная неизвестность, что была раньше, — сказал Твел.
— Я помню, что раньше диадема тоже лежала рядом с Философским камнем, почему же такие изменения произошли только сейчас?
— Это ты у себя спроси, что ты только что сделал?
Мальволио замер, вспоминая свои недавние действия.
— Я просто очень просто активировал жизненную силу в Философском камне, точно так же, как когда создавал своё тело, только в этот раз не для поглощения.
Значит, диадема тоже поглощает жизненную силу, чтобы воскреснуть?!
Неужели внутри неё обитает душа Хельги Хаффлпафф?!
Твел был напуган собственной догадкой.
Мальволио тоже осознал эту проблему, но, будучи единственным известным волшебником, создававшим крестражи, он тут же отверг такую возможность.
— Если бы внутри действительно была душа, то мой покойный «брат» не мог бы этого не знать.
К тому же, ты, возможно, не знаешь, каково это — находиться внутри крестража: это ощущение полного контроля над предметом, я чувствовал каждый его дюйм, не существовало никаких слепых зон.
Твел пришел в себя, поняв, что только что сглупил.
Диадема не могла быть крестражем Хельги Хаффлпафф, иначе он бы давно это обнаружил.
И, судя по контакту с Хельгой, основатели не опускались до таких низких способов достижения бессмертия.
Однако —
— Я, конечно, не знаю, каково это — быть крестражем, и знать не хочу, — раздраженно ответил он и встал.
Он смахнул вещи со стола в кошелек, разумеется, аккуратно положив диадему и Философский камень в отдельный мешочек.
— Эй, эй, то кольцо — это всё-таки сосуд, в котором я обитал так долго, не мог бы ты быть поаккуратнее? — пожаловался Мальволио.
Твел не удостоил его ответом.
Эта воскресшая часть души стала необъяснимо капризной и постоянно пыталась обременять его своими жалобами.
— Пошли, нужно забрать кристаллы у Горбина.
С его движением лицо начало постепенно меняться, снова принимая облик Дамблдора.
— Видя столько магии рядом с тобой, я больше всего жалею о том, что в своё время не уделил должного внимания трансфигурации.
Твел, направляясь к выходу, сказал: — Ты же создан из жизненной энергии, разве не можешь просто придать себе любое лицо?
— Я могу следовать только облику души, становясь моложе, или оставаться лысым, как в диадеме.
Магазин «Борджин и Бёркс».
Когда они пришли, магазин только открылся.
— Прошу прощения, мистер Персиваль, в последнее время я не высыпался, стал сонливым, — Горбин с улыбкой пригласил их войти.
За время их общения он понял, что этот мистер Персиваль к нему довольно дружелюбен.
По крайней мере, готов платить, и немало.
— Ты намекаешь, что мы мешаем тебе спать? — Мальволио, идя следом за Твелом, недоброжелательно уставился на него.
Что ж, этот мистер Мальволио был не так уж дружелюбен.
— Прошлый раз мы были неправы, я и не думал, что защитная магия может ослабнуть из-за стен.
— Но впредь такого не повторится, — Твел с улыбкой извинился перед Горбином.
— Я вовсе не виню вас, — Горбин подобострастно поклонился. — Что касается вашего заказа, я всё выполнил.
Он проворно подошел к прилавку и достал маленький мешочек: — Здесь два кристалла, можете проверить.
Твел еще не успел протянуть руку, как Мальволио первым выхватил их и высыпал два сверкающих кристалла себе на ладонь.
— Неплохо, — Мальволио прищурился от удовольствия, почувствовав защитные свойства кристаллов. — Только защитная способность слабовата.
Он тут же принялся что-то бубнить с Горбином.
Что касается Твела, то он с интересом разглядывал черный шкаф перед собой.
Если он не ошибался, это был Исчезательный шкаф, который постепенно исчезал из магического мира.
С помощью определенного заклинания он открывал проход, соединяющий два места.
Но из-за того, что их легко повредить, а также из-за распространения аппарации, Исчезательные шкафы сейчас редко попадались на глаза волшебникам.
Твел не понимал принципа работы Исчезательного шкафа, так же как не понимал, почему Гарри Поттер оказался внутри него.
— Это, должно быть, сломанный Исчезательный шкаф? — спросил он, указывая на шкаф.
— Конечно, — Горбин тут же прекратил спор с Мальволио и, подняв голову, громко сказал: — Даже неизвестно, где находится второй такой же.
Почувствовав, как дыхание внутри шкафа участилось, Твел с усмешкой постучал по нему дважды.
— Довольно интересно, не продадите?
Он вспомнил сюжет фильма и мгновенно понял причину появления Гарри здесь.
Горбин удивленно открыл рот, к счастью, Мальволио озвучил его мысли: — Зачем тебе покупать эту штуку? Она ни безопасная, ни удобная.
— Просто прихоть, — Твел пожал плечами. — Если мистер Горбин найдет второй, я готов купить его, даже если он будет сломан.
— Я буду иметь это в виду для вас, — не раздумывая, согласился Горбин.