Глава 401: Питер Петтигрю
Гарри даже не пришлось напоминать: Волан-де-Морт, едва выбравшись из котла, осознал, что позади него стоит крепкий молодой человек!
— Ты кто такой?!
Он резко обернулся; если бы котел был поменьше, они бы едва не столкнулись нос к носу...
Впрочем, Волан-де-Морт успел разглядеть этого человека.
Черные глаза, высокий рост, бледное лицо — но не мертвенно-бледное, как у самого Волан-де-Морта, — и черты лица, по-юношески свежие, но при этом пугающе зрелые, словно высеченные из камня.
Если не считать красных искорок, изредка вспыхивающих в глазах, в его облике не было ни капли высокомерия или агрессии.
Он выглядел более зрелым, чем в школьные годы, но куда мягче, чем во времена кольца!
Никто бы не поверил, что это его собственное молодое обличье...
Увидев свое отражение, словно в зеркале, Волан-де-Морт на мгновение провалился в воспоминания, но тут же взял себя в руки!
— Ты не только крадешь мою душу, но и хочешь воскреснуть моими руками?! У тебя что, своих врагов нет, чтобы раздобыть ингредиенты?!
Осознав замысел Мальволио, он пришел в ярость.
Услышав это, Мальволио вдруг почувствовал, что действительно перегнул палку.
— Э-э... вообще-то, я так и сказал Твелу, но он посчитал, что одного котла хватит, и не стоит переводить ингредиенты зря. В конце концов, костей старого отца осталось не так уж много.
— Но почему мы так сильно отличаемся?
Он протянул руку и, опустив голову, принялся осматривать и ощупывать свое крепкое, сильное тело.
Судя по всему, даже когда создавался этот крестраж, он не был таким здоровым — такое состояние разве что сразу после выпуска из школы!
А после того как он покинул «Борджин и Бёркс» и десять лет странствовал, из-за создания множества крестражей и экспериментов с темной магией его тело сильно иссохло.
Значит, он помолодел?
Впрочем, получив наконец настоящее, живое тело, а не оболочку, собранную из жизненной силы, Мальволио перестал обращать внимание на такие мелочи.
По крайней мере, теперь он выглядел куда ближе к возрасту Твела~
Лицо Волан-де-Морта напротив становилось все мрачнее.
Его не волновал внешний вид, дело было в том, с какой невозмутимостью Мальволио этим хвастался!
Он, бывший носитель души, стоял прямо перед ним, а Мальволио еще имел наглость выставлять напоказ свое тело!
— Это тело все еще мое! Ты всего лишь придаток, который я отбросил!
Волан-де-Морт взмахнул рукой, его тело отлетело назад, а брошенная на землю мантия сама накинулась на него. Что еще важнее — он подобрал свою палочку!
— Отбросил? — Мальволио это слово не понравилось.
— Ты забыл, что тебя тоже зовут Том Реддл?!
— Нет.
Заметив, что Мальволио задет, Волан-де-Морт самодовольно усмехнулся.
— Том Реддл — это прошлое. Сейчас и в будущем я — Волан-де-Морт, и только Волан-де-Морт!
Мальволио холодно посмотрел на Волан-де-Морта и тоже взмахнул рукой — заранее приготовленная мантия окутала его тело.
Когда он вытянул руку из рукава, на виду у Волан-де-Морта оказалась крепко сжатая палочка.
Это заставило его усмешку стать еще шире.
— Я думал, тебе просто не нравится имя отца, но не ожидал, что ты захочешь вычеркнуть все свое прошлое, — разочарованно произнес Мальволио.
Он давно знал: с тех пор как Волан-де-Морт начал поглощать другие души, это означало желание порвать с прошлым.
Но он не думал, что тот сделает это так решительно!
— Верно! — Волан-де-Морт облизнул губы алым языком, словно змея перед охотой.
— Прошлое делает человека уязвимым, а имя Том Реддл для меня — тяжкое бремя!
— Авада Кедавра! — Он резко взмахнул палочкой, без колебаний направляя смертельное заклятие в свою вторую половину души!
Наклонив голову и увернувшись от зеленого луча, Мальволио облегченно улыбнулся.
«Я, Мальволио, унаследовал прошлое, настоящее и будущее Тома Реддла. А Волан-де-Морт родился в этот миг, но он навсегда останется лишь Волан-де-Мортом, не имеющим ничего общего с Томом Реддлом!»
— Тебе стоило найти хорошего учителя. Те, кто помнит прошлое, на самом деле обладают самой сильной волей!
— Диффиндо!
Он ответил ответным режущим заклятием.
— Ха, и это твоя самая сильная воля? — Волан-де-Морт презрительно увернулся от пролетевшего мимо головы заклинания.
Мальволио не только не разозлился, но даже перестал пытаться атаковать.
— Может, для начала посмотришь, что у тебя за спиной?
— Крак.
Раздался треск, Гарри почувствовал, как путы ослабли, и неожиданно для себя рухнул на землю.
Честно говоря, ему нравилось наблюдать за тем, как Волан-де-Морт дерется с кем-то другим, и он не особо хотел привлекать его внимание.
Встретившись взглядом с разъяренным Волан-де-Мортом, Гарри поспешно вскочил на ноги.
— Э-э, продолжайте? Можете считать, что меня здесь нет...
— Как ты смеешь...
— Пф.
Невысокая фигура внезапно оказалась брошена прямо к ногам Волан-де-Морта.
А к Гарри подошли Виктор Крам, Флёр Делакур и Седрик Диггори!
— Седрик! — радостно воскликнул Гарри, и этот возглас прозвучал как пощечина для Волан-де-Морта.
— Как ты выжил? Э-э, я имею в виду... что произошло? Я помню, как Авада Кедавра попала в тебя!
Вспоминая момент, когда он стоял на пороге смерти, Седрик улыбнулся — улыбкой человека, спасшегося от гибели.
— Это магия «маленьких призраков», которой нас научил профессор! Протего не может остановить Аваду Кедавру, а вот они — могут! — радостно выпалил он, совсем не похожий на свой обычный, мягкий образ.
Глядя на озадаченного Гарри, Виктор Крам пояснил: — Эти призраки создаются из души, поэтому он принял Аваду Кедавру вместо Седрика, но его собственная душа не пострадала!
— Конечно, ударная волна все равно была, ведь это Авада Кедавра, произнесенная Тот-Кого-Нельзя-Называть, — Седрик потер грудь, которая все еще ныла от боли.
В момент попадания он просто упал от силы удара, а боль от падения на землю заставила его потерять сознание. Он пришел в себя лишь тогда, когда его задело отголосками битвы Питера с Виктором и остальными, и воспользовался моментом, чтобы устроить засаду на Питера.
— Хо... хозяин. — Питер Петтигрю выглядел неловко.
Изучив кое-какую магию у Волан-де-Морта, он должен был легко справиться с двумя учениками, но никак не ожидал, что его подловит «мертвый» Седрик.
— Идиот!
Идеальный план воскрешения с прошлого лета постоянно терпел неудачи, он даже лишился последнего осколка души. А теперь он не смог убить даже одного ученика!
Чем больше Волан-де-Морт думал об этом, тем сильнее злился. Его душа и без того была крайне нестабильна, и теперь вокруг него забурлила яростная магическая энергия.
Почувствовав недоброе, Мальволио поспешно поднял палочку:
— Уходите оттуда, дети!
Твел, все это время наблюдавший из тени, тоже понял, что дело плохо. Не желая тратить время даже на то, чтобы дойти, он аппарировал прямо перед Гарри, который стоял ближе всех к Волан-де-Морту, и заслонил собой учеников.
— Профессор! — Гарри никогда еще не чувствовал себя в такой безопасности, даже кровь, сочащаяся из ран на лице, казалась ему теплой.
Не успел он прикрыть лицо, как вдруг мощная волна магической энергии, исходящая от Волан-де-Морта, словно взрыв, обрушилась на них!
— Хо... хозяин!
Сквозь бледно-голубое Протего профессора Гарри увидел, как Питер в ужасе смотрит на него. Волан-де-Морт схватил Питера за горло, приподнял над землей, позволяя тому беспомощно болтать ногами в воздухе.
— Ты, бесполезный трус, принеси мне свою последнюю преданность!
Глаза Волан-де-Морта стали глубокими и жуткими, Питер тут же застыл, не в силах пошевелиться — точь-в-точь как в прошлый раз. Но на этот раз Волан-де-Морт не был так милосерден!
Из-за нехватки кислорода и стремительного высасывания души Питер мог лишь издавать звуки, похожие на сдувающийся воздушный шарик.
— Я... я гораздо больше, чем вы все думаете...!
Волан-де-Морт не дал ему закончить, даже если дальше следовало всего одно простое слово — «храбрее».
Руки, которыми он держался за Волан-де-Морта, безвольно опустились. В глазах Питера на миг мелькнул отблеск воспоминаний, но по мере того, как душа покидала его, этот свет постепенно угас. Как и его никчемная жизнь.