Глава 63: Геллерт Грин-де-Вальд
Рождественский сочельник.
Австрия, небольшой трехэтажный дом рядом с Венским университетом.
Этот дом выглядел совершенно неприметно и ничем не отличался по стилю от остальных домов в этом районе.
Однако снег на небесно-голубой крыше лежал идеально ровным слоем — ни прибавить, ни убавить, а сугробы у входа были аккуратно расчищены в стороны.
Судя по виду, это больше напоминало кубики, расставленные человеком с обсессивно-компульсивным расстройством, нежели хаотично выпавшие природные осадки.
Эта дотошная эстетика выдавала в хозяине дома весьма неординарную личность.
В следующую секунду на пустой улице внезапно возник изящный женский силуэт.
Несмотря на холодную зиму, на ней было лишь шерстяное пальто, а под ним — довольно легкий женский костюм.
Темно-красный наряд идеально подчеркивал её стройную, статную фигуру, придавая образу деловой вид и одновременно наделяя не по годам зрелой элегантностью.
Над лебединой шеей возвышалось мягкое, утонченное лицо, а собранные в прическу черные волосы делали её похожей скорее на традиционную восточную женщину, чем на представительницу славянского этноса.
Синтия Васика — так звали эту элегантную девушку.
Она с усмешкой посмотрела на снег, который был разглажен так ровно, будто его по крупицам выравнивали лопатой.
— И какой же магл будет так делать? — пробормотала она с досадой. — Твой учитель всё никак не успокоится.
Затем она зашагала вперед, не торопясь.
Цок, цок, цок...
Звук каблуков на улице был едва слышным, как и само её внезапное появление, оставшееся никем не замеченным.
Однако стоило ей приблизиться к дому, как раздался звон колокольчика, и дверь, словно по волшебству, отворилась, открывая взору темный коридор.
Синтия ничуть не удивилась и привычно шагнула внутрь.
Она чувствовала себя здесь как дома, поэтому, даже несмотря на выключенный свет, безошибочно прошла на кухню.
Небрежно бросив пальто на стул, она привычным движением включила свет и с радостью начала доставать из своей сумочки продукты, приготовленные специально для этого вечера:
жареную индейку, курицу, стейк и всевозможные овощи, и, конечно же, обязательный набор разнообразных сладостей и конфет.
— Очень любезно с твоей стороны так постараться, зная, как я люблю сладкое, — прозвучал насмешливый старческий голос.
Синтия, не оборачиваясь, ответила:
— Это приготовлено не для тебя. Надеюсь, ты не съешь всё, как в прошлый раз.
Старик безразлично пожал плечами и принялся рассматривать конфеты.
— О, мои любимые лимонные дольки, — с удовольствием произнес он, отправляя конфету в рот и довольно прищурившись. — Впрочем, я поблагодарю тебя от имени Твела.
Услышав это имя, Синтия обернулась и с легким вздохом посмотрела, как старик пробует каждый десерт.
Его некогда худощавое тело за последние годы немного окрепло и теперь с трудом заполняло темно-зеленую пижаму.
Однако годы оставили на его лице слишком глубокие следы, и лишь глаза по-прежнему оставались спокойными и невозмутимыми.
Казалось, после того как он похоронил свое прошлое, уже ничто не могло его удивить.
— Профессор Грин-де-Вальд, я уже много раз говорила, — Синтия поставила последнее блюдо на стол, — не ешьте одни сладости, это вредно для здоровья!
Старик помедлил, решая оставить своему единственному ученику порцию лимонного пудинга, а остальное, разумеется, забрать себе.
— Да-да, конечно, я оставлю Твелу немного.
Синтия покраснела, и её движения стали чуть более суетливыми.
Грин-де-Вальд с улыбкой окинул взглядом её наряд и поддразнил:
— Ему, конечно, нравятся элегантные наряды, но тебе всего восемнадцать, ты даже на каблуках ходить толком не умеешь. Это совсем не подходит твоему образу.
Пойманная с поличным, Синтия, раскрасневшись, сердито взглянула на старика.
— Я просто иногда пробую так одеваться! Не то что ты — ничего не хочешь пробовать. Неудивительно, что Твел ненавидит твои закостенелые взгляды!
Грин-де-Вальд, ничуть не обидевшись, сел во главе стола и, пробуя конфеты, ответил:
— Если бы мне было наплевать на его слова, разве стал бы я жить в этом магловском районе?
— О?
Синтия с удивлением посмотрела на старика. Она-то думала, что это просто его странная причуда — жить в доме маглов, где нет никаких следов магии.
— Не считай меня таким уж консерватором. В те времена, когда твои родители еще даже не родились, у меня... у нас были самые радикальные идеи в мире.
— Полагаю, ты не заметила, что неподалеку находится магловский университет? — с ностальгией произнес Грин-де-Вальд. — Это самый известный университет в стране.
— Я каждый день хожу туда и наблюдаю за студентами-маглами, их профессорами и учеными.
— Поначалу я насмехался над их исследованиями — в конце концов, магия — это божественное чудо, превосходящее всё, что они могут создать. Но с тех пор, как Твел отвел меня в их глубочайшие лаборатории, я понял...
Он невольно сжал кулаки, и в его глазах промелькнула жесткость.
— Прогресс маглов идет быстрее, чем кто-либо из нас предполагал. Не пройдет и ста лет, как их технологии сравняются с магией.
— И что самое пугающее — они продолжают ускоряться!
Синтия не удивилась этим словам. Скорее, она уже давно глубоко восхищалась Твелом именно из-за подобных его рассуждений.
Поэтому она подчеркнула:
— Твел предвидел это.
Грин-де-Вальд рассмеялся. Этот ученик стал его последним достижением в жизни.
— Да, он предвидел эту тенденцию яснее, чем кто-либо другой. Именно поэтому я покинул Нурменгард.
— Я хочу своими глазами увидеть, как он воплотит в жизнь то, что не удалось мне!
Говоря это, старик погрустнел и пробормотал:
— Если бы я тогда мог, подобно Твелу, выбрать более подходящие средства... разве всё не могло сложиться иначе?
Видя, что он погружается в печальные раздумья, Синтия поспешила сменить тему:
— Кстати о Твеле, почему он до сих пор не пришел? Может, что-то задержало его в пути?
Неуклюжая попытка девушки заставила Грин-де-Вальда усмехнуться, и он, воспользовавшись моментом, отбросил грустные воспоминания.
— Не волнуйся. С его силой найдется немного людей, способных его задержать. Просто он сказал, что должен сначала поужинать с семьей, прежде чем приехать сюда.
Синтия разочарованно надула губы и потянулась, чтобы отобрать у Грин-де-Вальда пирожное, к которому он уже собирался приложиться.
— Только когда придет Твел!
Она вложила столько сил в этот ужин, и большая часть блюд была приготовлена ради Твела. Нельзя позволить съесть всё просто так — даже учителю Твела!
— Дзинь-дзинь.
У входа послышался шум, и вскоре на кухне появился статный, красивый мужчина — тот, кого девушка так долго ждала.
Твел с улыбкой посмотрел на них обоих.
— Прошу прощения, подготовка подарков для студентов заняла немного времени.