Глава 322: Проверка волшебных палочек
Деннис в неформальной обстановке был неожиданно оживлен, и даже то, что Твел был профессором, не мешало ему вприпрыжку идти впереди и указывать путь.
— Профессор, я только что видел там репортера и фотографа!
— М-м-м.
— Это значит, что вас будут фотографировать или даже брать интервью?! — он возбужденно вытаращил глаза, словно это он стал чемпионом.
— Возможно. Но раз уж приехали репортеры, репортаж точно будет, — безразлично ответил Твел.
Урок еще не закончился, в замке было тихо, и звуки их голосов в коридоре звучали особенно отчетливо.
Деннис на мгновение приуныл, но быстро воспрял духом.
— Кстати, профессор, если вы стали чемпионом, не станут ли задания опаснее?
Под его предводительством Твел уже увидел открытую дверь в класс.
— С чего ты взял?
— Потому что вы участвуете! Если бы задания остались прежними, рассчитанными на студентов, то для вас это было бы совсем неинтересно, верно?
— ...Возможно.
Можно сказать, что это истинный Гриффиндор: фокус внимания совсем не такой, как у других факультетов.
— Ну ладно, — теперь Деннис действительно был разочарован.
Проводив Твела до двери, он вежливо помахал ручкой и побежал прочь.
Твел шагнул в открытую дверь.
Это был небольшой класс, не идущий ни в какое сравнение с тем огромным кабинетом, который Твел использовал для теоретических занятий.
Поэтому, чтобы освободить место впереди, парты были сдвинуты к задней стене.
Однако три парты были сдвинуты вместе перед доской, и на них лежала длинная бархатная ткань.
Позади парт стояло пять стульев. Людо Бэгмен, выпрямив спину, сидел на одном из них, с улыбкой оглядывая присутствующих.
Седрик Диггори и Флёр Делакур о чем-то беседовали, но Флёр выглядела рассеянной, погруженной в свои мысли, лишь изредка покачивая головой в ответ на слова Седрика.
Виктор Крам стоял в углу, выглядя несколько одиноко, и равнодушно наблюдал за оживленной сценой.
Личный фотограф Риты Скитер возился со своей черной камерой, но краем глаза украдкой поглядывал на Флёр.
Мадам Максим и Игорь Каркаров перебрасывались парой слов, их взгляды метались между чемпионами.
Казалось, они оценивали силы своих подопечных и соперников.
С тех пор как Твел решил участвовать в качестве показательного участника, Каркаров был очень недоволен. Он считал, что при такой силе Твел не должен был подчиняться указаниям Дамблдора, и поэтому, по-детски обидевшись, некоторое время почти не разговаривал с ним.
— Почему вы стоите здесь? — раздался голос у Твела за спиной.
Твел, не оборачиваясь, понял, что это Дамблдор, но прежде чем он успел ответить, Бэгмен вскочил и подошел к ним.
— Наконец-то вы пришли! Мы вас ждали. Конечно, я не тороплю вас, мистер Олливандер.
Твел обернулся и увидел, что за его спиной стоит Олливандер — самый известный в Британии и один из трех величайших мастеров волшебных палочек в Европе.
— Давно не виделись, мистер Олливандер.
— Взаимно, мистер Фоули, но у меня о вас остались самые яркие впечатления, — на старческом лице Олливандера появилась мягкая улыбка.
Однако он не стал ничего объяснять, а снова посмотрел на Бэгмена.
— Итак, все чемпионы в сборе?
— Все здесь... — Бэгмен огляделся. — Ах да, Поттер еще дает интервью Рите.
Закончив, он хотел было направиться к кладовке для метел, но Дамблдор опередил его.
— Я сам, Людо. А ты подготовь всех остальных.
Бэгмен безразлично пожал плечами и повел Олливандера к центру класса.
— Господа, церемония проверки волшебных палочек вот-вот начнется. Прошу чемпионов занять свои места. Судей также прошу занять свои места, чтобы засвидетельствовать справедливость этой процедуры.
Он указал на специально подготовленные стулья. Для чемпионов тоже были приготовлены места — у входа.
В этот момент Дамблдор вышел вместе с Гарри. Рита, следовавшая за ними, выглядела явно недовольной, но, заметив еще более недовольный взгляд Твела, тут же испуганно втянула голову в плечи.
— Отлично. Тогда церемония проверки волшебных палочек официально начинается? — Бэгмен обратился за подтверждением к Дамблдору.
— Начинай, — Дамблдор подтолкнул Гарри к месту для чемпионов и сел на судейское кресло.
Твел, воспользовавшись моментом, вместе с семенившей за ним Ритой подошел к дверям и встал рядом с Виктором Крамом.
— Что это был за репортаж о заседании Конфедерации во время летних каникул?
Его взгляд был прикован к Флёр, чью палочку проверял Олливандер, но Рита ощутила сильное давление.
— Я... я думала, вам понравится такая статья... Я опиралась на многие статьи профессора Чарити Бербедж... Моя была даже не такой прямолинейной... — запинаясь, объясняла Рита.
— Но! — Твел стиснул зубы. — Слишком прямолинейно!
— Ты хоть знаешь, сколько в Конфедерации сторонников Дамблдора?
— Они не приехали на заседание не потому, что у них нет квалификации, а потому, что выращенное ими новое поколение уже стало самыми известными волшебниками в своих странах!
— А из-за твоих сравнений, где одних возвышают, а других принижают, я оказался в неловком положении из-за их недопонимания!
На самом деле все было не так серьезно, и, по иронии судьбы, это даже помогло Твелу познакомиться с еще большим количеством волшебников уровня «древних чудовищ».
Как, например, тот экзаменатор, который когда-то принимал экзамен у Дамблдора — в магических сообществах разных стран на самом деле есть такая прослойка волшебников.
В их возрасте они, возможно, занимаются лишь самыми базовыми делами, но если говорить о влиянии — те волшебники из Конфедерации, которые годятся Твелу в дедушки, должны называть их учителями!
А критиковать нужно было строго, иначе Рита и дальше писала бы статьи по своему усмотрению.
Рита была так отчитана, что не могла вымолвить ни слова, или, точнее, не смела.
Виктор Крам, напротив, странно покосился на них.
Казалось, он вроде бы понял эти слова, но в то же время — словно ничего не понял.
Впрочем...
— Твел, твоя очередь.
— О, спасибо.
Заметив, что все взгляды устремились на него, Твел тут же сменил выражение лица на улыбку.
— Беспокою вас, мистер Олливандер.
Твел решительно протянул свою палочку.
— Ах да, это та самая палочка...
Олливандер с чувством взял её и слегка приподнял, позволяя всем разглядеть эту прекрасную палочку в лучах солнца, пробивающегося снаружи.
Гарри и остальные уже видели эту уникальную серебристо-белую палочку профессора, но только сегодня, только сейчас они заметили, что на ней есть особые таинственные узоры.
Похоже на бесчисленные золотые нити, которые плотно обвивали палочку в искусной спиральной структуре.
— Осина, сердечная жила дракона, одиннадцать с четвертью дюймов. Я отчетливо помню тот момент, когда передал её вам.
Олливандер пристально посмотрел в глаза Твелу.
— Потому что это была последняя осиновая палочка, проданная из моей лавки.
— Осина? Почему я никогда не слышал о таком материале для палочки? — с интересом спросил Каркаров.
— Потому что их становится всё меньше. Я даже не слышал, чтобы кто-то из волшебников сейчас пользовался такой палочкой. Полагаю, это последняя, которую я смог найти.
— Она очень мощная?
— Смотря как вы понимаете мощь, профессор Каркаров, — Олливандер слегка поклонился.
— Осиновая палочка необычайно верна и предана только своему хозяину. Конечно, это потому, что она выбирает хозяев, которые обычно обладают твердой волей и целеустремленностью.
— Они более склонны к исследованиям и новому порядку, чем большинство волшебников. Можно даже сказать, что это палочка революционеров.
— В XVIII веке существовал Дуэльный клуб под названием «Серебряное копье», который принимал только владельцев осиновых палочек.
— К сожалению, осталось не так много волшебников, которых может выбрать осина.
— Судя по вашим словам, я думал, что это палочка, усиливающая способности владельца, — Каркаров недовольно скривил губы.
Видя, как серьезен был Олливандер, он решил, что Твел так силен именно благодаря обладанию этой особой палочкой.
Оказалось, что «особая»-то она есть, но в плане помощи в бою она, возможно, уступает даже его собственной палочке из терновника!
— Существует много палочек, усиливающих способности, но для волшебника именно твердая воля является символом силы.
Олливандер не стал, как в случае с другими чемпионами, проводить тестовые заклинания палочкой Твела, а просто вернул её ему.
— Разве не так, мистер Твел Фоули?
Твел принял палочку и слегка улыбнулся ему.
— Палочка выбирает волшебника, но и волшебник выбирает палочку, не так ли, мистер Олливандер?
Старое лицо Олливандера тут же расплылось в улыбке, он даже слегка согнулся.
— Конечно! Не ожидал, что вы в столь юном возрасте осознали это!