Глава 479: Розовая жаба позорится сама
Долорес Амбридж проигнорировала слова Твела и, не обращая ни на кого внимания, нашла в кабинете стул, усевшись сбоку от Твела и Гарри.
Затем, с самым серьезным видом, она достала блокнот и перо.
— Продолжайте, не нужно…
— Тогда давайте сначала обсудим условия становления мракоборцем, — Твел совершенно проигнорировал Амбридж, размышляя о правилах Сектора мракоборцев.
— В требованиях Министерства магии к набору мракоборцев, помимо базовой защиты от темных искусств, нужны еще четыре сертификата Ж.А.Б.У. с оценкой не ниже «Выше ожидаемого».
— Но многие волшебники не становятся мракоборцами обычно из-за строгих тестов на характер и способности. Если ты действительно собираешься стать мракоборцем, то заранее развивать…
Амбридж нашла момент, чтобы вклиниться в разговор, и нетерпеливо прервала Твела кашлем.
— Полагаю, профессор Твел давно не интересовался положением дел в школе. У мистера Поттера сейчас ужасные оценки, и я сомневаюсь, что у него будет шанс попасть на мои углубленные курсы.
— А я помню, что у тебя были отличные оценки, — Твел с притворным удивлением посмотрел на Гарри.
— Даже такие бездарности, как Квиррелл и Локонс, могли получить высший балл «Превосходно». Неужели профессор в этом году еще хуже, чем они двое?
Гарри не удержался и хихикнул, бросив взгляд на пришедшую в ярость Амбридж, прочистил горло и с самым серьезным видом выпрямился.
— На самом деле профессор Игорь Каркаров преподает очень хорошо. Он, как и профессор Аластор Грюм в прошлом году, учит нас защищаться от темных искусств на практике.
— Только Министерство магии запретило такой метод обучения, и теперь мы вынуждены изучать магию только по учебникам.
Видя, что Гарри так подыгрывает, Твел тоже притворно удивился:
— Как можно изучать магию по текстам? Писать эссе?
— Нет, это еще бесполезнее, — на лице Гарри тут же появилось недовольство. — Это просто чтение и зазубривание, соревнование в памяти, а не в заклинательном мастерстве!
— Минус десять очков с Гриффиндора, — бесстрастно произнесла Амбридж, хотя перо, сжатое в её руке до деформации, выдавало всю её внутреннюю ярость.
— Насколько я помню, когда профессор Твел вел уроки у студентов, он тоже проводил для них множество письменных тестов, разве я не права?
Твел не успел ответить, как Гарри поспешно и громко возразил:
— Верно, но у профессора это было…
— Мои методы полностью соответствуют предписаниям Министерства магии. Студенты могут изучать магию лучше и безопаснее, точно так же, как в магическом мире…
— Но магический мир небезопасен! — Гарри, которого игнорировали, сердито уставился на Амбридж, готовый броситься на нее с кулаками.
Однако Амбридж, увидев, как Гарри вышел из себя, лишь довольно усмехнулась.
По крайней мере, это радовало её куда больше, чем общение с Твелом…
— Похоже, ты получил недостаточно уроков, нужно назначить тебе еще одну отработку…
Видя, что Гарри снова грозит отработка, Твел поспешил переключить внимание Амбридж на себя.
— Я не хочу вмешиваться в работу Министерства магии, но раз уж профессор Амбридж утверждает, что этот метод обучения лучше, как это доказать?
Её речь снова прервали. Амбридж невольно нахмурилась, её жабьи глаза уставились на Твела, и внутри у нее все кипело от ярости.
— В Министерстве магии много экспертов по образованию…
— Но успеваемость студентов заметно снизилась, — Твел безразлично снова перебил её, глядя ей прямо в глаза с нескрываемой угрозой.
— Амбридж, если результаты студентов на экзаменах С.О.В. и Ж.А.Б.У. в этом году будут неудовлетворительными, то вы, как глава Департамента магического образования, примете удар на себя первой.
— Невозможно! — Амбридж в испуге вскочила, пытаясь придать себе значимости, несмотря на свои короткие ножки.
— Мои методы преподавания соответствуют правилам Министерства магии, если студенты будут послушно следовать…
— Сложность экзаменов из года в год примерно одинакова. И хотя я не хочу присваивать себе заслуги, успеваемость студентов по защите от темных искусств неуклонно росла.
— Если в этом году не только не будет роста, но и появятся явные признаки регресса, как вы думаете, чья это будет вина?
Твел даже не собирался вставать, чтобы противостоять ей; он лениво откинулся на спинку стула, слегка задрав голову и глядя на неё.
В обычных обстоятельствах, имея поддержку Фаджа, Амбридж не пострадала бы, даже если бы успеваемость студентов упала.
Но сейчас ситуация в Министерстве магии изменилась!
Фадж и Барти противостоят друг другу в Министерстве. Теперь и Амбридж приходится действовать осторожно: стоит ей дать хоть малейший повод, Барти ни за что не упустит шанса использовать её, чтобы утвердить свой авторитет!
Проще говоря, если Фадж уйдет в отставку, её не обязательно выгонят из Министерства.
Но если появится предлог, то, независимо от того, останется Фадж или нет, Барти наверняка вышвырнет её из Министерства!
Проработав в Министерстве долгие годы, Амбридж быстро осознала намек Твела и не могла не прийти в ужас и ярость.
Она растерянно отступила на шаг, её беспокойный взгляд метался между Гарри и Твелом, но видела она лишь насмешку и торжество.
— Вы… вы…
Она долго запиналась, не в силах придумать достойного оправдания, и даже почувствовала, что если останется здесь хоть на минуту дольше, Твел сорвет с неё все её прикрытия!
— Вы крайне невежливы, перебиваете меня уже в который раз! — она в панике схватила свой блокнот, в котором едва успела сделать пару записей, и поспешно выбежала из кабинета.
— Вы просто невероятны, профессор! — как только Амбридж покинула кабинет, Гарри не удержался от восхищения.
Это был первый раз, когда после того, как он поставил Амбридж на место, он не только не получил наказания, но и увидел, как она позорно сбежала!
— Это ты слишком неопытен, — Твел закатил глаза. — Чтобы справиться с такими, как Амбридж, нужно сохранять хладнокровие. Чем больше ты злишься, тем больше она торжествует.
— Судя по тому, как сильно ты подвержен эмоциям, в изучении Окклюменции у тебя наверняка нет никакого прогресса.
Услышав про Окклюменцию, Гарри тут же сник.
— Нельзя ли найти кого-то другого, чтобы учить меня? — пожаловался он Твелу.
— Снейп совершенно не хочет учить меня по-настоящему. Мне все время кажется, что он намеренно путает мои мысли, чтобы Волан-де-Морт мог проникнуть в мой разум!
— Например? — с любопытством спросил Твел.
Гарри не ожидал, что профессора это заинтересует, и на мгновение удивился, прежде чем прийти в себя.
— Ну, например, в последнее время, когда я сплю, я вижу… э-э, я даже не знаю, как это описать…
Он с тревогой вспоминал содержание того сна.
— Я как будто…
— Замени его на Волан-де-Морта. Чьими бы глазами ты ни видел все это, ты — Гарри Поттер, а он — Волан-де-Морт, — Твел внушил ему эту мысль.
Честно говоря, он не совсем понимал нынешнее поведение Волан-де-Морта.
Без противостояния с Гарри на кладбище Волан-де-Морт вряд ли захотел бы завладеть Пророческим шаром.
Тогда зачем он установил связь с разумом Гарри?
Конечно, нельзя исключать, что эта связь пассивна…
Получив поддержку от профессора, Гарри почувствовал, что его тревога немного улеглась.
— Я… он тренирует своих приспешников! — с опаской сказал он.
— Те странные великаны, да и он сам… они полны жажды разрушения и убийств. У меня такое чувство… будто он хочет каким-то образом заявить о своем возрождении!