Глава 505: План охоты
Как бы они ни ворчали про себя, острые вопросы Дамблдора всё равно поставили в тупик Барти и Бабаджиде.
Что касается Корнелиуса Фаджа, то, глядя на то, как эти двое мечутся в нерешительности, он расцвел, в очередной раз радуясь своей прозорливости: иначе с кислой миной сидел бы он сам!
— Что с тобой происходит? — пользуясь тем, что в зале совещаний воцарилась недолгая тишина, прошептала Долорес Амбридж, обращаясь к Фаджу.
Отставка Фаджа не стала для неё неожиданностью: он всегда был трусливым человеком. Раньше он противостоял Дамблдору из страха перед возрождением Того-Кого-Нельзя-Называть, а теперь ушел в отставку из страха перед самим Дамблдором — это было вполне закономерно.
Но почему сейчас он выглядит так, будто нашел себе нового покровителя, и радуется до потери рассудка?
А как же я?!
Амбридж раздраженно уставилась на Фаджа, словно на подлеца, ожидая от него объяснений.
Вчера вечером она приняла на себя большую часть гнева Дамблдора, хотя не исключено, что Дамблдор целился именно в неё.
Но даже если она не совершила подвига, она хотя бы старалась, а ты, Фадж, скрываешь секреты — как она может смириться с этим!
— Мне сложно тебе объяснить. В любом случае, сейчас я спокоен, и советую тебе не вмешиваться в дела этих великих людей.
Фадж чувствовал себя неловко: всё-таки Амбридж помогла ему провернуть немало грязных дел.
Однако утром он осторожно расспросил Твела и узнал, что Амбридж им совсем не по душе.
В такой ситуации его предупреждение — это максимум, что он мог сделать!
Но Амбридж не оценила этого и с недоверием посмотрела на Фаджа.
Если бы министром стал кто-то другой, она бы еще смирилась, но Фадж рекомендовал Барти.
Как только Барти займет пост, власть, за которой она так отчаянно гналась, мгновенно испарится!
— Трус! — прошипела она, сдерживая гнев, но её голос прозвучал в зале совещаний оглушительно резко. — Я не собираюсь идти с ними на компромисс!
— Вы правы, Долорес Амбридж.
Твел внезапно заговорил, чем напугал Амбридж и разом привлек к ней всеобщее внимание.
Она-то думала, что их разговор был конфиденциальным, но, оказывается, Твел всё время следил за ней и Фаджем.
Оказавшись в центре внимания, Амбридж испуганно посмотрела на остальных: — Я... я имела в виду... я не собираюсь идти на компромисс с Тем-Кого-Нельзя-Называть!
— ...
Сама Амбридж, осознав, что сказала, с трудом поверила своим ушам, не говоря уже об остальных.
— Неважно.
Твел помолчал мгновение и насмешливо пожал плечами.
— Согласно отзывам учеников Хогвартса, у нас достаточно доказательств того, что вы незаконно применяли темную магию к несовершеннолетним волшебникам.
— Полагаю, вы помните ту фразу, которую произнесли на уроке? Как она там звучала?
Он притворился, что вспоминает, а затем отчетливо произнес: — Профессор не имеет права применять проклятия к ученикам!
— Вы нарушили закон, Амбридж!
— Перси, будь добр, уведи госпожу Амбридж. Джон Долиш ждет снаружи.
— Слушаюсь, профессор.
Перси больше не притворялся, с улыбкой подчинился и крепко схватил Амбридж за руку, когда та попыталась вырваться, совершенно не заботясь о «коллегиальных» чувствах.
— Вы не можете так поступить! — в панике закричала Амбридж. — Это Фадж! Да, именно он отдал мне приказ!
— Я не приказывал ей использовать проклятия, особенно против учеников! — поспешно оправдывался Фадж.
Но никто не обратил на него внимания; все с недоумением смотрели на замолчавшего Твела.
Никто не возражал против ареста Амбридж, но этот внезапный шаг Твела выглядел так, будто он просто искал повод.
— Ты хочешь показать мне таким образом, что так называемая «жесткость» Министерства магии заключается в уничтожении любой угрозы в зародыше?
Дамблдор слегка приподнял веки, и его ясный взгляд, пронзив стекла очков, упал на Твела.
Хотя атмосфера их необъяснимого противостояния не была направлена ни на кого конкретно, все присутствующие невольно ощутили напряжение.
Если эти двое начнут драться, что им делать: бежать или спасаться бегством?!
— А как иначе? — легко ответил Твел, сводя на нет едва уловимое давление Дамблдора.
Конечно, то, что исходило от Дамблдора, нельзя было назвать давлением — скорее, это была проверка.
В конце концов, речь шла о Волан-де-Морте и дальнейших действиях всего магического сообщества, поэтому и ему, и Твелу приходилось проявлять осторожность!
— Волан-де-Морт стал явно безумнее, чем в прошлый раз. Нет великанов, зато появилась стая вампиров; нет половины Пожирателей смерти, зато прибыла новая партия темных волшебников со всей Европы!
— Дамблдор, никто не даст гарантии, что Волан-де-Морт не поведет эту ораву разорять мир маглов!
— Каждое наше жесткое действие против них — это спасение чьих-то жизней!
События произошли только вчера вечером, и, судя по тому, что Орден Феникса полагается лишь на Северуса Снейпа и источники в Министерстве магии, Дамблдор явно еще не успел узнать о текущем составе приспешников Волан-де-Морта.
Честно говоря, вчерашняя битва с Волан-де-Мортом доставила ему удовольствие; можно сказать, за последние десятилетия он не получал такого кайфа от драки.
Это неизбежно заставило его немного недооценить Волан-де-Морта.
Поэтому, после напоминания Твела, лицо Дамблдора невольно стало серьезным.
Он ведь рассчитывал, что благодаря сотрудничеству с Твелом удастся идеально задушить Волан-де-Морта и его силы в колыбели!
— Полагаю, нам нужно усилить обмен разведывательными данными.
Остальные замерли, не понимая, что вызвало такую внезапную перемену в Дамблдоре.
Но Твел удовлетворенно улыбнулся.
Его контакты с Дамблдором за эти годы всё-таки принесли плоды!
— И не только разведданными. Орден Феникса и Министерство магии должны сотрудничать. Пока они не столкнутся с самим Волан-де-Мортом, им совершенно нечего бояться этой кучки слабых Пожирателей смерти и темных волшебников!
— Поэтому...
Уголки его губ изогнулись в жестокой усмешке, из-за чего его красивое лицо впервые показалось присутствующим искаженным.
— Мы можем начать охоту на Пожирателей смерти!
— Глоть.
За исключением Синтии, которая тоже улыбнулась, Фадж, Барти и Бабаджиде одновременно сглотнули слюну, и звуки их глотков были отчетливо слышны в мгновенно затихшем зале совещаний.
Бабаджиде первым нарушил тишину, спросив сухим голосом: — А как же магия... как избежать того, чтобы мир маглов...
— Международный статус о секретности существует для защиты волшебников. Если он не может защитить волшебников, то какая от него польза?!
Барти вторым задал свой вопрос: — Как Мракоборцы Министерства магии смогут обеспечить свою безопасность, если встретят...
— Их будут возглавлять могущественные волшебники. Даже если они встретят Волан-де-Морта, они смогут уйти невредимыми!
Наконец, не только присутствующие в зале, но даже вернувшийся Перси перевели взгляд на Фаджа, который еще не проронил ни слова, словно ожидая, что он укажет на лазейку в плане охоты.
— Э-э...
Фадж чувствовал, что этот момент заставляет его нервничать даже больше, чем выборы министра, но, вспомнив, что он уже сделал шаг вперед, он глубоко вздохнул и медленно произнес: — Вы...
— ...не против поужинать со мной сегодня вечером?
— ...
Как и в случае с ошеломлением Фаджа, Дамблдору пришлось признать: хотя план охоты на Пожирателей смерти звучит очень жестоко, это лучший, а возможно, и единственный шанс ослабить Волан-де-Морта на данный момент!
Что касается раскрытия магии...
Если не победить Волан-де-Морта, магия рано или поздно все равно будет раскрыта!
Дамблдор прекрасно это понимал, поэтому вовсе не зацикливался на таких мелочах, как Бабаджиде.