Глава 24: Наживка заглочена
Твел с любопытством разглядывал хозяина заведения.
Высокий и худой, с длинными седыми волосами и бородой, он смотрел на мир равнодушными ярко-голубыми глазами.
Если бы не знание сюжета, Твел ни за что не связал бы его с директором Дамблдором.
Да, это был родной брат Дамблдора, Аберфорт Дамблдор.
Старший брат — величайший белый волшебник, знаменитый директор Хогвартса, а младший — владелец захудалого бара в маленькой деревушке.
Похоже, Твел засмотрелся, что вывело хозяина из себя. Аберфорт нетерпеливо повторил вопрос:
— Посетитель, вы определились? Сливочное пиво, огневиски или, может, хотите снять комнату?
— Одной бутылки сливочного пива будет достаточно.
Твел легко нашел свободный столик, как раз на таком расстоянии от Квиррелла, чтобы не привлекать внимания, но всё слышать.
Квиррелл тоже заказал сливочное пиво и теперь пил его в одиночестве.
По сравнению с другими барами, здесь было довольно тихо, если не считать Хагрида, который играл в карты и громко обсуждал с кем-то магических существ.
Однако, взглянув на принесенную бутылку сливочного пива, Твел тут же потерял всякое желание ее пробовать.
Грязи на ней было больше, чем жира на волосах профессора Северуса Снейпа, и это было даже отвратительнее, чем запах чеснока, исходящий от Квиррелла.
Аберфорт наверняка сделал это нарочно, чтобы отомстить за его недавнюю бестактность.
Оба брата с возрастом становились всё более ребячливыми!
Твел слегка покачал головой.
А что до пива — ну его к черту.
Сидя в баре, Твел не стал открыто наблюдать за Квирреллом, а вместо этого, как и тот, прислушивался к разговорам окружающих.
— Говорят, в Гринготтс пробрался Тот-Кого-Нельзя-Называть, и ему удалось сбежать.
— Ты отстал от жизни. Тот-Кого-Нельзя-Называть вычистил Гринготтс до дна, гоблины теперь ломают голову, как покрыть убытки.
— По-моему, это всё инсценировка самого Гринготтса: присвоили себе вклады клиентов, а теперь валят всё на вора!
Лицо Твела, скрытое капюшоном, слегка дернулось.
«На что я вообще рассчитывал?»
Похоже, Квиррелл чувствовал то же самое: его плечи опустились, он явно потерял терпение и уже положил руку на стол, собираясь встать.
В этот момент Хагрид внезапно произнес фразу, которая заставила Квиррелла замереть.
— Это ты еще трехголового пса не видел. Я его год растил, был вот такой кроха, — он показал размер ладонью, — а вымахал до самого потолка. Единственная беда — три головы постоянно дерутся между собой.
Одной этой фразы хватило, чтобы Квиррелл снова сел ровно и принялся внимательно слушать болтовню Хагрида.
Однако Хагрид лишь вскользь упомянул пса, а дальше принялся рассуждать о своей любви к драконам, что явно разочаровало Квиррелла.
Но Твел теперь точно знал, зачем Квиррелл пришел сегодня вечером.
«Значит, всё еще мучается с трехголовым псом».
Уголки его губ дрогнули в усмешке. Он взял свою нетронутую бутылку пива и пересел к Хагриду.
Это движение не было заметным: вокруг Хагрида постоянно толпились люди, наблюдавшие за игрой.
Сев рядом, Твел немного посидел молча, наблюдая, а затем неожиданно подал голос:
— У меня тоже есть трехголовый пес, дружище. Они такие дикие, ума не приложу, как тебе удалось его приручить. Если бы я не знал их слабостей, давно был бы разорван на куски.
Зацепившись за тему, Хагрид оживился. Немногие хотели обсуждать с ним магических существ, ведь его взгляд на них отличался от общепринятого.
— Да всё просто! Трехголовые псы любят вареное мясо, но и от сырого не откажутся. Корми их сырым мясом, а во время дрессировки давай вареное — и они будут послушно выполнять все команды.
Хагрид с воодушевлением продолжал рассказывать, но Твел уже не слушал. Ему нужно было знать только одно:
Наживка заглочена.
С того самого момента, как он завел разговор о трехголовом псе, он чувствовал на себе чей-то пристальный, скрытный взгляд.
И можно было не гадать: так долго следить мог только Квиррелл.
Поблагодарив Хагрида, Твел поспешно покинул бар, притворяясь волшебником, который, узнав ценный совет, теперь спешит домой дрессировать своего пса.
Однако, выйдя из бара, он замедлил шаг и неспешно направился к окраине деревни, идя по пустой улице.
Квиррелл оказался терпелив: он следовал по пятам, но не приближался, видимо, не боясь, что Твел аппарирует.
Стоя на краю деревни, Твел, напротив, потерял терпение и изобразил неуклюжую попытку аппарировать.
И точно: Квиррелл тут же выскочил из тени.
— Друг, не уходи, — его голос звучал нарочито бодро, он пытался усыпить бдительность Твела. — Может, поболтаем?
— Ты кто такой? — Твел сделал вид, что испугался, и отступил на два шага. — Мне пора домой, так что извини, не до разговоров.
— Не спеши, мой друг, — Квиррелл достал мешочек, который мелодично звякнул. — Ответь всего на один маленький вопрос, и получишь двадцать галлеонов. Проще простого.
Твел едва сдержал смешок.
Хагрида он пытался подкупить драконьим яйцом, а до него снизошел лишь до двадцати галлеонов.
К тому же, он вовсе не собирался выкладывать всё сразу.
Твел притворился, что его заинтересовали деньги, помедлил и спросил: — И что же ты хочешь узнать? Не обещаю, что знаю ответы на слишком сложные вопросы.
— Всё просто: скажи мне, в чем слабость трехголового пса.
Квиррелл соблазнительно потряс кошельком.
Твел скрестил руки на груди и с издевкой ответил: — Это не такой уж простой вопрос. Думаю, ты просидел в баре столько времени, но так и не получил ответа, верно?
Квиррелла охватил гнев: Твел явно издевался над ним.
— Не зазнавайся! На худой конец, я сам спрошу у того великана! — прошипел он сквозь зубы.
— Ну так иди и спрашивай, — Твел махнул рукой. — Я буду здесь на следующей неделе. Можешь подойти, если так и не узнаешь ответа.
Не дожидаясь ответа, он мелькнул и мгновенно исчез, не оставив и следа от своей прежней неуклюжести.
Квиррелл тут же понял, что его одурачили!
Тот испуганный вид был притворством, чтобы усыпить его бдительность!
— Ты проявил неосторожность, — раздался зловещий голос из-под капюшона Квиррелла.
Квиррелл тут же схватился руками за грудь и подобострастно прошептал: — Хозяин, это моя вина. Тот человек не так прост, как кажется.
— Я говорю о том, что с самого начала в баре это ТЫ был у него на прицеле!
Голос Волан-де-Морта стал резким и яростным, отчего Квиррелл вздрогнул всем телом.
— Я… я не понимаю, мой повелитель.
— Этот человек с самого момента, как вошел в бар, следил за тобой! Он видел каждое твое движение, идиот!
Волан-де-Морт тоже был в ярости, ведь он сам осознал это лишь мгновение назад.
Он, великий Темный Лорд, позволил какому-то выскочке водить себя за нос!
— На следующей неделе ты обязан вернуться. Вытряси из этого человека душу, я хочу знать, что у него внутри!