Глава 122: Второе нападение
Твел еще не знал, что Дамблдор наблюдает за ним, или, вернее сказать, он и сам все это время наблюдал за Дамблдором, так что в этом отношении они, можно сказать, сошлись во мнениях.
Когда он вернулся в кабинет, было еще рано, поэтому он воспользовался этим временем, чтобы немного почитать.
Недавно он освоил новый метод: точно контролировать магию, не создавая целую комнату, а материализуя только ту книгу, которую хотел прочесть.
Это экономило силы и время.
Прошло немало времени, как вдруг прямо перед ним с искрами появилось перо феникса. Вместе с опускающимся пером до него донеслись слова Дамблдора:
— Твел, мне нужно, чтобы ты пришел в больничное крыло.
Твел с любопытством поймал перо.
Он знал, что перья феникса могут передавать сообщения без ограничений, но эта функция передачи голоса казалась ему даже удобнее, чем Заклятие Патронуса.
Может, в следующий раз, когда пойду в кабинет директора, выдернуть немного перьев у феникса?
Только вот не знаю, захочет ли Фоукс...
Погруженный в свои мысли, он спустился со второго этажа.
Когда он пришел в больничное крыло, там уже собралось несколько профессоров.
Профессор Макгонагалл и мадам Помфри были в пижамах, накинув сверху халаты, однако Дамблдор и Северус Снейп все еще были в дневных мантиях и, похоже, не собирались ложиться спать.
Неужели они проговорили до такой поздней ночи? Неужели на «стукачество» уходит столько времени?
Твел злорадно усмехнулся про себя.
Стоявшая с краю профессор Макгонагалл сразу заметила его задумчивое лицо и поспешно уступила место.
— Твел, ты как раз вовремя, помоги осмотреть этого ребенка.
Твел был хорошо знаком с тем, кто лежал на больничной койке — это был Колин Криви.
Его тело застыло, лицо было бледным и безжизненным, точно так же, как в прошлый раз с миссис Норрис.
— Думаю, мы все видим, что ребенок окаменел, — сухо произнес Северус Снейп.
— Верно, — Твел редко соглашался с ним, но тут кивнул. — И это то же самое, что и в прошлый раз.
— Однако твой значок, по-видимому, не сработал.
Северус Снейп приподнял значок под мантией Колина, который ярко блеснул в тусклом свете.
— То, что Колин окаменел, не значит, что значок бесполезен. На самом деле, он вполне мог спасти его.
Мудрые глаза Дамблдора остановили дальнейшие расспросы Северуса Снейпа, и он взял в руки фотоаппарат Колина.
— Есть ли шанс, что он запечатлел нападавшего? — с надеждой спросила профессор Макгонагалл.
Дамблдор ничего не ответил, а лишь осторожно открыл заднюю крышку камеры.
Из фотоаппарата с шипением вырвалась струйка горячего дыма, сопровождаемая едким запахом плавящегося пластика.
— Боже мой, что это значит? — профессор Макгонагалл удивленно прикрыла рот рукой.
«Это значит, что даже если бы он не сгорел, пленка все равно засвечена», — Твел довольно усмехнулся.
Целыми днями фотографировал его, и вот наконец-то эта надоедливая камера уничтожена. Было бы еще лучше, если бы заодно сгорели все компрометирующие фотографии.
— Это значит, что Тайная комната снова открыта, — серьезно сказал Дамблдор.
— Оповестите всех профессоров, пусть следят за безопасностью студентов.
К тому же, оба нападения произошли недалеко от третьего этажа. Твел, ты и... впрочем, неважно. Просто будь внимателен и сразу сообщай нам, если что-то заметишь.
...
В воскресенье, поскольку были выходные, большинство студентов замка еще не знали о нападении на Колина.
Однако смышленый Перси услышал кое-что от Гарри, который как раз выписался из больничного крыла.
— Профессор, я слышал, что произошло еще одно нападение, это правда? — набрался он смелости спросить перед началом занятия.
— Да.
Твел вкратце объяснил, что произошло прошлой ночью.
Перси тут же нахмурился.
Он ведь видел, как Рон и его друзья бродили по третьему этажу. Хотя кабинет профессора тоже находился здесь, если они столкнутся с нападавшим, профессор может и не успеть прийти на помощь.
Видя его состояние, Твел успокоил его: — Не волнуйся, пока они носят значки, их базовая безопасность обеспечена.
Перси неуверенно кивнул.
— Что ж, основываясь на твоих тренировках, думаю, ты можешь попробовать освоить простую темную магию.
— Правда? — беспокойство Перси как рукой сняло.
В последнее время он практиковался в контроле намерений и злых помыслов, но, к его удивлению, он еще толком не изучил темную магию, зато контроль над обычной магией значительно улучшился.
Теперь-то он наконец сможет изучить настоящую темную магию.
— Конечно. Темная магия на самом деле очень проста, — улыбнулся Твел.
— В магическом мире принято считать, что темные заклинания делятся на три категории: сглазы, проклятия и порчи.
— Но, на мой взгляд, любая магия, способная нести злой умысел и причинять непоправимый вред, является темной.
Перси опешил: — Значит, обычная магия тоже может считаться темной?
— Именно.
Твел взмахнул палочкой, и на ее конце появился огонек, который подрагивал, словно маленький фонарик, парящий в воздухе.
— Это Инсендио.
Затем он снова взмахнул палочкой, и маленький огонек со свистом был поглощен жарким сине-фиолетовым пламенем.
Даже через стол Перси чувствовал мощную разрушительную силу сине-фиолетового пламени и зловещее намерение, разъедающее душу.
— Это Адское пламя?
— Да. По сути, это одно и то же заклинание, но из-за разницы в способе применения Адское пламя сложнее контролировать, и оно обладает большей разрушительной силой.
Перси радостно выпрямился.
— Неужели сегодня я буду учить Адское пламя?
Твел многозначительно улыбнулся: — Ты угадал, но прежде чем приступить, тебе нужно довести Инсендио до совершенства.
— Это не проблема, еще в прошлом году я полностью разобрал Инсендио, — уверенно сказал Перси, похлопав себя по груди.
Десять минут спустя.
— Профессор, мне кажется, я недостаточно глубоко понимаю это заклинание...
Лицо Перси было покрыто потом от жара пламени, влажная челка слегка подпалилась, а и без того не прямые волосы стали еще более кудрявыми.
Он сидел на полу, совершенно изможденный, и от его обычной невозмутимости старосты не осталось и следа.
А перед ним лежал круг, выложенный из спичек.
Верхняя часть спичек была белой, а остальная — черной, как смоль.
Только пропорции были везде разными.
Перси должен был, контролируя маленький огонек от Инсендио, по очереди вкладывать в заклинание разные доли злых помыслов, чтобы поджигать спички в этом кругу.
И нельзя было медлить: если затянуть, предыдущие спички гасли, и нужно было продолжать поджигать их по кругу.
Но к тому моменту, когда его магические силы иссякали, он успевал поджечь от силы половину спичек.
Услышав слова Перси, Твел оторвался от книги и взглянул на него.
— Отдохни, — Перси обрадовался, — а потом продолжим.
— ...Есть, профессор.