Глава 625: Атмосфера накалилась до предела
В то время как Твел с интересом наблюдал за оживленной сценой перед собой, Дэвид Фрост, только что закончивший интервью с несколькими волшебниками и послами, не удержался и подошел ближе.
Он уже давно не мог сдержать любопытство, и даже во время интервью с другими был рассеян, постоянно поглядывая на Твела.
Как только он увидел, что Твел пришел в себя, он, прихватив оператора, широкими шагами направился к нему.
Конечно, несмотря на опыт интервью с главами многих государств, после того как он стал свидетелем столь невероятной для магического мира битвы, его тон стал гораздо мягче.
— Здравствуйте, мистер Тэвейэр Фоули. Я специальный корреспондент Би-би-си. Рад видеть, что вы одержали победу в этой… захватывающей битве.
Фрост совершенно не знал, как описать эту невероятную битву.
Сказать, что она была хороша? По сравнению с технологиями современной войны, то, как двое людей размахивали деревянными палками, выглядело, мягко говоря… архаично.
Но сказать, что плоха? Помилуйте, взгляните на эту изрытую воронками землю.
Битва, в которой взмахи палочками вызывают землетрясения, дополненная таинственными способами полетов волшебников — по элегантности и разрушительной мощи это не идет ни в какое сравнение с самолетами и артиллерией современной войны!
— Благодарю.
Твел понимал важность этого репортажа даже лучше Фроста, поэтому не возражал против того, чтобы попасть в кадр.
Раз уж дело дошло до такой драки, прятаться дальше было бы просто глупо.
Увидев дружелюбный настрой Твела, Фрост просиял.
Он знал, что этот молодой человек обладает огромным политическим влиянием во всем мире и, более того, способен вершить судьбы мира, влияя на отношения между двумя сообществами.
Возможность взять интервью у Твела, пусть даже короткое, была для него пределом мечтаний!
— После одержанной победы, не хотите ли вы что-нибудь сказать всем, и особенно зрителям перед экранами телевизоров?
— Сказать что-нибудь?
Твел с любопытством моргнул.
Слова Фроста вызвали у него странное чувство возвращения в современное общество, или, скорее, ощущение чего-то знакомого, поэтому он с интересом разглядывал камеру перед собой.
Фрост же, заранее изучив материалы, знал, что волшебники оторваны от современных технологий, и решил, что Твел просто не понимает, что это за электронное устройство.
В конце концов, он только что узнал, что до этого момента здесь невозможно было использовать электронику.
— Да, это могут быть слова о радости победы или ваше послание миру, достаточно будет всего нескольких фраз.
— Возможно, вы не осознаете, но как минимум миллионы, если не десятки миллионов зрителей только что наблюдали за вашей захватывающей дуэлью, и сейчас они испытывают к вам наибольший интерес!
Твел приподнял бровь, склонил голову перед объективом, о чем-то размышляя.
— Вы можете говорить прямо, камера и микрофон передадут ваши…
— Доброе утро, дамы и господа, — внезапно произнес Твел.
Фрост нахмурился. Неизвестно почему, но в душе у него шевельнулись сомнение и сожаление.
Хотя на лице Твела играла мягкая улыбка, Фрост почувствовал в ней какую-то политическую двусмысленность.
Впрочем, то, что он берет интервью у Твела, быстро заметили окружающие. Они перевели взгляды на них, пристально вглядываясь в Твела, словно ожидая чего-то.
В конце концов, он был здесь главным героем!
Заметив это, Твел невольно улыбнулся с легкой досадой.
Изначально он не планировал ничего говорить — всё, что нужно было сказать, было выражено в только что закончившейся битве.
Но теперь, когда атмосфера накалилась до предела, молчать казалось неправильным.
Подумав, Твел сделал шаг вперед. Он не стал смотреть прямо в камеру, как раньше, а обвел взглядом всех присутствующих, оставив телезрителям лишь свой профиль.
— Прошу прощения, что продемонстрировал вам таким образом некоторые… искусные приемы ведения боя волшебниками. Но будьте уверены, как…
Он взмахнул рукой, указывая на Мракоборцев, которые усердно арестовывали темных волшебников и Пожирателей смерти.
— Столько волшебников готовы встать на защиту мира во всем мире, и все средства, которые я использовал, были направлены лишь на то, чтобы предотвратить войну.
— Или, вернее сказать, предотвратить то, что могло бы разрушить наши отношения!
Его взгляд медленно скользнул по толпе.
В отличие от несведущих юных волшебников, взрослые — как маги, так и маглы, — знающие о сложности человеческих отношений, задумались над глубоким смыслом его слов.
— Этот мир несовершенен, и, как можно предвидеть, в будущем он вряд ли станет намного лучше. Более того, я не стану утверждать, что слияние магии и технологий непременно принесет благо всему человечеству — это было бы безответственным заявлением.
— Но я всегда готов верить в лучшее в этом мире. Не потому, что он прекрасен сам по себе, а потому, что мы можем построить его таким, каким хотим видеть.
— Господа!
Глядя на погруженных в раздумья людей, Твел слегка взглянул в камеру, и его голос стал еще тверже.
— То, куда движется этот мир, зависит не от меня и не от лидеров государств. Это зависит от вас, это всегда было и будет в руках каждого из нас.
— Каждый наш поступок, каждый наш выбор приближает этот мир к тому облику, который мы хотим видеть. Хорошим или плохим он станет — выбор всегда остается за нами.
Твел высоко поднял правую руку, сжав её в кулак, но не стал продолжать в пафосном тоне, а мастерски сменил тему.
— Я знаю, что поспешная отмена Международного статуса о секретности неизбежно вызовет у многих панику и замешательство. Это вполне естественно.
— Но я также верю, что если мы сохраним дружелюбный настрой, магия и технологии станут не оружием убийства, а мощным двигателем, который выведет нас на новый путь и сделает нашу жизнь гораздо удобнее!
Твел говорил решительно, не прибегая к высокопарным фразам о защите мира во всем мире или благе для всего человечества.
Для большинства людей куда важнее видеть, что их жизнь становится удобнее, а здоровье — защищеннее.
Конечно, этого уже более чем достаточно!
В этот момент Фрост нерешительно произнес: — Но ведь технологии нередко используются в военных целях…
Он не пытался спорить, просто слишком идеалистичные заявления легко могут породить у общественности нереалистичные иллюзии.
А если иллюзии рухнут, виноватым окажется Твел, который их пообещал.
Он и не подозревал, что Твел только этого и ждал.
— Но удобства, которые приносят технологии, гораздо значительнее, Фрост, — Твел бросил взгляд на собеседника, сохраняя спокойный тон. — Мы все знаем, что абсолютного мира не существует, но это не значит, что мы должны отказываться от прогресса из-за страха перед трудностями.
— Волшебники могут использовать свои способности, чтобы защитить обычных людей от более масштабных преступлений;
— Зелья обладают множеством удивительных свойств, способных излечить болезни, с которыми не справляются технологии, и даже продлить человеческую жизнь;
— Магические артефакты могут воплотить в жизнь многое из того, что пока недоступно технологиям, вплоть до пространственной телепортации.
— И это лишь чистая магия. А если объединить её с технологиями, высвободившаяся сила будет ничуть не меньше, чем результат промышленной революции!
— В совокупности, пока у человечества есть потребность в развитии, развитие и расширение магии и технологий — это неизбежная необходимость!
— Ввиду этого…
Хотя обстановка была не самой подходящей, момент казался слишком внезапным, а кое-какие приготовления еще не были завершены…
Но когда Твел увидел, что его слова тронули собравшихся, особенно членов Международной конфедерации магов во главе с Бабаджиде, он невольно глубоко вздохнул.
— Когда Международный статус о секретности начинает препятствовать этой неизбежной тенденции, мы должны задуматься: есть ли у этого закона право на существование?
В тот момент, когда Твел слегка заколебался, Дамблдор твердо кивнул ему.
Почувствовав поддержку, он сразу обрел уверенность.
— Поэтому я объявляю…
— «Международный статус о секретности Международной конфедерации магов», официально принятый в 1692 году и действовавший 305 лет, сегодня, в 1997 году, официально отменяется!
Как только слова были произнесены, на поле воцарилась тишина. И как раз в тот момент, когда Твел подумал, что сказал что-то не то, толпа…
…взорвалась ликованием и громом аплодисментов!