Глава 283: Малое добро подобно великому злу, великое добро кажется безжалостным
Услышав слова Мальволио, Твел тоже посмотрел в яму на земле.
Красивая двенадцатифутовая змея была крепко связана магическими путами и, как бы ни извивалось её тело, оставалась прикованной к земле, не в силах пошевелиться.
Однако перед ней лежала груда костей. Несмотря на густой, вызывающий у Твела тошноту запах крови, на них не осталось ни капли плоти.
— Это не змея съела, плоть была содрана магией, — мрачно произнёс Мальволио.
Казалось, он по-настоящему осознал, что его оригинал всё глубже погружается в пучину тьмы, достигнув степени, которую даже он сам с трудом мог принять.
— То есть, жизненная сила Волан-де-Морта поддерживается за счёт плоти этих маглов?
— Да. Простое поглощение жизненной силы позволило бы ему лишь обрести иллюзорное тело, подобное моему, но только поглощение плоти позволяет ему претендовать на некое подобие живого тела.
Теперь Твел по-настоящему осознал весь ужас происходящего.
Здесь было не меньше десяти скелетов. Это означало, что за те несколько дней, что он провёл здесь, он убил по меньшей мере десятерых маглов только ради того, чтобы получить бесполезное тело.
И больше всего Твела злило не то, что погибло десять человек, а само пренебрежение Волан-де-Морта к жизни.
— Почему? Ни в твоих воспоминаниях, ни даже в воспоминаниях из диадемы я не чувствовал такой жестокости.
Во время прошлой магической войны Волан-де-Морт действительно убил многих, например, тех инферналов, с которыми они разобрались на днях, и число жертв было даже больше.
Но тогда он убивал ради цели, а теперь он перестал заботиться о целях и, словно дикий зверь, находит удовольствие в самом процессе убийства.
Уровень этого безумия оказался куда выше того, что он видел в сюжете!
— Может, за эти годы с ним случилось то, о чём мы не знаем?
— Вполне возможно, — Мальволио согласно кивнул. — К сожалению, поглощение крестража не даёт доступа к воспоминаниям оригинала.
— Впрочем, нет нужды зацикливаться на этом. Как бы силён ни был оригинал, нас с тобой, да ещё и вместе с Дамблдором, хватит, чтобы раздавить его.
— Всё не так просто, Мальволио, — взгляд Твела, обычно твёрдый, впервые дрогнул.
— Бывают вещи, которые, как я знаю, причиняют вред невинным, но если они выгодны мне и помогают достичь цели, я позволяю себе закрывать на это глаза и даже намеренно игнорирую их порочность.
— А потом убеждаю себя, что я лишь пользуюсь обстоятельствами, что не я их убил напрямую, и какое мне до этого дело.
— Чем тогда я отличаюсь от бывшего учителя или нынешнего Волан-де-Морта?
— С каких это пор ты стал таким наивным? Наше дело не построишь выступлениями с трибуны, кровь и жертвы неизбежны, — Мальволио посмотрел на него со странным выражением лица.
— Это не святошество, а самоанализ, — Твел отвёл взгляд. После минутного колебания его глаза снова стали решительными.
— Для тех, кто наверху, эти люди, возможно, лишь единицы в статистике, но для их близких и друзей — это живые жизни.
— Но я также знаю, что слияние мира волшебников и маглов неизбежно принесёт неисчислимые страдания, однако, если ждать пассивного слияния, эти страдания будут ещё ужаснее!
— Поэтому я должен стать сильнее, мои планы должны быть совершеннее, чтобы этот процесс прошёл как можно более мирно.
— Я хочу оградить от опасности тех, кто не должен пострадать, и лишить всех врагов возможности дать отпор!
По правде говоря, идея отмены Международного статуса о секретности раньше была для Твела скорее попутным делом ради самосохранения — в конце концов, из-за проклятия он стал гораздо больше ценить свою жизнь.
Но теперь, под лучами солнца, пробивающимися в окно, его воля по-настоящему окрепла!
Он собирался не просто защитить себя, а защитить каждого, кто стремится к мирной жизни. Он не допустит, чтобы трагедии, подобные той, что случилась с Регулусом, повторились!
Твел внезапно усмехнулся и покачал головой.
Вряд ли кто-нибудь поверит, если я скажу это вслух, верно?
Но мне плевать, как меня понимают люди. Жизнь дана, чтобы прожить её с чистой совестью.
Я хочу защитить их, и это не имеет к ним никакого отношения!
Мальволио не знал, что творилось в голове у Твела, и лишь молча закатил глаза.
— Сейчас всё, что может собрать оригинал, — это кучка фанатиков из Азкабана да безумный Барти Крауч-младший. Какое к чёрту сопротивление он может оказать?!
Он считал, что Твел слишком осторожен. Его планы и так были продуманы до мелочей, учитывались даже все возможные варианты провала.
Честно говоря, Мальволио был предан Твелу во многом потому, что при таких раскладах он просто не видел возможности для провала!
— Пошли скорее. Поглотим крестраж из Нагайны, и я, возможно, стану почти как оригинал.
— Тогда никакой, даже самый сильный враг, не сможет нам помешать!
— Кстати, Нагайна стала такой из-за кровавого проклятия, на самом деле она ведьма. Как насчёт того, чтобы изучить её?
Он взмахнул палочкой и поднял в воздух озадаченную Нагайну.
В простом змеином восприятии она, кажется, понимала лишь то, что два хозяина внезапно встретились, один из них куда-то исчез, а другой связал её.
— Посмотрим, — Твел немного подумал.
— Кровавое проклятие — действительно интересная тема, но сейчас первоочередная задача — найти Годрика Гриффиндора и обеспечить твоё воскрешение.
— А после этого крестража, если разобраться с тем, что в голове у мальчишки Поттера, можно будет сразу уничтожить оригинал? — с любопытством спросил Мальволио.
Он на самом деле не понимал, зачем Твелу нужно воскрешение Волан-де-Морта. После уничтожения крестражей оригинал в форме духа был бы гораздо более лёгкой добычей.
— Можно, но не нужно, — Твел ухмыльнулся, и от его недавней серьёзности не осталось и следа.
— Мне нужен Волан-де-Морт. Точнее, нашему плану нужна «грязная рука».
— Мальволио, изначально я планировал, что ты станешь этой «грязной рукой», чтобы взбаламутить порядок в магическом и маглавском мирах. Но теперь, раз уж Волан-де-Морт стал таким безжалостным, я не против пригвоздить его к позорному столбу истории!
Мальволио насмешливо схватил змею: — Что, теперь уже не жалко погибших маглов?
— Малое добро подобно великому злу, великое добро кажется безжалостным, Мальволио… — с хлопком аппарации слова Твела стали неразборчивыми.
Хотя даже если бы они были разборчивыми, это бы не помогло, ведь он сказал это по-китайски!
Оставшийся на месте Мальволио почесал затылок и поспешил следом.
— Неужели нынешнему Тёмному Лорду приходится учить иностранные языки?!