Вторая, младшая сестра из провинциальной семьи Су — та самая Юэ, чья давняя, тихая наблюдательность впоследствии окажется столь ценной для переродившейся Мяо, — заслуживает более подробного рассмотрения собственного, полного скрытых переживаний детства.
***
Су Юэ, младшая дочь провинциального рода, родилась спустя год после старшей, наименее заметной в глазах родителей сестры — той самой, чьё тело впоследствии унаследует переродившаяся столичная Мяо, — и с раннего детства демонстрировала характер значительно более тихий и незаметный, чем яркая, привлекающая всеобщее внимание Жулань.
— Юэ такая застенчивая девочка, — иногда замечала мать, наблюдая за тем, как младшая дочь предпочитает тихо наблюдать за окружающими, нежели активно участвовать в детских играх и семейных беседах.
Подобная природная склонность к наблюдательности, значительно отличавшая юную Юэ от более экспансивной, привлекающей внимание Жулань, парадоксальным образом обеспечивала ей уникальную возможность становиться невольной свидетельницей многочисленных семейных разговоров и событий, остававшихся незамеченными для остальных, менее внимательных членов семьи.
***
— Тётушка Лю Ма, — обращалась маленькая Юэ к той самой пожилой служанке, что впоследствии станет доверенной помощницей переродившейся Мяо, — расскажите мне, о чём говорили матушка и отец вчера вечером? Мне показалось, они были чем-то весьма обеспокоены.
Лю Ма, чья собственная многолетняя служба семье Су сформировала глубокую, хотя порой и невысказанную привязанность ко всем трём сёстрам, включая младшую, наблюдательную Юэ, часто делилась с любознательной девочкой определёнными сведениями и наблюдениями, недоступными остальным членам семьи, слишком занятым собственными заботами, чтобы обращать должное внимание на подобные детали.
***
— Твои родители обеспокоены накопившимися долгами, дитя моё, — тихо объясняла старая служанка, — но не стоит и тебе излишне тревожиться об этом. Взрослые заботы должны оставаться заботами взрослых.
Однако подобные объяснения, при всей их благонамеренности, лишь усиливали природную наблюдательность и раннюю зрелость юной Юэ, постепенно накапливающей значительный объём знаний и наблюдений относительно истинного положения дел в семье — знаний, значительно превышающих обычные ожидания относительно осведомлённости девочки её юного возраста.
***
Именно эта давняя, тщательно развиваемая привычка к внимательному наблюдению и накоплению разнообразных сведений впоследствии окажется столь ценной для переродившейся Мяо, когда та, стремясь как можно быстрее разобраться в истинных обстоятельствах давней, коварной интриги, приведшей к расстройству помолвки Жулань, обратится за помощью именно к этой, казалось бы, наименее значительной в глазах остальных членов семьи младшей сестре.
— Мяо, — с необычной для её обычной сдержанности решительностью произнесла тогда Юэ во время того судьбоносного, откровенного разговора накануне отправления старшей сестры во дворец, — я хочу рассказать тебе всё, что мне удалось узнать о подлинных обстоятельствах расстройства помолвки нашей сестры Жулань.
***
Эта неожиданная, весьма значимая откровенность младшей сестры, продиктованная многолетне накопленной, но прежде никому не высказываемой наблюдательностью, стала одним из первых, критически важных источников информации в постепенном, многолетнем расследовании переродившейся Мяо относительно истинных корней и организаторов давней, коварной интриги канцлера Вэй.
«Признаюсь честно, — размышляла впоследствии сама Юэ, вспоминая тот значимый разговор с преображённой, неожиданно проницательной старшей сестрой, — я никогда прежде не подозревала, насколько ценными могут оказаться мои собственные, давние наблюдения и накопленные знания о семейных делах. Возможно, судьба готовила меня к этой значимой роли задолго до того момента, как я сама смогла это полностью осознать».
Именно эта постепенно раскрывшаяся, значительная ценность давней наблюдательности и внимательности младшей сестры Юэ станет впоследствии одним из тех важных факторов, что убедят переродившуюся Мяо в необходимости оказания решительной поддержки и содействия этой изначально недооценённой сестре в её собственном, последующем становлении как независимой, самостоятельной личности, способной не просто наблюдать за окружающими событиями, но и активно участвовать в формировании собственной, значительно более благополучной судьбы, значительно отличающейся от той относительной незначительности и заброшенности, что характеризовали её раннее детство в тени более ярких, привлекающих родительское внимание сестёр.