Смерть невесты наследного принца, произошедшая столь внезапно и трагично прямо посреди торжественной свадебной церемонии, повергла весь императорский дворец в состояние глубокого потрясения, породив волну самых разнообразных, противоречивых слухов и предположений относительно истинных причин этой ужасающей трагедии.
***
Официальное расследование, начатое немедленно после случившегося по личному распоряжению императора, столкнулось с существенными трудностями, поскольку та самая служанка, чьё предательство стало непосредственной причиной отравления, сумела скрыться из дворца в общей суматохе и панике, последовавшей за трагическим событием, прежде чем стражники успели организовать эффективные меры по её задержанию.
— Ваше величество, — докладывал начальник дворцовой стражи императору спустя несколько дней после трагедии, — несмотря на тщательные поиски, нам не удалось обнаружить местонахождение сбежавшей служанки. Все её родственники, к которым мы обращались, утверждают о полном отсутствии сведений о её текущем местопребывании.
***
Наследный принц Ли Чэн, переживавший гибель молодой супруги с глубоким, неутихающим горем, лично настаивал на продолжении интенсивного расследования, движимый не только естественным желанием отомстить за столь жестокое предательство, но и растущими подозрениями относительно возможной причастности значительно более влиятельных, скрытых организаторов этого заговора.
— Отец, — произносил он во время одной из многочисленных, напряжённых аудиенций, посвящённых обсуждению хода расследования, — простая служанка не могла действовать в одиночку. Кто-то, обладающий значительными ресурсами и влиянием, стоит за этим чудовищным преступлением.
***
Император, разделявший подобные подозрения сына, распорядился о значительном расширении расследования, включая тщательную проверку финансовых операций различных придворных группировок за период, предшествовавший трагической свадьбе — расследование, которое, впрочем, столкнулось с многочисленными препятствиями, тщательно организованными истинными, глубоко законспирированными организаторами этого коварного заговора.
Семья Су, потрясённая гибелью старшей дочери в столь трагических, чудовищных обстоятельствах, погрузилась в глубокий, продолжительный траур, значительно омрачивший дальнейшую судьбу всего рода.
***
— Как такое могло произойти, — с глубокой, неутихающей скорбью повторял отец Мяо, вспоминая своё последнее предупреждение дочери, оказавшееся столь трагически недостаточным для предотвращения этой ужасающей катастрофы. — Я чувствовал приближение опасности, но не смог защитить её должным образом.
Госпожа Линь, чьё материнское горе представлялось поистине неутешным, практически полностью отказалась от прежнего, активного участия в жизни семьи, проводя долгие месяцы в затворничестве, погружённая в собственную, глубокую скорбь по безвременно погибшей старшей дочери.
***
Расследование, продолжавшееся на протяжении нескольких последующих месяцев, так и не смогло установить точных, неопровержимых доказательств причастности конкретных высокопоставленных лиц к организации данного заговора, хотя определённые, косвенные подозрения относительно возможной роли окружения второго принца продолжали циркулировать среди наиболее осведомлённых придворных кругов.
— Полагаю, — с явным разочарованием произнёс начальник дворцовой стражи во время итогового доклада императору спустя почти год безрезультатных поисков, — истинные организаторы этого преступления сумели настолько тщательно замести следы, что дальнейшее продолжение расследования вряд ли принесёт конкретные, применимые результаты.
***
Наследный принц, вынужденный со временем принять горькую реальность нераскрытого преступления, продолжал, тем не менее, испытывать глубокую, продолжительную скорбь по погибшей возлюбленной, отказываясь на протяжении нескольких последующих лет от каких-либо предложений о новом, альтернативном брачном союзе, несмотря на настойчивые рекомендации придворных советников относительно необходимости обеспечения продолжения императорской линии.
Именно эта продолжительная, искренняя скорбь наследного принца, о которой в своей второй жизни Су Мяо узнает лишь много позже, косвенно объяснит ту странную, необъяснимую грусть и настороженность, что она заметит в его взгляде во время их первой, случайной встречи у храма Гуаньинь — встречи, произошедшей спустя годы после трагической гибели его первой, безвременно ушедшей невесты.
***
Тем временем, где-то далеко от этих трагических событий, в отдалённом, захолустном городе Цинхэ, жизнь продолжала течь своим обычным, размеренным чередом — жизнь обедневшего рода Су, чья судьба, при всём внешнем сходстве фамилии, никак не была связана с недавней, трагической историей столичного советника и его безвременно погибшей дочери, но чьи собственные, скромные обстоятельства уже начинали подготавливать почву для того удивительного, необъяснимого перерождения, что вскоре кардинально изменит судьбу третьей, никому не известной дочери этого незначительного провинциального семейства.
«Смерть, — размышляла впоследствии Су Мяо, узнав со временем полную картину этих давних, трагических событий из собственных, восстановленных воспоминаний, — не всегда является окончательным концом истории. Иногда она становится лишь переходом к новому, значительно более сложному и осознанному продолжению той же самой, незавершённой борьбы за справедливость и выживание».